Любовь государственной важности - Джанис Мейнард

Габриэль выругался.

– Мне нужно на свежий воздух, – сказал он.

Мария почувствовала, что он вот-вот сорвется: либо набросится с кулаками на двоюродного брата, либо разнесет больницу. Часть ее работы в том, чтобы сохранить контроль над ситуацией. Сейчас им меньше всего нужен ажиотаж в СМИ.

– Не против, если я составлю вам компанию? – спросила Мария. Уходя с Габриэлем, она вовсе не пыталась заставить Алекса ревновать. Просто делала необходимое. Но, несмотря на чистоту ее мотивов, Алекс, прищурившись, бросил на нее неодобрительный взгляд.

Габриэль пожал плечами:

– Нисколько.

Белла одарила ее благодарной улыбкой:

– Я напишу вам сообщение, если что-то изменится.

Снаружи, в больничном дворе, Мария присела на бетонную скамейку, в то время как Габриэль шагал перед ней туда-сюда. Воздух казался густым и влажным, но уже чувствовалась приятная прохлада.

Мария сосредоточилась на поиске правильных слов, чтобы разрядить обстановку, но ничего не придумала. Поэтому сидела молча. Наконец спустя пятнадцать – двадцать минут Габриэль устало опустился рядом с ней на скамью.

– Какая тяжелая ситуация.

– Я знаю. Мне очень жаль.

Габриэль наклонился вперед и обхватил голову руками.

– Будь это кто-то другой, я бы сказал, что тетя притворяется, чтобы манипулировать моим братом. Но она одна из самых благородных женщин, которых я знаю.

– И страстно любит свою родину.

– Да.

– Завтра делегация соберется, чтобы изучить окончательную версию официального предложения. После этого они захотят встретиться с семьей или, по крайней мере, с Рейфом.

– Бедолага.

– Из его слов я заключаю, что он еще не решился?

Габриэль покачал головой:

– Если бы я знал. Рейф может изобразить идеальное покерное лицо, когда захочет… но эта ситуация с Изабеллой все усложняет.

– Только если он уже не решил сказать «да».

– Мне бы ваш позитивный настрой.

Эта ирония позабавила Марию. В настоящий момент она ничто не воспринимала положительно.

– Наверное, нам стоит вернуться, – сказала она.

Переживания и горе притупили острый гнев Габриэля. Мария встала. Габриэль последовал ее примеру, засунув руки в карманы.

– Полагаю, вы вряд ли согласитесь помочь мне бежать на яхте на Таити и сказать всем, что я больше не вернусь?

Мария усмехнулась, этот парень нравился ей все больше.

– Да вы сами пожалеете, если соглашусь. Кроме того, женщины Майами никогда не простят меня за то, что я позволила исчезнуть самому завидному холостяку Саут-Бич.

– Ведь Рейф будет королем. Разве не он возглавляет список кандидатов?

– Вполне возможно.

Они играли в глупую игру, пытаясь отвлечься от весьма серьезных событий, поставленных на карту. Но скрыть правду было невозможно.

Мария вздохнула.

– Может, вам и не стать королем, – сказала она, – но вы знаете, что не можете сбежать на яхте. Ваша семья зависит от вас. Особенно сейчас. Белла очень молода. У Хуана Карлоса в этой борьбе нет личных интересов. А Рейф… ну, он испытывает такое давление. Вы связующее звено, Габриэль. Они отчаянно нуждаются в вас, что бы ни случилось с Изабеллой.

Он склонил голову:

– Вам не все равно? Вы действительно переживаете? О группе незнакомцев?

– Я изучала досье на каждого из вас в течение нескольких месяцев. Мне казалось, я знала вас еще до приезда сюда. Но сухие факты не расскажут всего. Теперь, когда я познакомилась со всеми членами семьи Монторо, у меня сложилась общая картина. И я понимаю, почему вы важны для Алмы. – Она остановилась. – Честно говоря, я думаю, что и Алма станет важна для всех вас. Но это вы должны решить самостоятельно.

Габриэль быстро обнял ее. Мария почувствовала, что он слегка дрожит. В их объятии не было ничего, даже отдаленно напоминавшего влюбленность. Габриэль просто оказался в безвыходном положении.

Когда он отпустил ее, на его лице появилось робкое выражение.

– Вы ведь никому не скажете, что я так распсиховался?

– Конечно нет. Думаю, у вас есть на это право.

Он кивнул и поднял подбородок.

– Хватит об этом. Вы правы. Давайте вернемся и посмотрим, как там обстоят дела.

Алекс увидел, что они направились обратно, и быстро шагнул за угол здания, не желая быть замеченным. От картины, свидетелем которой она стал, желчь поднималась у него к горлу. Несмотря на то что Мария провела большую часть уик-энда в постели Алекса, правду отрицать невозможно. У нее с Габриэлем что-то есть.

Язык тела не лгал. Им комфортно друг с другом. Они доверяют друг другу. Такая связь возможна только между двумя очень близкими людьми.

Алекс знал Марию на протяжении многих лет, но до сих пор еще никогда не оказывался с ней в кровати. Габриэль знаком с ней всего пару недель, и они уже сблизились. Возможно, они еще не занимались сексом. Алекс не верил, что Мария стала бы одновременно спать с двумя мужчинами.

Но она не была на сто процентов уверена в своих чувствах к Алексу. Она переживала, чем их отношения обернутся в Алме. В каком-то смысле Габриэль должен казаться ей более легким выбором. А может, Габриэль – авантюра без последствий, которые ожидают ее дома.

Алекс почувствовал укол предательства, хотя и понимал, что его реакция иррациональна. Они с Марией не давали друг другу никаких обещаний. Значит, их не связывают взаимные обязательства. Она имела полное право, моральное или любое другое, развивать отношения с Габриэлем Монторо.

Алекс потер руками лицо и напомнил себе, что это ничего не меняет. Изабелла все так же безнадежно больна. Предложение по-прежнему должно быть одобрено делегацией, а затем семьей Монторо. А Алекс дирижер всего этого.

Он размышлял, безразлично глядя на великолепный гибискус, который пышно расцвел под солнцем Флориды. Алекс допустил оплошность. Ужасную. Но ситуацию можно исправить. И она будет исправлена. На одно мгновение он нарушил свои личные принципы. Забыл о своих обязанностях. Позволил желаниям превзойти важность своей должности в качестве главы делегации.

Но это больше не повторится.

Алекс взял себя в руки: ему придется вернуться к палате интенсивной терапии и встретиться с близко подружившимися Марией и Габриэлем, как бы ему ни претила эта мысль. Но когда он вошел в приемную, Габриэль и оба Рейфа сосредоточенно беседовали в дальнем конце комнаты. Хуан Карлос, видимо, спустился на первый этаж, чтобы перекусить. Белла и Мария – обе с мрачным выражением лица – сидели склонив голову.

Алекс сел на стул, который стоял отдельно от всех, и вытащил телефон, чтобы проверить сообщения. У него получилось сосредоточиться на пять минут, прежде чем он украдкой бросил взгляд на Марию. Она была одета в ту же юбку и топ, в каких пришла к нему в комнату. В каких гуляла с ним по пляжу.