Бирюзовая зима - Карина Бартш

Я снова попыталась поймать взгляд Алекс, но она опять отвернулась, и моя попытка не увенчалась успехом. Прислонив мешок с подарками к стене, я осмотрелась в поисках свободного места. У торцов стола, как и каждый год, сели друг напротив друга Алена и Инго, а вдоль длинных сторон стояло по три стула. Я не вслушивалась в общий радостный гомон, так как была всецело занята тем, чтобы сесть как можно дальше от Элиаса. Отец уселся по правую руку от Инго, рядом плюхнулась Алекс, а возле нее остался свободный стул, который, очевидно, предназначался Себастьяну.

– Сядешь здесь? – спросила я у матери и указала на средний стул, как раз напротив Алекс. По счастью, она не стала удивляться вопросу и заняла именно это место. Я села справа от нее.

– Садись слева от меня, Элиас, мы так давно не виделись, – предложила моя мать. Услышав, как он отодвигает стул, я глубоко вздохнула. Хоть он и сидит совсем рядом, по крайней мере я не буду видеть его, а он меня. Но как выдержать целый вечер, я понятия не имела. Когда Инго спросил, кто чего хочет выпить, я попросила вина.

Алена вновь исчезла на кухне, а вернулась не с пустыми руками и не одна: она несла большую кастрюлю, а за ней шел Себастьян с двумя мисками салата.

Может, придумать какой-нибудь предлог и уйти пораньше? Притвориться, что у меня разболелась голова, или сделать вид, что меня тошнит? И то и другое было недалеко от истины, но я чувствовала, что отговорки не самые удачные. Сколько я ни пыталась придумать что-нибудь получше, озарение не приходило. Когда Алена и Себастьян поставили блюда на стол, Себастьян наклонился к своей подруге и поцеловал ее в щеку.

Я почувствовала, как мама ткнула меня локтем в бок.

– Это и есть кавалер Алекс? – полюбопытствовала она. Поскольку вопрос был задан так громко, что слышно было на другом конце стола, Алекс сама на него и ответила.

– Да, Карла. – Она улыбнулась Себастьяну. – Это мой будущий муж. Позвольте представить, Себастьян.

Мать протянула ему руку.

– Приятно познакомиться, я мать Эмили. Можешь звать меня Карлой.

– Спасибо, я очень рад, – ответил Себастьян и перевел взгляд на меня: – Привет, Эмили. Все хорошо?

– Все хорошо, – ответила я, стараясь не смотреть ему в глаза.

– Ну, раз все собрались, самое время приступать к ужину! – С этими словами Алена сняла крышку с большой кастрюли. Запеканка источала изысканный аромат, все сразу потянулись к ней, и только я думала в отчаянии, смогу ли проглотить хотя бы кусочек. Но поскольку все уткнулись в свои тарелки, крошечная порция, которую ковыряла я, по счастью, не привлекла ничьего внимания.

За столом много говорили и смеялись, и хотя я не прислушивалась ни к одному разговору, но на всякий случай смеялась вместе со всеми.

– Тебе не нравится запеканка, Эмили?

Я подняла взгляд и посмотрела на Алену.

– Что вы, вовсе нет. Запеканка восхитительная, как всегда.

– Но ты почти ничего не ешь. Нет аппетита?

– Я сегодня столько печенья съела, – ответила я и даже выдавила подобие улыбки. – И потом, вы же меня знаете – я жду десерта.

– Он того стоит! Шоколадный мусс с ягодами. Готовил мой будущий зять! – Она взглянула на Себастьяна, который, услышав, что говорят о нем, посмотрел на меня. Он сидел прямо напротив.

– О, я прямо-таки заинтригована, – сказала я все с той же натянутой улыбкой и тут же опустила взгляд в тарелку. Подцепив на вилку последний кусочек, я с трудом заставила себя его проглотить – а все остальные накладывали себе вторую, а то и третью порцию. Когда все уже держались за животы и на вопрос, не хотят ли они еще добавки, только качали головами, в кастрюле все еще оставалось не меньше половины запеканки.

– Нужно было взять с собой Энди, – сказал Себастьян Элиасу.

– Точно. Думаю, моя мама – единственный человек, которому удалось бы накормить его досыта.

Я спряталась за своей матерью, которая отгораживала меня от него, словно стена. Когда она наклонялась вперед, я тоже наклонялась вперед, а когда она откидывалась на спинку стула, я повторяла ее движение.

* * *

Когда все закончили есть, Алена встала, намереваясь убрать со стола. Алекс предложила свою помощь, и я тоже стала собирать посуду, но не прикасалась к тарелкам и приборам, которые находились рядом с Элиасом. Когда я принесла на кухню первую стопку тарелок, Алена уже торопилась за следующей. В дверях она чуть не столкнулась с Алекс, которая несла целую башню посуды. Испуганно охнув, они улыбнулись друг другу и разминулись.

Оглядевшись, Алекс заметила, что осталась наедине со мной. Вид у нее сделался такой, словно она предпочла бы поскорее сбежать. Почти неслышно она поставила тарелки на тумбочку.

– Прости, Эмили, – сказала она и повернулась ко мне спиной. – Я не знала, что он приедет.

Я фыркнула:

– Ну разумеется.

– Я говорю правду! – Алекс развернулась ко мне. – Он заявился сегодня после обеда. Без предупреждения.

– Сегодня после обеда? – переспросила я. – Столько часов прошло, а ты так и не дала мне знать. Почему? Дай-ка угадаю: ты уронила мобильник в воду, городской телефон отрубился из-за удара молнии, а километр до моего дома – непреодолимое расстояние, так как обе машины, стоящие в гараже, не завелись, а ноги ты себе отрезала в результате несчастного случая с бензопилой?

Алекс вытаращила глаза и пожала плечами.

– Нет, ничего подобного. Просто если бы я тебя предупредила, ты бы не пришла.

Я требовательно посмотрела на нее: ну хоть сейчас-то сообразит?..

– Ты что, не понимаешь? – спросила я. – Именно поэтому ты должна была меня предупредить!

– Знаю, прости. – Она опустила глаза и стала постукивать ногой по ножке кухонного стола. – Я понимаю, что ты сердишься. Но не можете же вы вечно друг от друга прятаться!

– Алекс, – сказала я, сжимая виски, – это решать мне, а не тебе. Теперь мне придется провести с ним вечер – но кто от этого выиграет? Дело не только в том, что ты поставила меня в очень неприятное положение – главное, что от этого и пользы-то никакой нет.

Алекс опять надулась.

– Но я хотела как лучше…

Я прикрыла глаза.

– Как там говорил Курт Тухольский^[3]? «Главный враг добра – не зло, а добрые намерения».

Алекс помолчала.

– Ты злишься на меня? – спросила она наконец и посмотрела на меня снизу вверх.

– Вовсе не злюсь. Но я не ожидала, что ты так меня подставишь.

– Извини.

– Не делай так больше, Алекс. Правда, не надо.

Она кивнула:

– Обещаю.