Последний сезон - Элизабет Бикон

Послышался голос Элиан, та что-то переспрашивала у Изабеллы, они обе стояли на лестнице и делали вид, что не слушают, прилежно ловя каждое их слово.

— Приятно? — промямлила она, устремив на него горький взгляд. — Приятно, как косточки от вишни в пироге.

— Мне нравятся вишни, Кейт, — сказал он с подтекстом и облизнулся, уставившись на ее рот, верно, предвкушал свой поцелуй. — Просто обожаю красные, сладкие, ароматные, только что с дерева. Так и хочется впиться до оскомины на языке.

— Как мило, — сказала она громко ровным тоном, меряя его яростным, пренебрежительным взглядом. Он пытается ввести ее в искушение своими словами под носом у компаньонки и младшей сестры.

— Не только мило, Кейт, но вкусно, просто деликатес, приятный и непременный. — Он нечестиво акцентировал каждое определение, и это заставляло ее сгорать от любопытства. — Да, обязательно закажем сладких вишен для нашего свадебного завтрака, мне никак не обойтись без их особенного пикантного аромата на торжестве, предваряющем наше вступление в совместную жизнь. Я долго ждал того, — завершил он свою речь.

— Закажу особую сладость ради вашего удовольствия, чтобы вы не набили оскомину.

— Вы обещаете стать беспримерно услужливой женой, — парировал он, прихватив накидку для ее вечернего платья, и преувеличенно заботливо укутал ее оголенные плечи и открытую шею, не забывая прикасаться к ним. Ему удалось завести ее, она почти готова была сомлеть от страсти у его ног.

— А я, похоже, обречена ходить на цепи с примерно гуляющим мужем, — легко и весело откликнулась она.

— Вы льстите мне.

— Не намеревалась.

— Что ж, я вскоре обрету тот статус, когда смогу преподать вам несколько уроков и научить извлекать крупицы истины из фантазий, Кейт, — произнес он непростительно самодовольным тоном.

— Для начала, милорд, — важничала она, — вам надо отследить разницу между ними.

— Полагаю, мы бы могли заняться этим вместе. — Его тон убаюкивал, и Кейт рассердилась, хотя и не могла решить, залепить ли пощечину или поцеловать.

— Давайте поторапливайтесь, — раздраженно прервала их Изабелла, — иначе этот фарс закончится вместе с первым действием спектакля, если мы к тому времени все же доберемся до театра. Нечего есть друг друга глазами, как два барана, смотреть тошно.

— Изабелла, — упрекнула Элиан, — какой вульгарный оборот!

— Зато в точку. Они доводят меня не хуже Кита и Миранды. Вот уж не думала, что буду попрекать Кейт, у нее в голове никак не сойдутся мир и любовь.

— Не верится, что и вы сейчас способны на это, — усмехнулся Эдмунд, отнимая ладони от плеч Кейт, ей сразу стало холодно и одиноко.

— Независимо от моих способностей, любезно прошу вас обоих поторопиться. Пожалуйста. Возможно, вам не в тягость измываться надо мной до скончания вечера, но хочется посмотреть, как вы воспримите более пристрастные восторги Кита, если мы опоздаем по вашей милости.

Элиан театрально повела плечами и погнала их всех, как гусей, вниз по парадной лестнице к роскошному экипажу. Кейт даже рта открыть не успела и уже на ходу додумывала свой сокрушительный ответ младшей сестрице. Их усадили в карету, и только тогда она опомнилась. Эдмунд — вот мучение! — сидит рядом с ней, так они, пожалуй, молча доедут до Друри-Лейн, и невыносимо самодовольная Изабелла войдет в театр победительницей.

— Я с тобой еще поквитаюсь, — все же пробормотала ей Кейт, пока остальные, выбираясь из кареты, были поглощены вежливыми маневрами и, по ее разумению, не могли их расслышать.

— Попробуй. — Изабелла вышла из кареты, опираясь на затянутую в перчатку любезную руку Эдмунда, однако, по мнению старшей сестры, она явно не заслуживала такого снисхождения.

— Попробую, не сомневайся, — машинально отреагировала Кейт, тут же позабыв, какие наказания успела придумать, поскольку теперь в свою очередь опиралась на руку Эдмунда.

Огонь пробежал по их сцепленным пальцам и понесся, покалывая, дальше, по натянутым нервам, так что она, увлекшись надеждой, едва удержалась на дрожащих ногах, что уж говорить о ее колком язычке!

— Итак, гуси-лебеди, — призвала к порядку Элиан, словно этой Матушке Гусыне невдомек, как повлиял на Кейт то ли лунный свет, то ли заклинание, то ли что там еще сотворил Эдмунд в темной библиотеке лорда Уиндоувера. — У вас было время порезвиться, сейчас не место для детских склок и обид. И пока мы проходим в ложу, вы не будете поливать друг друга лимонадом и мстительно наступать на подол платья иной особы. И не стоит испытывать терпение лорда Карнвуда, он сегодня и так притомился в дороге, а его настроение нам еще пригодится. Я понятно выразилась?

— Более чем, — отозвался Эдмунд и с насмешкой посмотрел на обеих сестричек, которые нахохлились, словно сорванцы в кабинете директора школы.

— Как горный поток, — просипела Кейт.

— Я, к примеру, даже не мечтала о таких проступках, — заверила Изабелла, но никто не поверил ее ангельски невинному тону.

— И не мечтайте, — сказал Кит, выходя им навстречу. — Что бы вам там ни внушала Элиан, не поддавайтесь.

Изабелла вздохнула:

— Ах, как здорово снова почувствовать себя детьми!

— Весьма сомнительно. Но, знаете ли, у меня сегодня выдался довольно насыщенный денек, и я не в состоянии довести все до полного безобразия, поскольку моя жена сейчас за сотню миль отсюда, так что могу чистосердечно признаться, мои нервы на взводе. Поэтому спрашиваю: вы действительно приехали сюда посмотреть на эту вечную игру словами или у вас своя пьеса, детки?

— Я за вечную пьесу, — кивнула Изабелла с умильным видом, правда, Кейт предположила, что младшенькая явно метит на роль Офелии в пару Гамлету — Кину, и к чему наблюдать игру менее талантливой профессионалки.

— Даже не представляете, как вам повезло, — сообщил Эдмунд Кейт, когда их радостно приветствовали в ложе, абонированной семейством Мосли. Она недоверчиво обернулась к нему. — У вас такая дружная семья, что вы за один лишь вечер можете спокойно пикироваться с сестрой, быть на ножах с зятем и получить взбучку от вашей многострадальной компаньонки и наставницы.

— И это особая привилегия?

— С моей точки зрения, — признательно улыбнулся он, как ни странно позавидовав ей. — Мне хочется, чтобы у моих детей было это.

— Что — это?

— Родственная близость. Возможность влиться в семью, где временами спорят и пререкаются друг с другом, но объединяются против внешней угрозы, защищаются спиной к спине и преданно любят родню.

— Думаю… — начала она, но затем до нее дошел полный смысл сказанного.

Их дети станут частью обширного семейства, в котором ей посчастливилось взрослеть. За последние пять лет она как-то не осознавала ценности семьи, которую создала с Китом вернувшаяся домой Миранда, именно этот очаг вновь свел трех сестер, они согрелись его теплом и крепко привязались друг к другу всей душой.