Похититель ее сердца - Валери Боумен

Той ночью, приготовившись ко сну и отпустив горничную, Сара долго стояла у окна своей спальни, глядя в чернильно-черное ночное небо. Обхватив себя руками за плечи, она вспоминала события дня. Поцелуи Кристиана, его интимные прикосновения – все это было, как дар небес. Она никогда их не забудет. Ни на одно мгновение.

Была только одна проблема. Он так и не сказал, что любит ее. Не смог. Пусть между ними вспыхнула страсть – в этом сомневаться не приходилось, – но в общем с ней он делал то же самое, что делал всегда – пытался спасти женщину, попавшую в беду.

«Я спасу тебя от него». Вот, что он сказал. А она ждала совсем других слов. «Я безумно люблю тебя и не могу без тебя жить». Чем брак, основанный на желании спасти, лучше того, что основан на бессердечном контракте? Ничем. В конце концов ей больше не грозит скандал, и она не желала, чтобы Кристиан становился мучеником ради нее. Он уже и так много сделал, чтобы ей помочь, и она не может больше ничего от него требовать.

Сара рассеяно провела пальцем по оконному стеклу. Маленькой девочкой она часто мечтала о своей свадьбе. В мечтах рядом с ней был чудесный человек, полюбивший ее всей душой. Но детские мечты давно развеялись, словно утренний туман. Ей было лет тринадцать, когда родители недвусмысленно объявили ей, что у них на нее другие планы. И эти планы появились в день, когда она родилась. С раннего детства ее одевали как куклу, знакомили с высшим обществом и готовили для передачи самому выгодному жениху. Сара знала, что так и будет. Она была готова к этому или думала, что готова. Так было всегда. Десяток ее подруг в прошлом сезоне вышли замуж, почти не зная своих мужей, не говоря уже о том, что они не испытывали к ним никаких чувств. С детства ей внушали: она должна делать то, что ей говорят. И она привыкла к этой мысли. Что же тут поделаешь? Такова жизнь. Только вот Мэг выбивалась из общей картины, потому что по уши влюбилась в Харта. Но с Мэг все иначе. У Мэг нет приданого. У нее нет поклонников, нацелившихся на приданое. Поэтому Мэг может по крайней мере сделать вид, что следует велению сердца. Сара не могла позволить себе такой роскоши. Она должна делать, что ей говорят. Она не может опозорить родителей.

Черт бы побрал Люси и ее подруг! Это они заставили ее думать, что она может рассчитывать на что-то большее. Пусть все они без ума от своих мужей, но это необычно для высшего общества. Их браки другие. Они особенные. Не всем так везет.

Пусть она, Сара, не любит лорда Брэнфорда и не испытывает никаких иллюзий относительно его чувств к ней, но, по крайней мере, он богат, имеет обширные связи, серьезное влияние, да и выглядит не так уж плохо… если не присматриваться. Он не жесток, не мот и не скуп. Внешне он кажется вполне здоровым, да и зубы у него белые… почти. В общем, все могло быть хуже. Поженившись, они, вероятнее всего, будут не слишком много времени проводить в компании друг друга. Как и большинство пар высшего общества, они будут вести счастливую, спокойную и, главное, раздельную жизнь, тем более после того, как она исполнит свой долг и подарит ему наследника или двух. Так все живут. Таков порядок вещей.

Единственное, что нарушает этот порядок, – ее чувство к Кристиану. Почему она так сильно его хочет? Она думала о нем, мечтала о нем, лежала ночами без сна, представляя, каково это – прожить с ним жизнь. Хуже всего, что она уже немного знала, каково это. Успела понять в Шотландии.

Ее размышления прервал стук в дверь. Сара обернулась.

– Войдите.

Дверь открылась, и в комнату вошла ее мать.

– Я хотела сказать тебе все после возвращения в Лондон, но, полагаю, будет лучше, если ты узнаешь сейчас.

Сару охватила паника.

– Что я должна узнать?

– Твой отец говорил с маркизом Брэнфордом. Они решили, что больше откладывать свадьбу нельзя. Вы поженитесь через три недели, сразу после оглашения.

Сара прижала руку к груди. Она не могла дышать.

– Так скоро?

– Да, дорогая. Нет смысла тянуть время. Я понимаю, что у тебя нервы и все такое, но ведь это нормально для юной невесты. Тебе не о чем беспокоиться. Я расскажу тебе абсолютно все, что тебе надо знать.

– Это я понимаю, мама, но…

– Что, дорогая?

– Я только…

Лицо матери стало серьезным.

– Сара, я знаю, что тебе нравится лорд Беркли.

У Сары потемнело в глазах.

– Что?

– Я видела, как ты на него смотрела на балу у Холлистеров и как разговаривала с ним на ужине у маркиза. Ясно как день, что у тебя к нему чувства.

В груди у Сары зародилась надежда. Нет, пожалуй, лишь слабый намек на надежду.

– Мама, а что, если я хочу выйти замуж по любви?

– Это невозможно, – отрезала графиня. Надежда скоропостижно скончалась.

– Но я…

– Ты выйдешь за лорда Брэнфорда, Сара. Потом, если захочешь вступить в связь с лордом Беркли – со всей осторожностью, разумеется, – пожалуйста. Я прошу тебя только об одном. Сначала роди наследника.

Сара отшатнулась от матери. Неожиданно ей показалось, что она совсем не знает эту женщину, которой положено быть самым близким для нее человеком. Что заставило ее подумать, что мать может ее понять? Проявить сострадание? Симпатию? Сара повесила голову. Она никогда не попросит Кристиана завести с ней интрижку. Это ниже его. И она тоже не позволит себе опуститься так низко. Все же ее мать совсем не знает свою дочь. И самое страшное – не хочет знать.

Мать похлопала ее по руке.

– Лорд Брэнфорд был очень добр к нам и терпеливо ждал все эти месяцы, даже после твоей маленькой зимней эскапады. Пора избавиться от инфантильности, дочь моя. Делай, что тебе говорят, Сара.

– Да, мама, – пробормотала она. «Делай, что тебе говорят, Сара». Слова грохотали у нее в ушах так громко, что у девушки отчаянно разболелась голова.