Уже не игра - Кэрол Маринелли

Когда Алекс уехал, Аллегра попыталась дозвониться до Иззи и Эйнджел, но в обоих случаях наткнулась на автоответчик. Она тревожилась за Эйнджел. Во время того злополучного приема ее сводная сестра познакомилась с дальним родственником Алекса и вскоре после этого вышла за него замуж.

Аллегра получала от Эйнджел длинные электронные письма, в которых та рассказывала не о своем счастливом браке, а о том, как сходит с ума в сельской глуши. Она прекрасно знала, что чувствует Эйнджел. Правда, в отличие от сводной сестры, Аллегра не могла ни с кем поделиться своими переживаниями. Ей дали понять, что она не должна никому рассказывать о своей жизни во дворце. Она молчала не потому, что боялась возможных последствий. Ей не хотелось обременять кого-либо из родных своими проблемами.

В конце концов она взяла чашку чая, вышла на балкон и позвонила отцу.

— Вот чертова семейка, — сказал Бобби, когда речь зашла о вечеринке по случаю их с Алексом помолвки и драме, разыгравшейся после этого. — Знаешь, Бен все еще на Сантине. Ему удалось уговорить сестру Алессандро Наталью работать на него.

— Не может быть! Почему мне никто ничего не рассказывает?

— Наверное, все думают, что ты занята, — ответил Бобби и после небольшой паузы продолжил: — Твой жених холодный и бесчувственный.

— Только в присутствии своих родных. — Аллегра посмотрела на кольцо, купленное Алексом, и вспомнила поцелуй, который последовал за этим подарком.

— Впрочем, Зоуи очень мила.

— Зоуи? — Аллегра нахмурилась. — Ты имеешь в виду королеву? Ты не можешь называть ее по имени.

— Она сказала, что могу, — ответил Бобби. — Мы с ней пили чай после того, как я бегал трусцой на следующее утро после приема, на котором я перебрал.

Аллегра не смогла удержаться от смеха. Она обнаружила, что не смеялась целую вечность.

— Она пила чай на открытой террасе в полном одиночестве, — добавил ее отец. — По-моему, это преступление. Такая красивая женщина не…

— Что ты имеешь в виду?

— Короля не было поблизости. Только она в шелковом халате.

— Папа! — возмутилась Аллегра. — Ты не можешь такое говорить.

— Что? Я не могу разговаривать с собственной дочерью?

— Ты не должен был флиртовать с королевой, — произнесла она шепотом, чтобы ее не услышал дворецкий. — Скажи мне, что ты не флиртовал с ней.

Алессандро прав. Ее семья кого угодно приведет в ужас.

— Я не делал ничего плохого, — ответил Бобби. — Мы выпили по чашке чая и немного поболтали. Она приятная женщина.

— Ты не должен никому об этом рассказывать, папа.

— Я рассказываю об этом не кому попало, а тебе! Ладно, дорогая, давай закругляться. Мне нужно ехать на собеседование.

— Собеседование?

— Я все тебе расскажу после. Обещаю.

Аллегру выводило из себя то, что она все узнает последней. Ей надоело торчать в четырех стенах, поэтому она обратилась к вошедшей в комнату горничной:

— Вы не могли бы распорядиться, чтобы мне подали машину?

В ответ девушка уставилась на нее широко распахнутыми глазами, и она добавила:

— Через пятнадцать минут.

— Вы сами сядете за руль или поедете с шофером?

Аллегра не решилась полностью нарушать дворцовые правила, поэтому ответила:

— С шофером. Мне хотелось бы немного осмотреть остров. Пожалуйста, никаких телохранителей, и пусть машина будет попроще.