Приключение англичанки в Нью-Йорке - Скарлет Уилсон

Он покачал головой:

– Кэрри, вы ошибаетесь. Глубоко ошибаетесь. Хорошие люди так не поступают. Не бросают своих детей и не заставляют их страдать. Тот, у кого есть чувство ответственности за детей, должен поставить их на первое место, а не себя.

Кэрри наморщила лоб:

– Дэн, вы о чем? Какие такие свои нужды мать Авраама поставила на первое место?

Он не мог встретиться с ней глазами. Не мог смотреть на нее. Он смотрел то на пол, то на потолок. Потом подошел к окну и уставился на заснеженную улицу, упершись руками в бедра.

– Наркотики, Кэрри. Думаю, что его матери была нужна следующая доза.

Кэрри зажала ладонью рот. Такое в голову ей не приходило. Она не могла даже представить себе это. Но, возможно, она чересчур наивна, мало знает жизнь.

Кэрри быстро подошла к колыбели и посмотрела на Авраама. У него слегка подрагивали веки, словно он пытался разобраться, что за шум вокруг него. Он выглядел таким невинным и безмятежным. Его мать – наркоманка? Кэрри была в ужасе.

Конечно, она знала о женщинах, у которых были проблемы с наркотиками. Некоторые лежали с ней рядом в родильном отделении, но они находились под наблюдением. Да, они употребляли наркотики, но здоровье детей их также волновало.

Кэрри протянула руку и погладила щечку Авраама. Кожа еще не утратила до конца желтизну, но за ночь это не исчезнет. Неужели его мать на самом деле принимала наркотики?

– Нет, Дэн. Этого не может быть. Просто не может. Мы бы поняли. У Авраама проявились бы какие-то признаки, он кричал бы по-другому.

– А разве он не кричал две ночи подряд?

– Дэн, он выглядел бы больным. Посмотрите на него. – Она обошла вокруг колыбели и встала по другую сторону, чтобы Дэну было лучше видно. – Он не болен. Да, он кричит, когда голоден, он срыгивает – это нормально, он задирает ножки к животу – это газы. И ничего больше. В Интернете об этом написана не одна страница. – Она сложила руки на груди. – Если наш ребенок выглядит больным, то тогда нам необходимо, чтобы Шэна на вертолете забрала его в больницу.

По удрученному выражению лица Дэна было ясно: признать, что он не прав, он не готов.

А Кэрри была готова полезть в драку. Она чувствовала, что они на грани важного спора, но ругаться с ним ей не хотелось. В ней взыграли инстинкты защитницы. Как у львицы, которая охраняет своего детеныша. Но с какой стати ей защищать Авраама от Дэна? От человека, который открыл ей дверь и впустил их обоих?

Она сделала глубокий вдох.

– Дэн, вы устали и раздражены. Я вас хорошо понимаю. Оставим это. Пойдите и поспите немного, а я отнесу Авраама наверх, к миссис Ван-Дайк. Она будет счастлива увидеть его и, кто знает, может, даст мне кое-какие советы.

Кэрри чувствовала, что он не отказался от спора с ней, но усталость взяла свое. Плечи у него опустились, он как бы весь опал.

– Хорошо. Я иду спать. – Он направился в спальню – в постель, из которой она недавно встала. Обернувшись, он сказал: – Спросите у миссис Ван-Дайк, не нужно ли ей чего-нибудь. Я могу позвонить мистеру Мелтцеру и через пару часов схожу в магазин. В любом случае нам нужно купить все необходимое для Авраама.

Несмотря ни на что, Дэн Купер верен себе. Он прежде всего думает о других, беспокоится о своей старенькой соседке.

Кэрри взяла Авраама из колыбели, похлопала пальцем по пуговке носа и улыбнулась ему.

И вдруг Дэн оказался рядом, прямо у ее локтя. Он наклонился и нежно чмокнул Авраама в лоб.

– Я не допущу, чтобы что-то случилось с этим малышом, Кэрри, – тихо произнес он, повернулся и ушел в спальню, закрыв за собой дверь.