Блейз Уиндхем - Бертрис Смолл

Руки были явно женскими. Оуэн принялсявспоминать, кто участвует в игре. Но это могла быть любая из сестер Морган.Исключил бы он разве что Блайт.

— Дилайт! — объявил он. Должно быть,его рук и впрямь коснулась Дилайт.

Играющие взорвались хором отрицательныхответов, и повязку сняли.

— Так кто же это был? — озадаченнопроизнес Оуэн.

— Мы, милорд Оуэн, — в один голосответили Ларк и Линнет, торжествующе хихикая. — Мы хлопнули по ладонямвместе.

— Штраф! Штраф! Пусть платит! —закричали остальные.

Энтони Уиндхем согласно кивнул и задумался наднаказанием для неудачника. Постепенно дьявольская улыбка исказила его губы, ион провозгласил:

— За его проигрыш я должен поцеловатьмистрис Блисс!

— Ну уж нет! — вскипел эрлМарвудский, побагровев от негодования. — Это несправедливо! Меня коснулисьсразу двое!

— Плати штраф! Плати штраф! —настаивали игроки.

— Разве мое мнение никого неинтересует? — спросила Блисс, в этот вечер особенно хорошенькая в своемплатье цвета зеленого яблока.

— Так что же скажете вы, мистрисБлисс? — осведомился Лорд Беспорядок.

— Скажу, что я охотно уплачу штрафмилорда, ибо он часто говаривал, что лучше него никто на свете не умеетцеловаться. Как же я проверю, правду ли он говорит, если мне не с чемсравнивать? — Ее сапфировые глаза коварно блеснули.

Прежде чем Оуэн Фицхаг успел возразить, ЭнтониУиндхем притянул к себе покорную Блисс Морган и крепко поцеловал ее. Она густопокраснела.

— Вот теперь, — засмеялсяТони, — у вас есть возможность сравнивать, мистрис, но поскольку яджентльмен, я не стану спрашивать, кто из нас умеет лучше угодить вам!

— Разумеется, милорд Оуэн, — безколебаний отозвалась Блисс. — От вашего поцелуя у меня не перехватываетдыхание — так, как бывает, когда меня целует он!

С довольной усмешкой эрл Марвудский обнял заталию свою невесту.

— Если будешь послушным мальчиком. Тони,когда-нибудь я открою тебе свой секрет, — поддразнил он друга.

Игра продолжилась не менее весело, за нейпоследовали танцы, а затем — снова игры. Праздник начался еще утром, и теперь,перед заходом солнца, эрл и графиня Лэнгфорд вывели гостей из дома в сад, гдепредстояло спеть здравицу плодовому дереву. Была принесена огромная чашаяблочного сидра, и среди высоких костров, разложенных прислугой эрла, гостиподняли тост за деревья, а затем остатки сидра разбрызгали по земле в саду,чтобы на следующий год деревья дали хороший урожай.

Солнце уже садилось, и небо на западе сталоблестящим, каким оно бывает только зимой. У горизонта лежала узкая полосалиловых туч, верхушки которых заливал оранжевый отблеск. Вечерняя звездапоявилась в темнеющем небе, и гости вернулись в дом завершать празднества.

В столовую подали простой ужин, а потомустроили танцы под аккомпанемент музыкантов, расположившихся в галерее. Младшиегости играли в прятки и жмурки, а влюбленные пары куда-то исчезли. К великомуудовольствию Дилайт, ей удалось дважды протанцевать с Энтони, но к еепоследующему разочарованию, оказалось, что он не воспринимает ее всерьез, ибедняжка просто не знала, как быть.

Как же дать ему понять, что она уже взрослая,не переступая при этом границ приличия? Дилайт считала, что Энтони не любитразвязных женщин. Неужели он ничего не замечает? Даже Блисс недавно былавынуждена признать, что у Дилайт начала расти грудь. Наконец появилась стараяАда, и малышей увели спать. Вскоре после этого остальные гости началирасходиться по спальням, ибо завтра утром им предстояло покинуть Риверс-Эдж иотправиться по домам, В укромной нише Блисс Морган обидчиво выпятила пухлые отпоцелуев губки, глядя на жениха.

— Не понимаю, зачем вам понадобилосьвозвращаться ко двору, Оуэн, — мило сокрушалась она.

— Энтони нужен опытный спутник, Блисс,чтобы он имел успех при дворе. Чтобы иметь такой успех, надо завоеватьблагосклонность короля, обратить на себя его внимание, а в этом может помочьтолько тот, кто близко знаком с королем, — Оуэн рассмеялся. — Всущности, все это гораздо проще, чем кажется.

— По-моему, вы объясняетесь слишкомзапутанно и неубедительно, — резко отозвалась Блисс. — Зачем вамуезжать именно сейчас? Разве Энтони не может подождать?

Все эти годы он прекрасно обходился безпредставления ко двору.

— Блисс, наберитесь терпения. Едваначнется пост, все придворные торжества прекратятся до самой Пасхи. Неужели выхотите, чтобы Тони потерял еще несколько месяцев, пока я ухаживаю за вами? Вапреле, после Пасхи, мы поженимся.

Ждать осталось уже совсем недолго, дорогая.Разумеется, если бы вы согласились выйти за меня замуж без пышного торжества,мы могли бы отправиться ко двору вдвоем.

Блисс топнула ножкой.

— Нет, сэр! Вы не лишите меня свадьбы.Как это произошло у Эдмунда и Блейз!

— Но ведь отсутствие пышной свадьбы ни вкоей мере не помешало счастью вашей сестры, — сухо заметил Оуэн Фицхаг.

— О, да отправляйтесь вы к вашемудрагоценному двору! — не выдержала Блисс. — Но смотрите, помните своиобещания, милорд, ибо как только мы поженимся, я выцарапаю глаза любой женщине,которая только осмелится взглянуть на вас!

Оуэн Фицхаг рассмеялся.

— Дорогая, вы чересчур ревнивы.

— Убирайтесь к дьяволу! — выпалилаБлисс.

— Только если вы дадите обещание сопровождатьменя. — Оуэн поцеловал ее в кончик носа.

Блисс показала ему язык, а потом сноварассмеялась.

— Мы — два сапога пара, милорд, — снеожиданной откровенностью призналась она.

Он кивнул.

— Вы совершенно правы, моя прекраснаяБлисс. Мы очень подходим друг другу — в этом не может быть никаких сомнений. Атеперь, моя вспыльчивая невеста, отправляйтесь спать, ибо что касается меня, тоя не прочь целовать и обнимать вас всю ночь.

Синие глаза Блисс распахнулись отнеподдельного изумления.

— Сэр, неужели даже спор не охладил вашпыл?

Оуэн Фицхаг крепко обнял девушку и взглянул ейв глаза.

— Вам придется еще многому научиться,Блисс, и я с радостью возьмусь за ваше обучение. Надеюсь, с такой же радостьювы будете усваивать знания. Да, дорогая, наш спор только возбудил меня, а этогосо мной еще не случалось.