Джентльменов нет - и привет Джону Фаулзу! - Ирина Степановская

Артур понял, что ему не отвертеться от ответа. Конечно, он мог бы в приказном порядке быстро закончить этот разговор, но теперь, когда не было Юры, ему не хотелось терять хорошее отношение Нины. Он понимал, что своим намерением обидел ее, но рано или поздно она все равно узнала бы о назначении Юры или кого-нибудь. Какой смысл был скрывать от нее это?

– Ну, во-первых, ты говорила, что человек он очень толковый, – неторопливо начал он. – Во-вторых...

– Что же, за два месяца он стал в нашем деле толковее меня? – По голосу было слышно, что Нина не принимает всерьез это объяснение.

Артур замялся.

– Конечно, нет. Но Юрий – мужчина. Он мог бы очень быстро тебя догнать. И с ним мне было бы легче работать. Не обижайся! – миролюбиво добавил он, видя, что Нина закусила губу.

– Что значит легче работать? А что, со мной работать тяжело?

– Нет. Мы прекрасно работали. Но, честно говоря, мужчине помощником и ближайшим сотрудником лучше иметь мужчину. Какие-то дела ведь приходится решать и в неформальной обстановке...

– Ты имеешь в виду, что не можешь пригласить меня в баню с девочками? – Нина была вне себя.

– Нет, но я думал...

– Что ты думал?

– Что у тебя с этим парнем роман. Вы выглядели как два голубка. Извини, если я так назвал более серьезные отношения.

– Какое тебе дело до моих отношений? Разве они мешали работе? И потом, разве ты сам не собирался звонить этой журналистке – Лизе? Значит, у мужчин могут быть на работе неформальные отношения, а у женщин – нет?

– Не надо утрировать! Все-таки принято считать, что мужчины лучше подходят для роли руководителя.

– Значит, ты руководителей по половому признаку выбираешь? А ты, часом, не голубой? – Нина от злости говорила уже не совсем корректные вещи. Но ей было теперь все равно, что о ней подумает Артур. Оставаться в подчиненных у Юры или у кого-то другого она бы все равно не стала. Даже не из-за личной обиды. Это было несправедливо – воспользоваться ее трудом, чтобы посадить на подготовленное место другого человека. Нина не стала бы работать ни на него, ни на Артура. И если бы Юра стал начальником, она бы все равно немедленно ушла.

– Но в другой фирме тебя тоже могли не назначить руководителем! – примирительно сказал Артур, будто прочитав ее мысли.

– Почему? Потому что я не всегда ношу брюки?

– Вот ты сейчас устроила скандал, а мужик бы не устроил. Ушел бы или остался. Но молча.

– А потом застрелил бы тебя из-за угла. В общем, я ухожу!

Нина вышла из кабинета Артура, позволив себе хлопнуть дверью. Хлопнула, взглянула машинально на Юрино место и застыла: на спинке стула, как обычно, висело его драповое пальто. Раздутый портфель стоял на сиденье рядом. Пара потрепанных книжек лежала на столе. Самого обладателя этого богатства нигде не было видно. Нина опустилась на свой стул.

«Значит, он пришел! Хорошо! Он выздоровел вопреки неутешительным прогнозам! – Она почувствовала обиду и злость. – Отлично! Я рада, что все оказалось не так уж страшно. Сейчас его увидит Артур и пригласит к себе на беседу. Юра будет назначен начальником нового отделения. Что же делать мне? Я сказала, что ухожу, но не пожалею ли я об этом?»

«Все правильно, так и надо!» – закричала бы Настя, узнай она обо всех этих служебных перипетиях. Получилось даже лучше, чем она задумала: Юра будет начальником, а эту женщину выгонят к чертовой матери! Браво!

Нина задумалась о своих в гневе вылетевших словах. Прошли те времена, когда она нигде ни для кого ничего не значила. Теперь ей нравилась самостоятельность; нравилось, что благодаря ее решениям дело становится успешным. Вся нынешняя работа проходила согласно ее первоначальной идее. И теперь ее хотят потеснить. И кто? Два человека, которым она доверяла: с одним училась, он вытащил ее из болота, в котором она увязла, но и она много сделала для него. Другого она почти любила. Почти... а теперь? Неужели было бы лучше, продолжай Юра болеть?

Нинина коллега, как всегда в этот час, собиралась в детский сад за ребенком.

– Что с тобой? – спросила она, увидев, какое у Нины лицо.

– Ничего! Где же он? – Она кивнула в сторону Юриного пальто, не в силах произнести вслух его имя.

– Взял чайник, пошел за водой. Но что-то долго его нет. На третьем этаже опять прорвало! Я видела, там ходили мужики с проволокой в резиновых сапогах.

– В какой дыре, черт возьми, мы арендуем помещение! – вдруг сказала Нина громко, во весь голос и даже развернулась корпусом в сторону Артуровой двери. – Куда смотрит начальство! Нельзя же, в конце концов, всю жизнь экономить на сотрудниках! Туалет через день не работает, горячее питание за свой счет, деньги на занятия иностранными языками просили – так тоже получили фиг с маслом!

В воздухе повисла напряженная тишина. Все, кто был в это время в комнате, дружно втянули головы в плечи и стали напряженно смотреть на экраны своих компьютеров. Сотрудница, которой нужно было бежать за ребенком, поспешно натянула на себя куртку и на прощание спросила:

– Ты специально нарываешься? Работать больше не хочешь?

– Мне нечего бояться! – гордо заявила Нина. – Я правду говорю!

При этих ее словах открылась дверь, и в помещение вошел Юра с чайником, полным воды.

– Однако! Неплохая зарядочка! – улыбнулся он Нине, как будто они и не расставались. – Чтобы выпить чашку кофе, надо сбегать по лестнице на первый этаж и обратно. Лифт отключен!

Все промолчали, Нина выдавила из себя подобие улыбки.

– Как твое здоровье? – спросила она.

– Прошу прощения за то, что вам вчера дали обо мне неверную информацию! – небрежно сказал он. – Произошла ошибка. Сгустили краски. Заболел не я, а моя мама. Я же совершенно здоров и приглашаю всех, кто хочет, выпить со мной кофе.

«Ошибка! – подумала Нина. – Я так волновалась, так винила себя. А ему всего лишь небольшая ошибка».

Юра, видя всеобщее замешательство, поднял над головой чайник и двумя пальцами пощелкал по нему.

– Кофе с коньяком! – уточнил он. – Студенты принесли!

Сотрудники по-прежнему молчали.

– Да-да. Конечно. С удовольствием. – Нина резко встала, вскинула сумку на плечо, схватила из шкафа свою одежду и выскочила из комнаты.

– Нина! Ты куда? – Юра быстро вышел в коридор следом за ней.

– Считай, что вместе с тобой я больше не работаю! – донеслось до него уже откуда-то снизу.

Юра выпил кофе в одиночестве, а когда из своего кабинета вышел Артур и, увидев Юру, сразу пригласил к себе для переговоров, сотрудники почувствовали приближение тревожных перемен.

Отец теперь заходил к Лизе практически каждый день. Он говорил, что приходит поиграть с внуком, но Лиза понимала, что на самом деле он приходит рассказать ей о своей любви. До сих пор отец не так уж часто баловал дочь посещениями, главным образом потому, что боялся встретиться у нее с бывшей женой. Теперь же, когда он стал обманывать и вторую жену, встречи с первой перестали его так уж пугать. Более того, как-то из случайного разговора с матерью Лиза поняла, что та в курсе его новых похождений и даже испытывает по этому поводу какое-то странное удовлетворение. Теперь мать Лизы в собственных глазах была вроде участницы дамского клуба под названием «Дом, где разбиваются сердца». Неизвестно, знала ли вторая жена о существовании соперницы, но Лизе это было абсолютно безразлично, и она ни с матерью, ни с отцом об этом не заговаривала. У Лизы было полно своих проблем. Главной из них оказалось найти новую няню для Сашки. Галя совершенно неожиданно для Лизы и, похоже, для себя самой собралась выйти замуж за африканского студента и была намерена уехать с ним в Африку. Известие это Лизу огорчило: Галя была ей хорошей помощницей, и Сашке с ней было неплохо. И потом, она просто тревожилась за Галю. Кто знает, куда, в какие условия увезет ее муж? Как там будут к ней относиться?