Любовь и ветер - Джоанна Линдсей

Джесси потеряла счет времени. Боль была такая сильная, что она едва удерживалась от крика. Ожидание схваток, а потом сами схватки совершенно обессилили ее. Она не помнила, чтобы когда-нибудь чувствовала себя такой изможденной. Во время передышек Магдалена внушала ей: расслабься, отдохни до следующего приступа.

А потом показалось, что ей снится, будто Чейз рядом.

— Ты знаешь, я готов свернуть тебе шею, — шипел он, но глаза говорили совсем другое.

— Я уже слышала это раньше.

— На этот раз ты зашла слишком далеко, Джесси. — Лицо его было взволнованным.

Но тут она остановилась. На этот раз боль была такой сильной, что она закричала в голос. Ей стало легче, когда она увидела, как побледнел Чейз. Может, хоть теперь он перестанет ее ругать? Она понимала, что совершила глупость, приехав в Ронду.

— Джесси! Боже мой! Нужен доктор, — взволнованно шептал он.

— Он уже осматривал меня, — устало прошептала Джесси. — Магдалена в соседней комнате.

— А доктор где?

— Он скоро вернется.

— Но он должен быть сейчас здесь. С тобой!

— Для чего? Он ничем не может помочь, пока не начнутся роды. Еще рано.

— О Боже!

— Тебе нечего беспокоиться. — Ей хотелось смеяться:

— Знаешь ли… Я бы хотела…

— Все, что хочешь, все, что хочешь…

— Ты кое-что должен объяснить мне.

Ей пришлось переждать очередную схватку.

— Я очень плохо помню, что случилось после того, как сгорело ранчо. Ты.., ты приводил ко мне Кейт?

— Да, в гостиницу, перед тем, как мы уехали из Шайенна. Я нашел ее в одном из салунов. Она страшно не хотела встречаться с тобой, но я подумал, что, может, ее вид поможет вывести тебя из шока. Но это не помогло.

— Я простила ее? О чем мы говорили? Ты был прав?

Чейз кивнул.

— И я думаю, что если она все долгие годы не раскаивалась, то раскаивается теперь. И если хочешь знать, я считаю, что она слишком мало заплатила за то, что из-за нее случилось с тобой и Рэчел. А ты ничего ей не сказала, просто долго смотрела на нее, а потом отвернулась.

Джесси застонала. Схватки участились.

— А что случилось с Джебом и другими людьми?

— Джеб сказал, что соберет уцелевший скот. Я сказал, что все, что осталось, — его. Рэчел сделала нам свадебный подарок — заплатила все твои долги. Я думаю, ты не против, что я разрешил Джебу взять себе тех коров, которых он найдет?

— Конечно, нет. Наоборот. Ты был абсолютно прав.

— Он заслужил это, Джесси.

— Да, разумеется. А что с шерифом?

— Я все сообщил ему и заранее дал гонорар за поимку Кли, Чарли и Блю Паркера.

— А что с Лэтоном Бадром?

— Вот его никак не смогли зацепить.

— Что?!

— Бадр уехал из города за день до пожара, Джесси. Так что он вне подозрений. Он слишком хитер. Но, может, и не совсем.

— Чейз, скажи мне, что…

— Его завалят его же подручные. Я обговорил варианты с шерифом. Он согласился, что, если удастся поймать хоть одного из этих подонков, он их отпустит, если они добровольно назовут имя человека, нанявшего их. Кли и Чарли, может, и будут пытаться как-то хранить ему верность, но что касается Паркера — вряд ли. Ну, в общем, пока надо изловить хотя бы одного бандита.

— И ты думаешь, есть надежда, что их поймают? — волнуясь, спросила она.

— Ну, мы можем еще поднять сумму гонорара, — сказал Чейз.

— За счет чего? — резко оборвала Джесси. — Ты еще не столь богат. И я обанкротилась…

— Но ведь я унаследовал значительную сумму денег, отыскав отца.

— Ты все же решился принять их? — удивилась Джесси.

— Конечно, было бы глупо из-за минутного порыва отказываться. Кроме того…

Джесси, как могла, старалась сдерживаться, но на этот раз не получилось. Ей самой этот вопль показался ужасным. Чейз испугался, думая, что, наверное, что-то не так.

— Джесси! Ты не можешь умереть, не можешь! Я люблю тебя. Если ты умрешь, я…

— Ты свернешь мне шею! — слабым голосом произнесла она. Затем, посмотрев на него долгим взглядом, она спросила: