Мой злодей - Джоанна Линдсей

Ребекка покинула покои герцогини немного раньше обычного, чтобы подготовиться к ужину, и быстро пошла по коридору, не заметив Руперта, прислонившегося к стене, напротив двери в гостиную. Настроение у девушки было хуже некуда. Она твердила себе, что возвращается в спальню только для того, чтобы у Флоры было время спокойно сделать ей прическу и не торопясь выбрать платье. На самом же деле она хотела знать, появилась ли соседка.

Элизабет не возвращалась в покои герцогини, и Ребекка решила, что они с Рупертом отправились в уединенное местечко, чтобы без помех предаться любви. Из-за этого весь остаток дня она была в ужасном настроении и очень хотела, чтобы все оказалось не так. А вдруг Элизабет провела все это время в своей комнате?

— Вас с полным правом можно назвать неуловимой леди.

Услышав голос Руперта, Ребекка едва не наступила себе на подол. Оказалось, что он идет рядом!

Нет, нужно немедленно стереть с лица это ошеломленное выражение! В конце концов, она уже виделась и разговаривала с ним. Совершенно не обязательно, чтобы он знал, какое впечатление он на нее производит! Что же до его внезапного появления… наверняка он ждал, когда выйдет Элизабет. Может, он и не проводил с ней весь день?

При этой мысли настроение Ребекки немного улучшилось.

И все же она не верила, что он искал с ней встречи.

— Вздор, — бросила она, продолжая шагать по коридору. — Если вам так уж понадобилось поговорить со мной, могли бы постучать в дверь.

— Нет. Это не выход.

— Почему?

— По той же причине, по какой вчера нам не стоило танцевать больше одного танца. Из-за злых языков.

А вот это весьма сомнительно! Он так привык обольщать женщин, что окружающие уже привыкли к его победам. Скорее всего просто не хотел, чтобы об этом узнала Элизабет. Вполне вероятно, именно поэтому она на него рассердилась и упрекала за вчерашний вальс с Ребеккой.

В конце коридора она свернула за угол. Но Руперт не отставал, и ее охватило приятное волнение.

Пытаясь не выдать себя, она спросила:

— Это очередной допрос? Или те самые предостережения и угрозы, о которых вы упоминали?

Вместо ответа Руперт преградил ей дорогу. Ребекка не сразу сообразила, что нужно остановиться, и поэтому столкнулась с ним. Именно этого он, по всей видимости, и добивался. Ребекка отступила, а Руперт ловко поймал ее в импровизированную ловушку: загнал к стене и уперся руками по обеим сторонам от ее плеч.

Она сразу вспомнила вчерашний вечер. Почти точно так же он стоял перед Элизабет. Очевидно, это вошло у него в обычай. Подобная поза дает больше возможности флиртовать с женщинами. И многие из них, возможно, приходят в восторг. Но только не она!

— Почему вы молчите? — спросил Руперт. Его лицо было так близко, что Ребекка ощущала теплое дыхание на своей щеке. Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот выскочит из груди.

— Ну что, Бекка? Кошка украла ваш язычок?

Ребекка вдруг поняла: он привык, что женщины теряются от его дерзости и не реагируют так быстро и возмущенно, как следовало бы. И она не исключение. Даже не спросила, откуда он знает ее имя. Ведь она не называла себя!

Ребекка не придумала ничего лучшего, кроме как выдавить:

— Не зовите меня так.

— Значит, вы не Ребекка Маршалл?

— Ребекка, но мы недостаточно долго знаем друг друга для подобных фамильярностей.

— Снова изображаете негодование, радость моя? — рассмеялся он. — Я думал, мы оба уже знаем, что я никогда не поступаю по общепринятым правилам. Это абсолютно пустая трата времени!

— Вовсе нет! — горячо возразила Ребекка. — Существуют же какие-то законы!

— Пожалуйста, делайте как хотите, но это так скучно! Можете вы представить меня в роли скучного зануды?

Ребекка не считала, что он станет скучным занудой от того, что попытается соблюдать правила этикета. Неужели не догадывается, каким волнующим может быть само его присутствие?! Но она поняла, что он имеет в виду. Должно быть, женщины, зная о репутации этого человека, ожидают от него дерзких или возмутительных поступков. А может, ему просто нравится их шокировать? А может, ей пора перестать искать для него оправдания?! Повеса есть повеса, а в его случае такое поведение вполне естественно!

Однако она все же позволила себе признаться.

— Вряд ли вы способны быть скучным, даже если очень постараетесь.