Мой бесстрашный герцог - Валери Боумен

– Я люблю тебя, Николь.

– А я люблю тебя, Марк, – тотчас отозвалась она. – Люблю тебя так, что не могу выразить словами.

Молодые супруги провели следующие несколько дней в постели, познавая друг друга. В перерывах они беседовали о самых разных вещах – от лошадей до ее любимой картины кисти Лоуренса. Николь никогда не была счастливее, чем в те чудесные дни.

Регина негромко кашлянула, и Николь вернулась к реальности. В данный момент она сидела за столом напротив подруги в залитой солнцем комнате. У нее разрывалось сердце при мысли о Марке – человеке, пробудившем в ней страсть, – которого французы избивали в лагере для военнопленных.

– Все это было давно, – сказала Регина, протягивая подруге платок. – Я не писала тебе об этом, потому что…

– Потому что я просила не упоминать о нем в письмах, я помню. – Николь вздохнула и утерла слезы. – Но как ты узнала о его плене? Он же не поддерживает с вами связи.

– Дядя Эдвард внимательно следит за его жизнью. О Марке часто пишут в газетах. Мы знаем о нем намного больше, чем он думает. – Регина всмотрелась в лицо подруги. – Прости, я не хотела тебя расстроить.

– Я не расстроена. Я… – Господи, да что же это с ней? Много лет она старалась избавиться от эмоций, связанных с Марком. Сколько раз она представляла себе, как читает письмо, сообщающее о его безвременной кончине. Но вот сейчас, узнав, что он и в самом деле находился на волосок от смерти, она была потрясена. Сложив платок, Николь еще раз промокнула глаза.

– Проклятье, я ведь не плакса!

– Конечно, нет, – проговорила Регина. – Ты моя бесстрашная кузина, которая работала на сыщиков с Боу-стрит и на военное министерство. Давно хочу тебя спросить, как это тебе удавалось. Вполне возможно, я выберу тот же путь. Расскажи…

Николь улыбнулась. Регина отлично умела сменить тему разговора.

– Не знаю, как насчет бесстрашия, но я всегда хотела заняться хоть чем-нибудь полезным.

– И все же я не могу себе представить, как дочь графа стала агентом с Боу-стрит.

– Я никогда не была официальным агентом. Просто помогала. Они не собирались включать меня в свои ряды. – Николь посмотрела в окно на кусты боярышника, и на нее снова нахлынули воспоминания.

Она вошла в контору на Боу-стрит, дрожа от страха. Сыщики посмеются над ней? Или сразу вышвырнут за дверь? Оба варианта были вполне возможны. А двое воришек шагали сейчас прямо перед ней под дулом ее пистолета. Вероятно, оба были слишком потрясены тем фактом, что их задержала леди, потому и не пытались бежать.

В приемной, за столом, казавшимся слишком большим для него, сидел щуплый молодой человек в очках в серебряной оправе.

– Могу я вам чем-нибудь помочь, леди? – пробормотал он, с удивлением глядя на гостью и ее пленников.

– Да, пожалуйста. – Николь расправила плечи. – Хочу увидеть кого-нибудь из агентов. Мне необходимо передать вам этих людей. Они разыскиваются за воровство.

Глаза молодого человека заметались за стеклами очков. Он подергал себя за галстук – вероятно, слишком туго завязанный.

– Оуклиф! – выкрикнул он наконец.

И почти сразу же в приемную вышел молодой светловолосый бог. На нем были черные бриджи, черные сапоги, белая рубашка и красный жилет. Сюртук он, вероятно, оставил в кабинете. Увидев Николь, сыщик вынул изо рта сигару и присвистнул.

– Будь я проклят… – пробормотал он.

– Меня зовут Николь Хантингтон, – сообщила гостья, намеренно не добавив к своему имени «леди». – Я пришла, чтобы передать вам этих двоих. Они воры, – добавила она, глядя прямо на агента.

Светловолосый бог по имени Оуклиф подошел к задержанным и окинул их внимательным взглядом. После чего с широкой улыбкой сказал:

– Доброе утро, мисс Хантингтон. Меня зовут Дэффин Оуклиф, и у меня к вам есть вопросы.

– А вы агент? – спросила Николь.

– Совершенно верно.

– Тогда я с радостью отвечу на ваши вопросы. Только сначала пусть уведут этих людей.

– Но кто они? – нахмурился Оуклиф и снова взглянул на воришек.

– Я ведь уже сказала, что это два вора, о которых писали во вчерашней газете, – сообщила Николь.

Оуклиф на мгновение разинул рот.

– Паркер и Смит?.. Так это вы их нашли?..

– Да, я, – с гордостью заявила Николь и улыбнулась.

– Но почему вы привели их к нам? – Дэффин прищурился.

Собравшись с духом, Николь выпалила:

– Я хочу, чтобы вы взяли меня на службу.

– О, леди! – Улыбка вернулась на лицо Дэффина. – Расскажите о себе побольше.

Так начались ее отношения с Дэффином и агентами с Боу-стрит. Ему не очень-то понравилось, что она леди, но Николь сумела убедить его в том, что сумеет быть полезной. Против аристократии совершалось довольно много преступлений – и кто сможет лучше наблюдать за преступниками, оставаясь незамеченной, чем юная леди из высшего общества? Ни один преступник, идущий по улице, никогда не заподозрит, что молодая красавица, только что прошедшая мимо, высматривает именно его. В общем, Николь в конце концов убедила Дэффина в своей полезности, но он не разрешил ей называться агентом, и она стала ассистентом. Большего в тот момент она не могла добиться, поэтому готова была довольствоваться и этим. Пока.

Николь доказала свою полезность и убедила сыщиков в том, что нужна им. Они не могли официально взять на службу женщину, но принимали ее помощь и делились с ней вознаграждением. Она не отказывалась.

Дэффин понемногу учил ее. Он познакомил ее с приемами тайного наблюдения, а также обучил искусству вести допрос подозреваемых и многому другому. Николь оказалась прекрасной ученицей и с помощью Дэффина вскоре добилась больших успехов. Проработав почти два года, она стала одним из лучших сыщиков. Именно поэтому она следила за вороватым слугой, когда встретила Марка.

Николь надеялась, что муж порадуется ее достижениям, но вместо этого, узнав о ее связях с Боу-стрит, он пришел в ярость. Ей неоднократно – через Дэффина – предлагали поработать в военном министерстве, и после разрыва с Марком она приняла предложение. Так что у нее было достаточно причин, чтобы покинуть Англию.

– Я тоже хочу помочь, – сказала Регина, снова вернув Николь к реальности.

– Помочь… в чем?

– Я хочу помочь найти убийцу кузена Джона, – заявила Регина.