Сдается квартира с мужчиной - Маргарита Южина

Уже когда последний посетитель покинул ресторанчик, а Зюзя терпеливо ждал в машине, пока Ольга переоденется, в комнатку отдыха влетел запыхавшийся Коля и с ходу накинулся на жену:

– Ты что ей сказала?! – брызгал он слюной. – Ты чего ей такое наговорила, а?! Тебя просили, да?! Нет, ты отвечай – тебя просили?!!

– Коля! Прекрати истерику! – рявкнула Ольга. – Не ори!

Николай от жены такого тона не слышал никогда. Поэтому послушно захлопнул рот и ор прекратил.

– Объясни толком, что случилось-то? – спросила Ольга. – Только давай покороче, а то меня ждут.

– Ничего-о-о! Подожду-у-ут! – противно протянул Николай и снова повысил голос: – Моя новая знакомая… Любовь… это у нее имя такое. Так вот она решила с тобой переговорить, прежде чем мы начнем оформлять с ней отношения! И что получилось?! Я тебя спрашиваю – что?!

– Что? Да говори ты нормально!

– А то! – чуть не ревел Коля. – А то! Она притащилась к тебе… тоже идиотка! Вы с ней о чем-то поболтали, а теперь… она меня к себе не подпускает! Все! От ворот поворот! Жизнь кончена! Да все кончено! Все! Карьера! Будущее! Собственный бизнес! Деньги! Все!

– Но… господи ты боже мой! Чего у тебя кончено-то? Оно еще и не начато было! И потом – при чем тут я? Я говорила про тебя только самое хорошее… – растерялась Ольга. – Я даже не стала рассказывать, что ты волочишься за каждой юбкой… Только то, что лучше тебя она не найдет, что ты… меня никогда не обижал, детей любишь…

Коля вмиг прекратил хныкать и возмущенно покрутил пальцем у виска:

– Ты что – совсем дура?! Каких детей я люблю? А если она подарит мне ребеночка?! Да на фига мне такие сюрпризы, ты подумала?!

– Но… ты же так расстраиваешься, что она тебя к себе не подпускает! – не понимала Ольга.

Николай в изнеможении плюхнулся на диван.

– К себе – это не значит к телу! Пошлячка! К себе – это значит в свой дом! А у меня уже на него такие планы назрели! Любка прописывается у меня с сыном, дом мы продаем, а на эти денежки… там чего-то сильно много получается, так вот на эти денежки я открываю свою рюмочную! Поняла, глупое создание?!

– Не совсем… – удивленно пробормотала Ольга. – А ведь, кажется… мне кажется, я ведь тоже в нашей квартире прописана?

– Так выпишешься, господи ты боже мой! Зато какова идея! А ты…

Пока Ольга соображала, какой урон нанесла экономическим планам супруга, в дверях появилась Люба.

– Николай! – сурово стрельнула она глазами. – У вас в кармане мой кошелек! Дайте его сюда, мне нужно на такси!

Николай, видимо, с кошельком расставаться не хотел, потому что уцепился за любимую двумя руками:

– Любушка! Зайка моя! Ну скажи, чего тебе наговорила эта… сплетница?

– Да ничего я такого не наговаривала! – взорвалась уже и Ольга. – Люба, да скажите вы этому индюку!

Люба важно поджала губы и уперла глаза в пол.

– Она мне ничего не говорила про вас, Николай. Ничего плохого. Только хорошее. Уж так прям вас хвалила, уж так хвалила… А я вот у нас в конторе когда работала, так всегда так делала – ежли мне не нужно, чтоб у нас в механиках какой пьянчуга задержался, так я всегда ему самые лучшие характеристики писала: чтоб побыстрее к другому берегу прибился, а нас бы в покое оставил. И потому не верю я, когда про мужа брошенная жена только хорошее говорит. Не доверяю! А вот когда говорят, что он скотина, пропойца да бабник последний, тогда сразу понятно – она специально на доброго человека наговаривает, чтоб другой не достался.

Ольга только руками развела. Даже Николай опешил от такой философии. И вдруг, неожиданно для себя, Ольга совершенно искренне выдала:

– Люба, вы же нормальная женщина, на фига он вам сдался? Он же не вас любит, а ваш домик в черте города. Продаст его, рюмочную откроет, а там – прощай, прощай, моя Любовь, прощай! Или сам пить начнет, или его какая краля утащит!

Женщина вдруг насторожилась.

– Вы по правде, что ли, так думаете? – насупившись, спросила она у Ольги.

Ольга горько мотнула головой:

– Он сам только что об этом говорил…

Поистине – чужая душа потемки. Женщина ухватилась за локоть Николая и, бросая на Ольгу свирепые взгляды, потянула его к выходу.

– Пойдем, Николаша, домой, пойдем. И чего это бывшие жены все такие стервы? Нет, чтоб о своем милом доброе словечко замолвить…

Ольга сначала разозлилась – а то она не молвила этого словечка! А потом не удержалась – расхохоталась. Ну до чего же мы не любим эту правду-то!

Зюзя уже весь издергался в своей машине, но когда Ольга рассказала ему про своего муженька с новой пассией, от зависти языком защелкал:

– И скажи, пожалуйста, лапа моя дорогая, ну и где эти мужики таких баб находят, а? Ну ведь эта Любаша – натурально женщина моей мечты! Я бы даже домик не стал продавать, жил бы барином! В своем имении…

– Хватит с тебя и барской фамилии, – фыркнула Ольга.

– Да какая там барская, – отмахнулся Зюзя и вдруг признался: – Я и не Баринов вовсе, а Баранов по паспорту, но ведь удачно творческий псевдоним придумал, а? Заменил одну только буковку!