Прайм-тайм - Хенк Филиппи Райан

Она, несомненно, вполне умна и уверена в себе, раз спрашивает совета. Я все ныла о том, как несправедливо, что будущее на телевидении целиком зависит от внешности. А сама что? Веду себя, по сути, так же, как и остальные. Если я способна так поступать с ней, то чего жду по отношению к себе? И что совсем чудовищно — вдруг я становлюсь подобием своего же ночного кошмара?

— Ну конечно, я согласна на интервью, — отвечаю девушке. — Я польщена тем, что ты вспомнила обо мне. — Мои слова обезоруживающе правдивы и при этом вполне сдержанны. — Вот мой личный номер, — говорю я, протягивая визитку представительнице молодого поколения. — Буду рада помочь. — Это тоже чистая правда.

Застенчиво улыбаясь, Хэйли засовывает карточку в карман джинсов и уносится в свой мир, полный возможностей. Если она — будущее телевидения, оставляет ли это в прошлом меня? Разве здесь не найдется места для нас обеих?

— Она очень даже мила, серьезно, как считаешь, Франклин? — Приподнимаясь, смотрю ей вслед, затем поворачиваюсь к нему. — И знаешь, такая искренняя, усердная. Напоминает меня, ну, пару десятков лет назад.

Отвлекшись от монитора, Франклин бросает на меня косой взгляд.

— С удовольствием посмотрел бы на тебя в таком облачении, если это правда, — говорит он.

— Да не в этом смысле, ну ты и…

Франклин продолжает.

— Если сходка фан-клуба Чарли окончена, — произносит он, — надо бы разузнать побольше о владельцах «Миранды». — Он кладет листок бумаги в задний карман. — И вот как мы поступим.

— Владельцы лодки, ну конечно, — перебиваю я его. — Береговая охрана. Но разве такие архивы не содержатся в окружных судах? Или в Аннаполисе[32], например?

— Уже нет. — Франклин поднимает указательный палец и рисует в воздухе вертикальную черту. — Очко в пользу умницы продюсера. Так что тебе придется прихватить с собой пальто — и довериться мне.

— Мисс? — Охранник указывает мне на металлодетектор и велит положить сумочку на ленту. Когда Франклин объявил о том, что мы едем в главное управление Береговой охраны — которое располагается как раз на прибрежной линии, — у меня как-то вылетело из головы, что нас будут просвечивать рентгеном и обыскивать.

Провожу скоростной досмотр собственной сумочки на предмет чего-нибудь зазорного (вроде предметов женской гигиены), нелегального (запрещенный перцовый баллончик) или одновременно и того и другого (сильное обезболивающее, которое я храню еще со времен последнего визита к пародонтологу). Затем кошусь на молодого морячка и быстренько провожу досмотр его накачанных плеч, стальных глаз и рук в белых перчатках. Интересно, а он будет меня ощупывать?

— У вас ничего, мадам, — констатирует охранник, проверив сумку.

У вас тоже, отмечаю про себя, даже несмотря на то что в одну секунду из ранга «мисс» меня перевели в «мадам».

После того как вооруженные силы уверяются, что мы с Франклином не планируем свергнуть правительство, мы минуем двойную дверь, толкнув медные ручки в виде орлов, проходим мимо галереи написанных маслом картин, на которых изображены суровые офицеры в расшитой форме, и, повинуясь красно-бело-синей стрелке, спускаемся по лестнице с указателем «Архив». Нас отослали в подвал, понимаю я по запаху плесени, который заглушает соленый аромат, витавший наверху — в приемной с большими окнами, выходящими на гавань.

Перед нашим взором растягивается линия унылых дверей из оливкового дерева. Франклин решительно ступает вперед, дважды сверяется со схемой и заворачивает в открытый дверной проем.

За стойкой из огнеупорной пластмассы стоит еще один военный в униформе. Этот старичок вовсе не похож на звезду боевика, в отличие от первого, который караулит металлодетектор: наверняка дедуля уже давно вышел на пенсию и теперь лишь изредка промышляет морским делом. Он поправляет очки и внимательно меня разглядывает. Спустя пару секунд его старческое лицо еще сильнее сморщивается от лучезарной улыбки, и он даже отдает честь.

— Чарли Макнэлли, — произносит старый военный. — Каждый день вас смотрю. Ваш помощник говорил, что вы будете с ним, а я все не верил.

Я прямо слышу, как Франклин содрогается от этого слова на букву «п», но ему удается смолчать. Люди, далекие от шоу-бизнеса, понятия не имеют о том, чем на самом деле занимается продюсер.

— Здравствуйте, сэр, — отвечаю я, подходя к стойке. — Вы…

— Главный старшина Пол Ти Рэбб, — представляется он, встав навытяжку и снова отдавая честь. — В отставке. После вашего расследования об охране порта нам заметно прибавили финансирование. Когда ваш помощник позвонил, я сразу решил: самое меньшее, что я могу для вас сделать, — это подготовить почву. Конечно, рано или поздно вы бы и сами справились с этой бумажной работой, но там столько канцелярщины, что вас бы ей просто придавило.

Франклин протягивает ему руку.

— Я Франклин Пэрриш, — представляется он, — продю…

Прежде чем Франклину удается внести ясность, Рэбб взваливает ему на руки кипу бумаг в папках из манильской бумаги.

— Уфф, — кряхтит Франклин и, не совладав с весом стопки, отступает назад. Бумаги угрожают выпасть из папок, но он совершает ловкий маневр и удерживает их вместе.

Подмигиваю новому приятелю.

— Мне кажется, силовые нагрузки ему не помешают, — говорю я. Франклин поймет, что я шучу. Надеюсь.

— Выпьете кофе, пока занимаетесь записями о владельцах? — предлагает Рэбб. — Хотите, я покажу вам офицерскую кают-компанию? — Он смотрит уже на меня, а не на Франклина. Ну конечно, наповал сражен этот старикашка, а не мой морячок наверху.

— О нет, спасибо, — порываюсь отказаться. — Я…

— Она с удовольствием выпьет кофе, — перебивает Франклин. Понятно. Расплата за прикол с силовыми нагрузками. — Да и вообще, идите развлекитесь там, а я пока прогляжу записи.

— Ты у меня в долгу, Франко. — Я возвращаюсь в помещение с чашкой армейского кофе в руке и жажду заполучить всю информацию. — Что ты… Франклин сидит за металлическим столом военного образца, спрятанного в конце комнаты с архивами, и сортирует папки так, словно раскладывает гигантский пасьянс. Спустя секунду он делает на самой большой папке карандашную пометку.

— Карло Броницетти из «Евролюкса», — произносит Франклин. Еще одна пометка. — А. Гримс Браун, директор «Роджерс Челмерс энтерпрайзес». — Пометка. — Братья Ислингтон, Александр и Сэм. — Он поднимает взгляд на меня: — Судя по регистрационным записям Береговой охраны, которые так любезно предоставил нам твой ручной морской волк, все эти люди — совладельцы славного судна «Миранда». И угадай, кто среди них?

Конечно же я знаю ответ. Один высокомерный, двуличный, любящий гольф исполнительный директор.

— Уэс Расмуссен, — уверенно отвечаю я. — Что, не права я? Уэс Расмуссен. Как я и говорила. — Сопровождаю каждое слово ритмичным рэперским движением и пытаюсь дать пять Франклину. Он только закатывает глаза, игнорируя меня, но его воодушевление от меня не укрывается.