За стеклом - Наталья Нестерова

— А чем ты можешь помочь? — хмыкнул Володя и тут же вспомнил Генкины наставления. — Мила! Ты мне окажешь неоценимую услугу, если… только вместе с Генкой, если вы… словом, освободите нам эту площадь. Понимаешь, дома дети под ногами вертятся, да что тебе говорить, сама отлично знаешь. А нам, Лене и мне, требуется время и чистое пространство. Вроде плацдарма для подготовки свежих войск.

«Неужели она поверит этой ерунде?» — мысленно испугался Володя.

Мила не только поверила, она обрадовалась и заулыбалась. Про ее старение — враки, ошибка. Серебро с годами, даже если темнеет, благородство только приобретает. Отличная у Генки женка! Но ее достоинства заметны, только когда улыбается. Почти такой же Мила была в юности.

— Конечно, Володя! Не сомневайся! — горячо заверила Мила. — Сколько вам требуется, столько и… маршируйте на плацдарме!

— Генка тебя, — забросил удочку Володя, — сильно напрягает? В крайнем случае могу другую комнату снять или квартиру.

— Не сильно, — заверила Мила.

— Генка тебя очень любит. Несмотря на медичек, то есть одну Медичку.

— Одну? — заинтересованно переспросила Мила.

Володя постарался придать лицу выражение абсолютной искренности, даже заморгал от усердия:

— Мила! Как на духу! Он тебе верен, глубоко в душе!

«Так глубоко, — подумал Володя, — что не раскопаешь».

— Ведь каждый может оступиться, правда, Володя?

— Истинно так! — Он с готовностью закивал.

— И ты? — неожиданно перевела стрелки Мила. — Штанга — это у тебя временное увлечение?

— Генка — трепло! — воскликнул Володя, забыв об установке хвалить друга. — Что он тебе наплел?

— Не важно. Володя, ты повинись перед Леной! Гена каждый вечер на разные лады клянется мне в верности. Наверное, врет. Но это так приятно!

— Почему же ты раньше, — заинтересовался Володя, — когда у Генки с Медичкой случилось, на его клятвы внимания не обращала?

— Молодая была, глупая, — призналась Мила.

«У женщин от молодости до зрелости, — мысленно отметил Володя, — период крайне короткий».

— Отомстить хотела, — продолжала Мила. — Только все это глупости. Ни жена мужу, ни муж жене отомстить не могут. Ранить, почти убить, инвалидом душевным оставить — запросто. А месть — из другой оперы, из других, не семейных отношений. Будешь это иметь в виду?

— Буду! — пообещал Володя.

Он проводил Милу до двери, развернулся — соседка поджидает.

— Баб табунами не позволю, участковому заявлю! — пригрозила она.

— Понял, — кивнул Володя, хотя ничего не понял.

Проскользнул мимо старушки в комнату, вернулся к работе.

Итак, узел шлифовального шпинделя. Отличная идея, и Канарейкин ее только улучшил.

В этом была проблема: он воровал талантливо, превращая смутную идею в толковую. У Володи рука не поднялась забрать у Канарейкина авторство на четыре из двадцати двух украденных изобретений. Но встречалась и явная халтура. Рецепт овощного мусса для диабетиков слово в слово совпадал с заявкой другого человека. Очевидно, в кулинарии и медицине Канарейкин мало смыслил, но то, что он был хорошим инженером, сомнений не вызывало.

Роторную абразивную головку какой-то Хвостов придумал, а Канарейкин гениально ее приспособил для обработки отверстий.

Сам Володя еще в институте понял, что фундаментальная наука не для него, что склад ума у него прикладной и технический.

Над теоретической частью диссертации до посинения бился. Поэтому он испытывал к разоблачаемому Канарейкину противоположные чувства: осуждения и восхищения. Ворюга, но как мозги работают!

Володя почти обрел душевное спокойствие.

Переживания из-за ссоры с женой отодвинулись на задний план, а на переднем была гора срочной работы, требующей большого умственного напряжения. И с детьми он разобрался, по телефону поговорил.

Лена, как всегда, подняла панику на пустом месте. Петя принес в школу какую-то взрослую книгу, но даже открыть не успел, учительница забрала, раскудахталась, маму вызвала. Мама, «сам знаешь, папа, какая она теперь нервная», сразу за ремень схватилась.

И у Насти тоже все в порядке. Ее одноклассник хочет фотожурналистом стать, несколько портретов Настиных сделал. А мама — в крик: «Ты позируешь! Позируешь!» Да пусть ребенок позирует на здоровье! Володя дал дочери благословение.