Испытание верностью - Ольга Арсентьева

– Вы так говорите, словно недовольны тем, что этого не произошло, – усмехнулся Клаус.

Профессор потер правый бок, слегка поморщился и сказал:

– Значит, ты хорошо выспался?

– Ага, – подтвердил Клаус.

– И голова не болит?

– Нет, – гордо ответил Клаус, – ничего не болит.

– Тогда бери свой рюкзак, и идем дальше.

«Ну, я, конечно, не рассчитывал, что вы, герр Роджерс, и дальше будете тащить мой рюкзак, но уж завтрак-то – святое, – возмутился про себя Клаус. – Еще неизвестно, сколько нам пробираться вверх по этому ущелью.

Здесь, конечно, не самое комфортное место для завтрака и сесть толком негде, но уж по ломтю солонины с галетой и по глотку воды из фляги запросто можно было бы организовать!»

– Мы скоро выберемся из ущелья, – отозвался на его недовольные мысли ушедший вперед профессор.

* * *

– И там нас встретят мудрые старцы в белых одеждах, – ворчал Клаус, волоча рюкзак по земле. – Мудрые старцы – хранители Шамбалы. Они накормят нас сытным завтраком (ячий творог с салатом из эдельвейсов), проводят в Долину и торжественно вручат необходимые документы, сувениры и артефакты…

– А знаешь, – отозвался профессор, останавливаясь, – не исключено, что все будет именно так.

Клаус открыл рот.

– Вот мы и пришли, – сказал профессор.

Клаус закрыл рот и сглотнул.

Они стояли перед совершенно гладкой стеной, перегородившей путь и превратившей ущелье в тупик.

* * *

Она была высотой метра два – сущие пустяки.

Клаус, опираясь на руки и плечи согнувшегося профессора, легко взобрался наверх.

Профессор передал ему рюкзаки, а потом и сам очень быстро оказался рядом, ухватившись за край стены и просто подтянувшись на руках.

Клаус завистливо фыркнул и отвернулся.

– Что-то я не вижу мудрых старцев с завтраком, – сообщил он, щурясь на ослепительно сверкающий под солнцем снежник, – вообще ничего и никого не вижу.

– Надень очки, – посоветовал ему профессор.

– Герр Роджерс!..

– Надень темные очки, – терпеливо повторил профессор, – иначе не только ничего не увидишь, но и заработаешь ожог сетчатки.

Клаус испуганно зажмурился.

На ощупь отыскал в наружном кармане рюкзака очки и очень осторожно водрузил их на нос.

– Ух ты! – восхитился он, открыв глаза. – Красота-то какая!

Под ясным, ярким, густо-фиолетовым небом лежало ровное, пушистое, голубое снежное поле. То есть снег был, конечно же, белым, но такой невероятной чистоты и белизны, что помраченное блеском сознание воспринимало его голубым.