Любовь и ветер - Джоанна Линдсей

— А что бы ты сделал. Голди? Ты бы женился на женщине только потому, что виноват? — Язык Чейза едва ворочался. И эти слова, с которыми он обращался к коню, скорее формировались в мозгу, чем с четкостью слетали с языка. — Извини, старина. Я забыл, ты ведь не любишь, когда тебя называют Голди. А ведь я тебе задал хороший вопрос, а?

Конь захрапел.

Чейз сидел, привалившись к стене в стойле Голден Рода. У лошадиных копыт стояла наполовину выпитая бутылка виски. Он обнаружил ее в пристройке, после того как ничего не нашел на кухне. Это явно заначка Джеба. В пьяной голове отчетливо возникла мысль — не забыть вернуть.

Чейз снова приложился к бутылке, отхлебнул полдюйма и серьезно уставился на коня.

— О чем я тебе говорил? Эта маленькая стерва никогда еще не доводила меня до такого дерьмового состояния. А проклятая Рэчел заставила меня почувствовать себя полным ничтожеством. И знаешь, что она мне скажет, как очухается?

Чейз рыгнул и рассмеялся.

— Она скажет: ты обесчестил ее и теперь женись. И ты думаешь, "она приставит пистолет к моей башке? Нет, Рэчел не такая. У нее другое оружие. Это ее чертово лицо. Ее чертов взгляд. Который говорит, что я нанес ей удар в спину. — Он глубоко вздохнул. — Черт возьми, а может, мне прямо сейчас уехать?

Чейз сделал несколько неудачных попыток подняться. Он уставился на седло, висевшее на перекладине. Если бы не это единственное препятствие, он бы уехал. Снять его он не смог, ноги не держали.

— Похоже, мне сперва надо протрезветь. Но я вернусь, Голден Род. Оседлаю тебя, и мы умчимся отсюда. Я не могу жениться на этой избалованной девице. Это все равно что обручиться с бурей.

Чейз, пошатываясь, вышел из конюшни, ноги понесли его к ручью за домом. Он плюхнулся в воду, и ему вдруг показалось, что он тонет, хотя ручей был не глубже фута. Он беспомощно шлепал по воде руками и ногами, желая выбраться на берег. Потом решил не сопротивляться, позволяя холодной воде омывать его тело.

И вдруг ему явился образ Джесси. Но не сегодняшний, а вчерашний. Она тоже была, как буря. Но совсем другая — буря страстной любви…

И так ли уж плохо, если он свяжет с ней свою жизнь? — спросил сам себя Чейз. Она самая красивая из всех женщин, которые попадались на его пути. И разве он еще не устал мотаться по свету? Рэчел говорила, что ему пора осесть. Может, так и сделать? И приручить эту девчонку-сорванца?..

* * *

Джесси так взбесилась, что готова была разрыдаться, но не могла. Ее чувства смешались, она волчком вертелась в кровати без сна. А потом услышала тихий стук в дверь. Это не обрадовало ее.

В полупрозрачной ночной рубашке она пошла к двери. Ей было все равно, что подумает Рэчел, увидев ее в таком одеянии. Она злорадно подумала, что может вообще раздеться и пускай та считает, что Джесси спит голая.

Но как хорошо, что она не выполнила это идиотское желание, — за дверью стоял Чейз. Она толкнула дверь, чтобы снова закрыть ее, но он уперся плечом в косяк. Девушка отступила, он ввалился в комнату и закрыл дверь за собой.

— Убирайся!

— Минуточку!

— Немедленно!

— Не вопи! Черт бы тебя побрал! Рэчел услышит! Она и так собирается затащить нас к священнику!

— Этому не бывать! — сказала Джесси, отступая в глубь комнаты. — Как от тебя несет! Ты напился! Вот почему ты врываешься ночью ко мне в комнату?

— Я не такой уж пьяный. Во всяком случае — уже не такой, чтобы не понимать, что делаю.

Она зажгла лампу возле кровати, с вызовом повернулась лицом к нему. Он был только в брюках, с волос капала вода.

— Ты что, упал в залив?

— Вроде того… — Вместо дальнейших объяснений он расплылся в улыбке. — Но я переоделся, — с важностью в голосе объяснил он. — Потому что не хотел, чтобы вода накапала тебе на пол.

— Да, но ты не высушил волосы. И думаешь, прилично являться сюда почти раздетым? Он расплылся в широкой улыбке.