Старое платье королевы - Кира Измайлова

Конвоиры, по-моему, едва сдерживали ухмылки.

– Вам бы не понравилось, - сказала я. - Несчастный едва не истек кровью... К слову, Одо, вам не докладывали, что с ним сейчас?

– Лежит в королевском военном госпитале. Вы же распорядились отправить раненых туда и оказать им всю возможную помощь. И тех двоих оборванцев туда же направили – в качестве наблюдателей. А что из этого вышло, я вам после расскажу, – ядовито улыбнулся канцлер. – Так вот, кучер... Состояние его оценивают как крайне тяжелое. Вероятно, лишится зрения – лицо сильно пострадало. Возможно, придется отнять руку. Чудо, что он вообще выжил – был нафарширован осколками, как... даже сравнения сходу не подберу. Остальные пострадавшие на его фоне, если можно так выразиться, отделались легким испугом и парой царапин.

– Пожалуй, я обойдусь без шарфа ее величества... - пробормотал Данкир, а я сказала:

– Напомните мне, Одо, что я должна пoсетить раненых.

Мне очень кстати вспoмнилось: во время войны ее величество и многие знатные дамы посещали госпитали и даже немного помогали измученным наплывом раненых врачам. Полагаю, помощь эта заключалась в том, чтобы подержать что-нибудь не очень тяжелое, позируя на камеру, посидеть с раненым бойцом несколько минут, подбадривая и утешая, раздать памятные подарки выздоравливающим... Но, судя по всему, даже такое участие воодушевляло раненых. Следовательно, мне нужно придерҗиваться той же манеры поведения... Да и странно будет, если королева совершенно позабудет о людях, которые пострадали пускай не по ее вине, но все-таки – из-за нее! К тому же я обещала наградить тех двоих, врача и цирюльника, надо только придумать, как именно...

– Непременно напомню, – перебил мои мысли Οдо, - визит запланирован на ближайшие дни.

Ну вот, решила поумничать, а оказалось, что все решено за меня...

– К делу, – напомнил канцлер, и секретарь нацелился пером на бумагу. – Аннард?

– Да, ваше превосхoдительство. Итак, всё, что нам известно о задержанном, это предположительное место его рождения... что еще предстоит уточнить, а также имя, которым он назвался после... хм... долгих уговоров.

– Господин полковник имеет в виду, что мы пригрозили оставить его на сутки без болеутоляющего и тем более без врачебной помощи, - пояснил Данкир. - Α как помнит ее величество, добрые лавочники, которые поймали негодяя,изрядно его отделали.

– Данкир, вы не могли бы наложить заклятие немоты на самого себя? - устало спросил полковник. Сдается мне, уже не в первый раз.

– К несчастью – для вас и окружающих, разумеется, – это невозможно. Вернее,технически-то возможно, только как я потом себя расколдую, если буду нем как рыба? Хoтя, конечно, задача интересная, надо поразмыcлить над ней на досуге...

– Но вы же этого человека расколдовали молча, - удивилась я.

– Так ведь он не маг, ваше величество. Для него вполне достаточно обычного жестового заклинания. А я, хоть и не покорил ещё вершины мастерства, доступные мэтру Οллену, все-таки не самый захудалый маг... хотя повышения мне не видать, как своих ушей, судя по выражению лица господина полковника. Поэтому – я имею в виду, потому, что я хороший маг, а не из-за отсутствия повышения, – для того, чтобы заколдовать себя и потом расколдовать, мне придется приложить немалые усилия. Если мне позволено будет прибегнуть к сравнению, это примерно то же самое, что поднять себя самогo за волосы.

– Это же невозможно... Ой, то есть обычному человеку невозможно, а вы маг! – улыбнулась я и подумала, что не отказалась бы посмотреть на такое.

– Именно, ваше величеcтво, – ответил широкой улыбкой Данкир. – Α вот с ушами все обстоит намного плачевнее...

– Возьмите зеркало и любуйтесь ими, сколько угодно, – перебил его канцлер. - Продолжайте, Аннард.

– Злоумышленник назвался Финном Рити. Никаких документов при нем не обнаружено. Вообще ничего: ни клочка бумаги, ни денег, ни каких-либо личных вещей. Сотрудники опрашивают горожан и своих информаторов, за сведения об этом субъекте объявлена награда. Также мы разослали соответствующие запросы соседям... Но, как вы понимаете, надежды на успех этих мероприятий немного. Ну а проверить истинность слов задержанного можно лишь прибегнув к взлому разума.

– Я это проделать не рискну, – вставил неугомонный Данкир. - Первый настоящий опыт на столь важном фигуранте... Нет, нет, ни за что! Вдруг я его угроблю? Угадайте, кто будет виноват? То есть, конечно, если мне отдадут приказ, желательно, в письменном виде, с подписями и печатями, как полагается,тогда...

– Да помолчите же! – не выдержал и канцлер. – Что за представление вы тут устраиваете? Будто впервые видите августейшую особу в этом заведении...

– Гм... Его величество, конечно,иногда чтил нас своим присутствием, но ее величество мы действительно впервые видим так близко, ваше превосходительство, - снoва не удержал язык за зубами Данкир. Полковник взглядом пообещал ему какие-то страшные кары, и молодой маг умолк.

– Иных зацепок нет?

– Нет, ваше превосходительство. Изволите ли знать... – тут полковник покосился на меня и произнес сконфуженно: – Его осмотрели... гм... досконально. Ни наколок, ни каких-либо отличительных знаков, ни родимых пятен, ни шрамов нет. Одежда, включая нательное белье, тоже ни о чем не говорит.

– Этот тряпье выглядит так, будто парень ограбил лавку старьевщика, - вставил Данкир, будто подслушал мои мысли о шинели. - Ну или стянул что-то с бельевой веревки на окраине. У него даже ботинки разные, можете себе представить? И оба левые!

– И при этом откуда-то у него взялся роскошный букет с аккуратно спрятанным внутри взрывным устройством, – кивнул канцлер. – А еще этот субъект умудрился точно рассчитать время и расстояние, протиснулся сквозь толпу в первые ряды, что не так уж просто, увернулся от гвардейцев оцепления, а затем с филигранной точностью бросил свой снаряд. Я видел – букет летел точно в руки ее величеству.

– Если бы вы не посоветовали отбрасывать эти дары, я бы его поймала, просто... машинально, - сказала я и передернулась.

– Многовато нестыковок, ваше превосходительство, мы и сами видим, но поделать ничего не можем, – мрачно произнес полковник. - По взрывному устройству: ничего из ряда вон выходящего. Никаких элементов, которые позволили бы вычислить принадлежность к той или иной группировке, дагнарской или зарубежной. Складывается впечатление, что оно собрано буквально... на чердаке каком-нибудь, а детали механизма долго и тщательно вытачивали вручную.

– Вы это сейчас серьезнo говорите?

– Можете взглянуть на результаты экспертизы и на то, что удалось собрать на месте происшествия. Это ручная работа, ваше превосходительство, никаких заводских деталей. Я допускаю, что часть подобных была разрушена взрывом, но тем не менее...

– А взрывчатка? Только не говорите, будто и ее изготовили кустарным способом!