Любимые женщины клана Крестовских - Марина Болдова

«Размечтался, старый дурак. Еще минута – и стал бы посмешищем. Мне показалось – или она?.. Показалось! Девочка ясно дала понять, зачем пришла. И ничего личного, как модно теперь говорить. А оказывается, это очень больно!» Крестовский повернулся к Ларисе:

– У тебя все? Извини, мне нужно работать. – Он поставил пустой стакан, который схватил со стола за минуту до этого, на место.

– Спасибо, Евгений Миронович, что уделили мне время. Всего хорошего вам, – вежливо попрощалась Лариса.

Он в ответ лишь кивнул.

«Никогда больше! Чтобы я так унижалась! Да пошел он!» Все эти мысли вертелись у нее в голове, пока она шла к выходу. Но по ее лицу ни о чем таком догадаться было невозможно. Лариса мастерски владела собой. Почти так же хорошо, как сам Крестовский.

* * *

Галина в сотый раз набирала номер телефона Махотина. Страх, закравшийся в душу, поселился там надолго. Ей мерещились разные по тональности звуки, незнакомые в такой знакомой квартире. Треск отстающих от стен старых обоев (давно пора бы поменять) воспринимался как взлом двери. Вода капала из крана как-то уж больно громко, с большей частотой, можно сказать, почти текла! Галина шла на кухню и заворачивала кран. Успокаиваясь на минуту, опять начинала прислушиваться. В своем собственном доме она больше не чувствовала себя защищенной. Мысленно обругав себя за то, что по беспечности не приделала дверную цепочку (хотя какой в ней толк!), Галина подперла дверь табуретом. «Если надо, они войдут. Уже раз вошли. И еще войдут». Она решила, что нужно все-таки позвонить свекрови. Впрочем, какая она ей свекровь, они с Танюшиным отцом и расписаны-то не были. Но Дарья Семеновна не отказывалась от внучки, помогала, сидела с ней, маленькой, по мере надобности, давая Галине возможность подзаработать денег. Галина ходила по домам делать уколы. Устроиться на постоянную работу она не могла – на малышку, как она считала, оставалось слишком мало времени.

– Дарья Семеновна, здравствуйте. Это Галина. Как вы себя чувствуете? Нет-нет, ничего не случилось. – Галина старалась говорить спокойно. – Танюша все так же, не хуже, не лучше. А вы ко мне сегодня днем не заходили? Нет? Ну что вы, не беспокойтесь, просто соседке показалось, что она вас видела, – соврала она с ходу.

Трубка под ладонью вспотела. «Вот и отпал самый простой вариант. Больше я ключ никому не давала. А означает это только одно: второй конверт попал к адресату и меня вычислили». Галина опять прислушалась. В квартире было тихо.

– Лучше я буду считать, что засунула рисунок и конверты в другое место, – сказала она вслух сама себе. – Иначе сойду с ума!

Она нажала кнопку электрического чайника и достала из коробки пакетик. Чай она могла пить в любое время суток.

Галина цедила из пиалы обжигающе горячий напиток и пыталась рассудить, кому мог понадобиться этот рисунок. Могилы и могилы. Одна – крестиком помечена. Что толку-то в этой схемке? Стоп! А что, если кто-то знал про тайник? О том, что он есть. Только не перекапывать же все кладбище? Поэтому и унес рисунок, ну а конверты так прихватил, до кучи. Ничего другого в папке же не было. А если бы она с вечера тетради и метрику на место положила? Тогда этот «кто-то» украл бы и их! И что бы у нее осталось? Да ничего! Что тогда Борису предъявить? За что денег просить? С другой стороны, схема была бесполезной, если не знать, на каком кладбище эти могилы. Имена подписаны, но фамилий-то на листке не было, это она точно знает. Знает она и то, где это самое кладбище.

Старушка рисовала, все время что-то рассказывая. Галина записывала за ней, что успевала. Та то торопливо бормотала про родных, называя имена, путаясь в них, то повторяла одну и ту же фразу по нескольку раз. Тогда Галина и себе не могла объяснить, зачем пишет? Позже, после ее смерти, бессонными ночами сидя возле кроватки дочери, она пыталась систематизировать свои записи. А когда разобралась, неожиданно поняла, что информация связная. Все сходится. В разные дни рассказано, но одно и то же. А поняв, что ей в руки попало, испугалась. Соучастницей себя почувствовала. Словно это она поджог совершила. Тогда и в церковь ходить начала, все у Бога прощение вымолить пыталась. Но расплата все равно пришла – дочь теперь умирает. А что делать со старой семейной тайной, Галина не думала никогда. Уж как судьба распорядится.

«Вот именно, судьба. Где же Боря?»

Галина опять набрала номер.

– Слушаю! – ответил мужской голос.

– Борис, здравствуй. Это Галина Ветрова, медсестра. Узнал? Хорошо. Боря, мне нужно срочно с тобой встретиться. Сегодня. Это я прислала тебе записку в старом конверте. Я все объясню. Да, живу все там же, на Водников. Сейчас приедешь? Жду.

Она облегченно вздохнула: «Я отдам ему тетради и метрику. И все расскажу. Пусть делает, что хочет! В конце концов, мы не чужие». Галина выложила папку с документами на кухонный стол.

Роман с Махотиным был коротким и незначительным эпизодом в ее жизни. Они разбежались без обид и упреков, пообещав друг другу, что не будут «таить друг на друга зла». Ну, не сложилось! Да и не могло. Не виделись много лет, ничего друг о друге не зная.

«Быстро же он доехал, рядом был, что ли?» – удивилась она, услышав трель дверного звонка и направляясь в прихожую.

Галина распахнула дверь. На площадке было темно.

– Не ждала меня после стольких лет? – Мужчина резко втолкнул ее в глубь коридора. Галина споткнулась о коврик и упала на спину. Она его узнала. Он почти не изменился. Только глубокие морщины на лице выдавали возраст.

– Давай вставай. Прости, я нечаянно! – Мужчина подал ей руку, помогая подняться.

– Зачем ты пришел? – Галина уже оправилась от изумления.

– Не догадываешься? Тетрадки-то где? Неужели отдала этому уроду? – протянул он к ней руку.

– Так это ты рисунок взял… Догадался, что на рисунке крестиком помечено? Ну, езжай, забирай добро! – с испугом отшатнулась Галина.

– Да не бойся ты меня! Не убивать же я тебя пришел… пойдем на кухню, что ли, чаем напоишь? – Он уверенно двинулся по коридору.

На кухне Галина показала ему на стул.

– Садись. Есть хочешь?

– Не откажусь.

– Как ты в квартиру ко мне попал в прошлый раз?

– Ключ все еще под коврик кладешь? Глупо!

– Понятно… да, глупо. Скажи, тетради тебе зачем? А… не знаешь, где кладбище? Так?

– Знаю, в Рождественке, возил туда старуху не раз, – перебил он ее. – Только нет там ничего! Пустой тайник! Поэтому и тетради нужны. Без них все слова – пустой звук! В прошлый раз я к тебе за тетрадками и приходил – не нашел!

– Что ж так? В спальне, на тумбочке лежали, – не удержалась от усмешки Галина.

– Не успел по другим комнатам поискать, тебя в окно увидел.

– Сбежал? Встречи испугался?

– Не испугался. Не готов был.

– А сейчас что, готов?