Разрешите влюбиться - Елена Сокол

Развернулась и принялась проверять, закрыта ли клетка с ежом.

Я встал, почесал затылок. Сердце в груди прыгало, как бешеное.

— Насть. — Подошел к ней сзади и вдохнул запах волос. — Прости меня, пожалуйста. Я… Я ведь просто не умею. Не знаю, как… — Зажмурился и до боли сжал челюсти.

— Чего ты не знаешь? — Она развернулась. Ее грудь высоко поднималась и опускалась. — Не знаешь, как вести себя с девушкой? Тебе раньше не попадались нормальные? Только те, кто сразу лезли тебе в джинсы?

— Настя… — Подошел вплотную и притянул ее за талию. — Со мной в первый раз такое. Я все время о тебе думаю. У меня башню сносит, клянусь. Пойми, ты…

Ее глаза широко распахнулись.

— Ром… — произнесла испуганно, видя, что я приближаюсь.

Но было уже поздно. Мои руки перехватили ее лицо, пальцы скользнули в ее шелковистые волосы. Я прижал ее к себе и поцеловал. И чуть с ума не сошел, почувствовав ее вкус. Ее губы были такими мягкими, робкими, сладкими, а язык горячим и живым. Настя не спешила мне отвечать, но и не оттолкнула сразу. И от этого я совершенно потерял голову.

Вжался в ее рот, просунул в него язык почти на всю глубину, и принялся жадно целовать. А мои руки заметались по ее телу. Сначала гладили по волосам, а заметив, что девушка неловко начала отвечать мне, принялись скользить по коже вниз и ласкать грудь, затем притянули ее за бедра, полезли за пояс облегающих брючек.

— Нет… Стой… — Настя отпрыгнула от меня, как от огня.

Мы встретились взглядами, и меня окатило волной стыда.

— Я не могу. — Она коснулась пальцами разгоряченных губ и замерла. Попыталась отдышаться. — Только не так. — Ее глаза наполнились слезами. — Это неправильно.

— Все хорошо, Настя. — Потянул к ней руки. — Если напугал тебя, прости. Давай притормозим.

— Нет. — Девушка жестом приказала мне остановиться и не приближаться к ней. — У тебя определенная репутация, Гай. Этого не изменить.

— Для тебя это проблема?

— Еще какая. — Она закрыла глаза. — Я не хочу быть очередной «крошкой» или «деткой» в твоей коллекции, понимаешь? Мне это не подходит. Я хочу, чтобы все было серьезно. Я не доверяю тебе, и поэтому мне нужно время, чтобы узнать тебя, поверить, впустить себе в душу. Мне нужны нормальные отношения. Ты согласен на такое?

Я был настолько возбужден, что сразу и не понял, о чем она толкует. Вдохнул, выдохнул, отошел к столу.

— Вот видишь. — Настя откинула волосы с лица. — Все, чего ты хотел, это удовольствие. Быстрый перепих, или как вы это называете? А завтра будет Маша, Даша, или кто еще там в твоем списке обязательных завоеваний на этот месяц? А мне нужен нормальный парень — не тот, кто спит и флиртует со всеми подряд.

Я проглотил горький ком и усмехнулся:

— Конечно. Лучше ни с кем не спать и быть занудной ботаничкой в бабушкином свитере, да? Строить из себя недотрогу? Хороший имидж, да вот только все вы одинаковые. Просто цена разная.

Девушка отшатнулась назад, ее лицо вспыхнуло, губы поджались.

— Если тебе слабо по-настоящему, то убирайся к черту, — вымолвила, задыхаясь.

Внутри меня что-то оборвалось.

Я не мог дать ей того, что она просила. Потому что не верил никому. Хотел подойти и попросить прощения, но слова застряли комом в пересохшем горле.

— Уходи!

Она была права. Я не был способен любить кого-то. Я не занимался любовью с девушками, потому что не знал, что это такое. Просто время от времени трахал их и тут же забывал. Я оброс своей скорлупой из лицемерия и наигранной холодности, а эта девочка вдруг сумела под нее пробраться, и снова сделала меня уязвимым. И это ужасно бесило.

Теперь я не знал, кто я, и чего хочу от жизни. Она спутала все карты и теперь требовала от меня серьезности.

То, чего хотела Настя, было невозможным. Я не мог ей этого дать. Только не я.

Поэтому, ничего так и не сказав, я развернулся и ушел.