Мой любимый герцог - Амелия Грей

Нет, она не позволит себе думать об этом.

Герцог хочет ее поцеловать? Но ведь и она тоже этого хочет и почему-то не чувствует себя оскорбленной.

Это неправильно! Это какое-то безумие! Она испытывает влечение к одному из сент-джеймсских повес! Неслыханно! А что еще хуже, ничего с этим не поделаешь.

Здравый смысл все-таки возобладал. Марлена, хоть и с трудом, взяла себя в руки, отступила на шаг и уперлась в секретер. Дальше некуда.

Герцог ехидно усмехнулся. Ему нравилось пикироваться с ней, и, похоже, он был настроен победить. Самодовольство, появившееся на его красивом лице, придало ей смелости.

Кузены, с которыми Марлена выросла, научили ее многому, в том числе никогда не дрожать от страха и не жаться в угол. Она вздернула подбородок и, пытаясь выровнять дыхание, посмотрела герцогу прямо в глаза. Ноги предательски дрожали, но ведь она храбрая… должна быть такой.

– Это же в высшей степени неприлично, ваша светлость, – проговорила она, игнорируя буйство чувств.

– Вы правы.

– Тогда почему вы этого хотите?

Рат наклонил голову, и лицо его оказалось в опасной близости к ее собственному.

– Такова человеческая природа, мисс Фаст. Вы молоды, красивы, смелы и остроумны, а я всего лишь мужчина, которого все это безумно привлекает.

– Мистер Олингуорт был моим опекуном на протяжении многих лет, но никогда не говорил ничего подобного и не заявлял, что хочет меня поцеловать. За все годы, что я прожила в его доме, он ни разу не прикоснулся ко мне, а вы дотронулись до меня дважды уже в первую нашу встречу.

Герцог склонился к ее лицу.

– Рад слышать, что и мистер Олингуорт, и мой отец истинные джентльмены, а вот я – нет. Я хочу вас поцеловать. И открыто говорю об этом. Думаю, вы тоже этого хотите, но по какой-то причине пытаетесь убедить меня в обратном.

О да, она хочет, еще как, но не может этого допустить, как он не может исполнить свое желание.

– Вы не должны меня целовать, – выдавила она.

– Знаю. И не намерен. Зато это можете сделать вы.

– Я? Поцеловать вас?

Рат кивнул, и неожиданно комнату наполнил запах вересковых пустошей, обдуваемых всеми ветрами морских берегов и бьющихся о скалы холодных волн. Марлена почувствовала себя слабой, поскольку всем своим существом хотела того, что предлагал герцог. Она не боялась этого поцелуя, и ее удерживала только мысль, что делать этого не следует.

Тем не менее желание ощутить прикосновение его губ было так велико, а сам он стоял так близко… А что, если она и правда его поцелует? Не долго страстно, конечно, а просто коснется его губ своими, и всего лишь раз. Так она в одночасье раскроет тайну, узнает, что такое поцелуй.

В свое время мальчишки подбивали ее прикоснуться к змее, залезть на дерево, перейти вброд ледяной пруд без туфелек и чулок. Все это было для нее опытом. Так может, и поцелуй считать опытом? После переезда в дом мистера Олингуорта ее учили танцевать, ездить верхом, вести хозяйство – словом, набираться жизненного опыта. Но ведь и поцелуй его составная часть…

Марлена закрыла глаза и скорее почувствовала, чем осознала, как поднимается на цыпочки, чтобы дотянуться до него. Его дыхание легко коснулось ее губ. От первого в жизни поцелуя Марлену отделяла пара секунд. Это было головокружительное чувство.

Прижимая коробку к животу, другой рукой она оперлась о столешницу секретера за спиной, чтобы удержаться на ногах. Ладонь нащупала кусочек ткани. Марлена, схватив его, поспешно просунула между их лицами и, задыхаясь, сообщила:

– У меня ваш платок.

Герцог медленно выпрямился и негромко рассмеялся:

– Совершенно верно.

А она не могла понять, что чувствует: облегчение или сожаление, что упустила шанс на поцелуй.

Рат взял у нее из рук платок и положил в карман.

– Остроумно.

Перед ней был открыт путь к спасению, но она вовсе не была уверена, что хочет им воспользоваться.

– Я знаю, что мы не должны целоваться, – сообщил герцог.

– Рада это слышать.

– Но это не мешает мне хотеть поцелуя.

Марлена тоже хотела, но не была такой смелой, как этот мужчина, поэтому промолчала.

Рат сделал шаг в сторону.

– Мой долг отвечать за вас, и я буду с честью его выполнять. Я ваш опекун и защитник, такой же, как мистер Олингуорт и другие ваши опекуны.

– Спасибо.

Герцог опустил глаза на коробку, которую Марлена все еще держала в руке.

– Скажите, мисс Фаст, вы бы приняли такой подарок от мистера Олингуорта?

Марлена тоже взглянула на красивые флакончики и призналась себе, что и глазом бы не моргнула, подари ей мистер Олингуорт нюхательные соли в такой великолепной упаковке. Но почему-то принять подарок от этого мужчины, который с первого взгляда заставил ее почувствовать себя самой красивой и желанной, казалось ей неприличным.

Лгать было ни к чему, и она просто ответила:

– Да.

– Тогда мне больше нечего сказать.

Марлена глубоко вдохнула, очень медленно выдохнула и неожиданно для них обоих заявила:

– Впрочем, я приму ваш подарок: нюхательные соли действительно должны быть в доме.

Поскольку секретер был рядом, она обернулась и открыла ящик, чтобы спрятать коробку от Джастины, по крайней мере на время, и взгляд ее наткнулся на незаконченный черновик листка. Еще мгновение, и герцог сможет прочитать его. У Марлены перехватило дыхание. Ей показалось, что сейчас и она – впервые в жизни – лишится чувств, тем самым подтвердив, что герцог преподнес ей полезный подарок. Несколько секунд она не могла пошевелиться, но в конце концов обрела способность двигаться и, резко задвинув ящик, опять привалилась к секретеру.

– Что-то не так? – в некотором недоумении поинтересовался Рат.

– Нет, просто ящик, оказывается, уже полон и коробка туда не поместится, – мгновенно сориентировалась Марлена.

«О господи! Едва не попалась».

Как она могла забыть, что в ящике черновик? Похоже, герцог ее очаровал… околдовал, заставил испытывать непонятные ощущения и еще более странные желания. Ей еще никогда не хотелось, чтобы ее целовали, ни разу в жизни не возникало желания прижаться к широкой мужской груди. Ей следует соблюдать особую осторожность. Возможно, Джастине и безразлично, что она там пишет, но мужчина, о котором она пишет, не может не проявить интерес.

– Если хотите, я помогу вам переложить вещи в ящике так, чтобы туда поместилась и коробка, – предложил герцог и взялся за ручку ящика.

– Нет-нет, спасибо! – быстро произнесла Марлена и, не осознавая, что делает, накрыла его руку своей.