Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях - Юлия Шилова

– После занятий сексом мне всегда хочетсяесть, – Валид прижал меня к себе и поцеловал в шею.

– Тогда пошли. Я буду тебя кормить.

– Тебе понравилось? Тебе было хорошо? – Мужлюбил, чтобы я делала ему комплименты и восторженно благодарила за потрясающийсекс.

– В постели ты – бог, – похвалила я мужа.

– Я хочу, чтобы ты родила мне ребенка.

– Ты должен постараться, – ответила я, улыбнувшись.

– А я разве не стараюсь?

– Стараешься. Значит, у нас все получится.

Когда Валид сел ужинать, я села напротив и несводила с него влюбленного взгляда.

– А ты что не ешь?

– Не хочется. Я пока тебе готовила,перекусила.

Я опустила голову и ласково заговорила сосвоим мужем.

– Любимый, а можно я по магазинам буду ходитьодна? Зачем я буду постоянно звонить Ахмеду и отвлекать его от важных дел. Я жетебе доверяю, значит, и ты должен мне доверять. Не ревнуй меня понапрасну.Пойми, мне кроме тебя никто не нужен. Ахмед ходит за мной, как тень, мне даженеприятно как-то.

– Ты не должна выходить на улицу без Ахмеда, –категорически возразил муж.

– Но он же может быть занят? Или он, вообще,не работает?

– Для тебя он всегда свободен.

– Он мне неприятен, – я попробовала переменитьтактику. – Я не могу каждый день звонить человеку, который мне неприятен.Избавь меня от этого, пожалуйста.

– Ахмед – очень хороший человек, он мой дядя.Ты должна его чтить и уважать.

– Он взял мой паспорт.

– Я знаю. Он поможет тебе с визой.

– Меня пока устраивает та виза, которая у меняесть. Я бы хотела получить свой паспорт обратно, – сказала я как можно болееосторожно.

– Ахмед знает, что делает. Не надо емуперечить, мне это не нравится.

– Я не знаю, как тебе объяснить, но онкакой-то отталкивающий, понимаешь? Сам себе на уме.

– Ахмед – хороший человек, – стоял на своеммуж. – У него светлое сердце.

– Я бы удивилась, если бы ты сказал, что унего черное сердце, – не могла не заметить я. – У всех твоих родственниковсветлое сердце. Тебе наплевать на мои чувства и на то, что творится у меня вдуше.

– Что ты имеешь против моих родственников? –сразу повысил голос Валид. – Я не хочу, чтобы ты выходила на улицу одна. Ты немусульманка, и мужчины смотрят на тебя заинтересованным взглядом. Ты – непляжная девка и должна выходить на улицу только в присутствии моегородственника. Я хочу, чтобы в дальнейшем ты приняла ислам и надела хиджаб. Ненужно показывать мужчинам очертания своей фигуры. В хиджабе ты почувствуешьсебя намного увереннее и начнешь молиться, как все мусульманки.

– Я должна сама захотеть принять ислам. Ядолжна сама до этого дойти, не торопи меня. Я разговаривала на эту тему сМарвой, и она меня полностью поддерживает. Она говорит, что в исламе никтоникого ни к чему не принуждает, все происходит на добровольных началах. Ядолжна почувствовать сама, что к этому уже готова.

– И когда ты это почувствуешь?

– Когда об этом мне скажет мое сердце.

– А я хочу, чтобы это произошло как можнобыстрее. Если ты меня любишь, то ты должна быть готовой к этому. Я хочу, чтобымы с тобой были одной веры.

– Мне кажется, я понимаю, почему ты меняторопишь. Мусульманские женщины безмолвны. Они вечно сидят дома и ждут мужа сработы. Если муж придет поздно, то мусульманская женщина не решится егоспросить о том, где он был, чтобы ни в коем случае не разозлить мужа. Ты жепоэтому хочешь, чтобы я стала мусульманкой?

– Я хочу этого потому, что мне кажется, будтоты недостаточно меня любишь.

– Что значит – недостаточно? Да куда ужебольше?! Я не думаю, что у тебя была женщина, которая любила тебя больше, чемя.

Валид выдержал паузу и заговорил:

– У моих друзей тоже есть русские жены.

– Правда? А я и не знала! Мне так не хватаетподруг, обязательно познакомь меня с ними. У меня даже настроение улучшилось.Ведь ты же не будешь запрещать мне иметь подружек – будет хоть с кем поболтать.

Валид имел привычку не отвечать на мои вопросыи игнорировать мои монологи. Именно так он поступил и в этот раз.

– Моим друзьям русские жены помогают делатьбизнес, – как-то обиженно сказал Валид и отодвинул от себя тарелку.