Прекрасный секрет - Кристина Лорен

– А как прошла твоя встреча? – спросила я, задыхаясь от его близости и от того, как он смотрит на меня, словно вспоминая все наши вчерашние ласки. Утром он был так резок, и по настойчивости его взгляда я поняла, что он, судя по всему, паниковал и чувствовал себя так, будто бежит с места преступления.

Но, может быть, я ошибаюсь? Может, он просто хотел вести себя естественно? Или волновался, все ли со мной хорошо.

– Все хорошо, – ответил он. – Мы почти заключили сделку. – Он не сводил глаз с моего рта.

– Хорошо, – согласилась я.

– Весьма.

Я закусила губу, выдавив нервную улыбку и добавив:

– Ты о чем-то задумался?

Найл кивнул и протянул руку, прикасаясь к моей нижней губе.

– Никогда не видел на тебе эту помаду.

– Слишком красная? – спросила я.

Он моргнул и покачал головой.

– Нет. Не слишком.

Может, именно так я смогла достучаться до него? Снова и снова напоминая, что я не Порция, что я его хочу и что это нормально – хотеть меня?

С колотящимся сердцем я заперла замок на двери и повернулась к нему. Покопавшись в сумке, я достала помаду. Я не знала, что собираюсь делать, и понимала только то, что его заворожил цвет моих губ и что мне совершенно не хочется переключать его внимание на что-то еще.

Пока он наблюдал за мной, я сняла крышечку и нанесла на губы еще один слой.

– Ты не можешь быть настоящей, – прошептал он.

Мое сердце так колотилось, что я не могла дышать. Я поставила помаду на стол рядом с ним и потянулась к его галстуку. Развязала узел, расстегнула две верхние пуговицы. Он сохранял полную неподвижность. Я наклонилась и прижалась губами к теплой коже над сердцем.

Я подняла голову и увидела изумление на его лице.

– Еще, – выдохнул он.

Я подалась вперед, целуя его все ниже и продолжая расстегивать рубашку. Мои губы спустились по груди к животу.

Он молчал и только прерывисто дышал, и его живот ходил ходуном под моим ртом.

Я посмотрела на красные отметины, оставшиеся на его теле, и возбудилась от мысли о том, что остаток дня он проходит с моими следами под одеждой. Но этого мне было недостаточно, и ему, кажется, тоже.

– Продолжаю, – сказала я.

Он хочет, чтобы я поцеловала его там. Я вижу это по его глазам.

Мои пальцы поиграли с ремнем на его брюках, взгляд не отрывался от его лица. Если он хоть на секунду почувствует неловкость, я сразу же остановлюсь.

Но я читала только облегчение, согласие и какое-то робкое отчаяние.

С тихим стуком его ремень расстегнулся. Молния разошлась. А потом я подождала, приоткрыв его ширинку. Его напряженный член упирался в мои пальцы. Молчание нарушалось его прерывистыми вздохами.

Я видела, как его взгляд скользнул к двери и вернулся к моему лицу.

Я покачала головой.

– Я могу…

– Нет, – прошипел он.

Кивнув, я поцеловала мягкую дорожку волос на его животе, лизнула.

– О господи, – выдохнул он.

Я скользнула рукой в его плавки, он сглотнул, и его кадык дернулся, он запрокинул голову. Я опять изумилась, какой у него тяжелый, длинный член, и высвободила его, опустившись на колени.

– Кажется, мне нужна еще помада, – прошептала я.

С усилием он кивнул, посмотрел на меня и моргнул.

– Конечно.

Его пальцы слепо ощупали стол, роняя ручки и бумаги на пол, потом он нашел серебристый тюбик.

С щелчком крышечка отскочила, и Найл моргнул, трясущимися руками выкручивая помаду.

Взяв меня ладонью за подбородок, он прижал помаду к моей нижней губе и осторожно провел ею от центра налево, потом направо, потом по верхней губе.

– Руби.

Я улыбнулась, не отводя взгляд и прижимаясь губами к его члену.

Найл хрипло застонал и вцепился в стол.

– Господи.

– Хорошо?

Он кивнул.

Я спустилась губами ниже, оставляя следы помады на его члене. Я изучала его так, как не смогла изучить прошлой ночью, наслаждаясь его ощущением в моих руках.

– Какой ты красивый! Даже не знаю, с чего начать.

Скажи мне, мысленно просила я. Скажи мне.

– О-оближи, – выдохнул он. Он понял. – Пожалуйста, милая.

Я улыбнулась и провела языком по всей длине члена. Найл низко застонал.

– Все?

– Нет-нет, пожалуйста.

Я улыбнулась, снова прикасаясь к нему губами.

– Где?

Он на секунду закрыл глаза и сглотнул, потом ответил:

– Головку. – И снова встретился со мной взглядом. – Оближи головку.

Я чуть не растеклась лужицей от возбуждения, и между ног у меня запульсировало. Проведя языком по его широкой головке, я почувствовала пот и соль, вкус мужчины и услышала его тихий облегченный стон.

Длинные пальцы пробежали по моей щеке и волосам, сжавшись в кулак, когда я вобрала в рот всю головку, потом еще пару дюймов, потом двинулась назад и увлеченно занялась минетом, который, как я подозревала, был для него первым за много лет.

И какое несоответствие. Его член был такой большой, длинный, казался таким необузданным в своем нетерпении, а руки, нежно придерживающие меня за волосы, дрожали.

Вверх, вниз, скольжение, влага. Мне было наплевать, какие звуки я издаю в процессе, вбирая его по самое основание, у меня потекли слезы из глаз, и я задыхалась. Он смотрел на меня так, словно я волшебная фея, и от этого мне хотелось доставить ему максимальное удовольствие, какое может испытать мужчина.

Я взялась одной рукой пониже, второй сжала его бедро, безмолвно поощряя его: давай, давай, давай. Я хотела, чтобы он начал двигаться навстречу, и он ответил, сначала осторожно и неглубоко, потом все глубже и глубже, помогая мне, скользя по губам и языку.

Интересно, его также возбуждают эти звуки, как и меня? Мои прерывистые стоны и вздохи, когда он погружается глубже, когда он теряет контроль и дергается, когда он нетерпеливо тянет меня за волосы? Это было так хорошо, и мы оба сходили с ума.

Он отдался наслаждению – то ускорялся, то замедлялся, пока не установил единый ритм. Я наблюдала за его лицом, чувствуя языком, как он становится еще тверже, и видя, как его лицо искажается в гримасе. Его пальцы еще сильнее ухватили меня за волосы.

– О! – выдохнул он, и я вспомнила его слова и прочитала в его глазах, что он тоже вспомнил: «Хочу этого. Хочу, чтобы ты жадно сосала мой член и умоляла меня разрешить тебе проглотить».