Моя прекрасная цветочница - Катрина Кадмор

Его движения постепенно ускорялись, и наконец он растворился в музыкальном ритме.

Грейс ужасно захотелось пойти к нему, поддержать, утешить, но она просто наблюдала за ним. Гости выкрикивали возгласы одобрения. Глаза Грейс наполнились слезами. София коснулась ее руки. Лучшие подруги смотрели, как этот сильный человек выражает свои эмоции в танце.

Внезапно музыка стихла. Андреас подошел к Кристосу, избегая взгляда Грейс. Толпа разразилась громкими аплодисментами.

София тихо рассмеялась и вытерла глаза:

– Ох, как он меня растрогал. Я никогда не видела, чтобы в зимбекико так обнажали свои чувства.

Грейс кивнула, не в силах произнести ни слова. Она смотрела на Андреаса, стоящего среди друзей, и едва сдерживала желание подойти и прикоснуться к нему. Она хотела быть рядом с ним, хотела стать частью его жизни.

И в тот момент Грейс поняла, что влюбилась в Андреаса.

Она закрыла глаза. Этого не может быть. Он не тот, кто ей нужен.

София взяла Грейс за руку:

– Ты в порядке?

Она не имеет права озадачивать Софию своими проблемами. В любом случае то, что случилось между ней и Андреасом, – слишком личное. Она не должна никому об этом рассказывать.

Грейс заставила себя улыбнуться:

– По-моему, у меня культурный шок. Английские свадьбы намного скромнее. Я не подозревала, что греческие свадьбы такие страстные. – Она махнула рукой в сторону танцующих, смеющихся и обнимающихся гостей. Они развлекались, словно в последний раз.

София вытащила ее на танцпол, где они присоединились к сияющему отцу новобрачной. Грейс пыталась не думать о человеке, укравшем ее сердце.

Далеко за полночь свадебный организатор позвала Софию и Кристоса на сцену. Кристос опустился на колени и помог Софии разуться. Они вдвоем осмотрели подошвы ее туфель.

Утром Грейс видела, как София пишет на подошве туфель имена всех одиноких женщин, приглашенных на свадьбу. Настало время назвать имена, которые не стерлись во время танцев. Согласно примете, именно эти счастливицы скоро выйдут замуж.

Сидя рядом с родственниками Андреаса, Грейс с улыбкой наблюдала за происходящим. Похоже, она не последний романтик в этом мире.

У нее заныло сердце, и она взглянула на Андреаса, который сидел за столом с друзьями. Он был увлечен разговором и не замечал ее. Все его друзья выглядели элегантно и шикарно. Грейс непроизвольно коснулась рукой волос и одернула платье.

София восторженно завизжала.

Кристос подошел к микрофону и заговорил сначала на греческом, а потом на английском:

– Осталось только одно имя. – Он отошел в сторону, предоставляя слово своей жене.

Сияя, София оглядела собравшихся. Грейс посмотрела на подругу, и ее душа ушла в пятки.

София подняла туфельку:

– Единственное имя. Оно принадлежит моей подруге Грейс!

Двести гостей уставились на Грейс. Ее сердце замерло от радости, ей стало жарко. Что ей делать? Встать и помахать рукой? Произнести речь? Запротестовать и заявить, что произошла ошибка? Сказать, что она вряд ли выйдет замуж, потому что влюбилась в человека, который не верит в любовь и супружество?

Грейс поморщилась, глядя на Софию, взглядом предупреждая свою лучшую подругу, что она за это поплатится. София нахально улыбнулась в ответ. Грейс хотелось, чтобы на нее перестали пялиться. Ее щеки горели от смущения. Она чувствовала себя беспомощной, ей хотелось провалиться сквозь землю. Грейс заставила себя улыбнуться, чтобы не выглядеть невежливой. Она не смела взглянуть на Андреаса.

Тетушки Андреаса зашушукались, а его мать посмотрела на нее с любопытством.

Грейс поерзала на месте.

– Это маловероятно, – промямлила она.

Мать Андреаса перевела ее ответ тетушкам, те нахмурились и покачали головой. Не нужно было перевода, чтобы понять, что они не согласны с Грейс.

Танцы возобновились, и Грейс облегченно вздохнула, так как внимание собравшихся переключилось на молодоженов. Отпив белого вина, она взглянула на Андреаса. Он внимательно смотрел на нее, выражение его лица было задумчивым, разочарованным и отстраненным.

Ему следует знать, что она не верит глупой примете с туфельками невесты.

Грейс подошла к его столу:

– Мне было неловко.

– Неужели? – спросил Андреас.

– Конечно. Но твои тетки предсказывают, что я выйду замуж до Рождества. – Она пожала плечами и рассмеялась, но, очевидно, Андреас не считал это забавным.

Он одарил ее равнодушной улыбкой, какой обмениваются с незнакомыми людьми, потом поднялся и жестом предложил ей присесть. Представив Грейс своим друзьям, он произнес:

– Мне нужно пообщаться с гостями.

С этими словами Андреас ушел.

Грейс сидела, время от времени улыбаясь мужчинам вокруг нее и пытаясь притвориться, будто Андреас снова ее не отверг.