Бирюзовая зима - Карина Бартш

Говорят, что сон творит чудеса и наутро вчерашние беды кажутся ничтожными. Увы, не могу с этим согласиться. На следующий день все, произошедшее накануне, по-прежнему представлялось мне столь же чудовищным.

Заснула я только под утро и проспала до часу дня. Я еще толком не продрала глаза, а уж потянулась к телефону. Ни одного сообщения от Элиаса.

Выбравшись из кровати, я сразу отдернула занавеску. «Мустанг», который я вчера припарковала под окнами, исчез.

Сейчас Элиас занят гораздо более серьезными проблемами, твердила я себе. Нужно набраться терпения.

Как там Джессика? Наверняка уже проснулась. Вдруг она станет упрекать Элиаса за то, что он спас ей жизнь? Или все же будет благодарна?

Если я не думала об Элиасе, то думала о Джессике. Я спрашивала себя, до какой же степени отчаяния надо дойти, чтобы не видеть иного выхода.

Тем временем начало смеркаться. Я лежала на кровати, вытянувшись и закинув за голову руки, и смотрела в потолок. И тут с грохотом распахнулась дверь.

– С Новым годом, озабоченная ханжа! – крикнула Ева.

Я схватилась за сердце и вытаращила глаза.

– Ты хочешь моей смерти?! Тебя тоже с Новым годом, грязная нимфоманка.

Ева ухмыльнулась и, наклонившись, стала расстегивать ремешки туфель на высоких каблуках.

– Боже, что это была за ночь! – воскликнула она. – Мы с Николасом и его друзьями гуляли до девяти утра, да и потом толком не спали. А ты? Ты выше всего этого? Сидела дома?

– Нет, я пошла на вечеринку, но попраздновать не удалось.

– Что значит – не удалось? – Она сбросила туфли с ног, босиком прошлепала к кровати и рухнула на нее, словно куль с песком.

– Можно сказать, случился форс-мажор, – отозвалась я и вкратце пересказала события вчерашнего вечера. Нечасто бывает, чтобы Ева потеряла дар речи. Но сегодня был один из таких редких случаев.

– Ну ничего себе, кошмар какой, – наконец сказала она.

– Да не то слово.

Я снова уставилась в потолок, вспоминая томительное ожидание в больничном коридоре. И тут в голове всплыл вопрос, который я хотела задать Еве.

– Слушай, Ева, скажи-ка мне: тебе на глаза не попадалось письмо?

– Письмо? – переспросила она. – Письмо тебе? Или что ты имеешь в виду?

– Письмо мне. Его оставили где-то здесь. Где именно, я не знаю. Может, под дверью или в почтовом ящике.

Ева наморщила лоб, напряженно размышляя.

– Нет, не вспоминаю. Я находила только одно письмо – то, что недавно тебе отдавала.

В первое мгновение я готова была взорваться, а затем вспомнила о приглашении на свадьбу. Я о нем напрочь позабыла. Да уж, теперь Софи и Энди, наверное, не рады, что затеяли торжество. Несчастливая звезда осенила их грядущее бракосочетание. Впрочем, возможно, до тех пор все наладится.

– А что такое с этим письмом? – полюбопытствовала Ева. – Оно важное?

– Может быть, что очень важное. – Я вздохнула и запустила пальцы в волосы. – Оно от Элиаса. К сожалению, я его не получила и не прочла. Ты абсолютно уверена, что нигде на него не натыкалась? Может, ты забыла его мне передать? Это было уже довольно давно. Месяца полтора-два назад.

– Ну все-таки я не до такой степени растяпа, – обиделась Ева. – Может, я и могу забыть о чем-то на один-два дня, но чтобы напрочь – такого еще никогда не случалось.

– Я тебе верю. Просто я не могу понять, куда оно делось.

– Может, его утащила старуха Мейерхубер?

– Кто-кто? – переспросила я.

– Ну, уборщица. Злобная тетка в халате и с сальными волосами.

Я знала двух здешних уборщиц. Одна из них была турчанка, другая – родом из Баварии. Обеих я совершенно не понимала.

– Но зачем ей это делать? – удивилась я.

– Да потому что у нее в голове труха.

– Как это понимать?

Ева потянулась.

– Недель шесть или семь тому назад она подметала лестницу. Я поднимаюсь, и тут она ни с того ни с сего принимается бранить меня по-баварски.

Я засмеялась.

– Серьезно?

– Да-да, – ответила Ева. – Кроме шуток. Сущая фурия.

– Что же она сказала?

– Да я хорошо если половину поняла. Что-то вроде: «Утащили б тебя черти, свинья поганая! Только я подмела, а они ходят, топчут грязными ножищами!» Для меня так и осталось тайной, чего она хотела. У меня обувь была чистая.

Мне живо представилась эта смешная сцена.

– Что же ты ответила?

– Спросила, чего она на меня взъелась. Тогда она прочитала мне целую лекцию: дескать, все мы, студенты, «одинакие», никого «ни в грош не ставим», хотим только, чтобы «за нами дерьмо выгребали». Я посоветовала ей выпить успокоительное. Тут у нее просто крышу сорвало. Замахнулась на меня веником! Пришлось спасаться бегством.