Невеста без места - Наталия Кочелаева

Лето принесло Вере новые разочарования. Ее день рождения был двадцать седьмого июня. Хотелось отпраздновать его весело, так, чтобы запомнилось надолго.

– А ты сними домик на турбазе, пригласи гостей, – предложила Саша Геллер, когда Вероника поделилась с ней своей интересной проблемой. – Лето ведь, погоды какие стоят!

– Занятная мысль. Но домик, должно быть, нужно заранее заказывать, а я протянула почти до последнего момента. Завтра двадцатое уже. И потом, это, наверное, дорого?

– По деньгам, лапуля, по деньгам. Да вот тут недалеко, на острове есть чудесная и недорогая турбаза «Иволга». Я знакома с ее хозяйкой. Хочешь, устрою? У нее наверняка зарезервирован домик для своих. На три дня будет не так дорого.

– Саш, буду тебе очень обязана...

– Не вопрос, лапуля! Конечно, в том случае только, – игриво добавила Саша, – если ты меня приглашаешь!

– О чем речь!

Саша была особа легкомысленная, но слово свое держала. На следующий день позвонила:

– Вероник, слушай, дело сделано. Я говорила с Мариной Алексеевной, она сдает нам домик. И так дешево, ты не поверишь! Вечером в пятницу двадцать шестого въезжаешь, утром, в понедельник, – какое там будет число? – выезжаешь. Там сауна есть, лодки напрокат, водные велосипеды, теннисный корт, мангалы... Культурный отдых, одно слово!

– Ой, спасибо тебе... Только посоветуй – что туда брать-то? Я таких выездов никогда не устраивала.

– Ничего страшного! Я тебе помогу. Во-первых, обзвони всех, кого хотела позвать. Предупреди, что день рождения будет на пленэре. Расскажи, как туда добираться. Погоди, ты сама-то знаешь?

– Нет, конечно, ты ж мне вчера сама об этой «Иволге» рассказала!

– Ага, тогда слушай. Обойную фабрику знаешь? Напротив бассейна «Дружба»?

– Знаю.

– От фабрики вниз, там причал. Туда приходит катер с «Иволги». Два раза в день – в десять часов утра и в семь часов вечера. Вы поедете на семичасовом катере. Въедете, там вас встретят, путевки я тебе завтра завезу. А команду я соберу и привезу на следующий день. Вы с Архангелом там пока отдохнете от городской суеты, выспитесь, все приготовите. Я скажу, чтоб все привезли по бутылке, ну, закуски какой-нибудь. А ты возьми мясо на шашлыки, замаринуй его. Да не скупись, на природе знаешь как кушается?

– Куплю целую корову!

– Уж тогда свинью или барана, – захихикала Саша. – Шашлыки обычно из баранины или свинины... Или ты и этого не знаешь?

– Знаю-знаю. Спасибо, Сашуль!

– Нема за що.

Геллер в самом деле все отлично устроила. А Куприянов тоже кое-что устроил! Услышав о Вероникиных планах, скривился, словно уксуса глотнул.

– Ну-у, не знаю... А что мы там делать будем?

– Как – что? Купаться, загорать, шашлыки есть, вино пить...

– Желудочные удовольствия, одним словом.

– Почему же только желудочные? А река? А закат над рекой? Да если даже и желудочные – что в этом плохого? Это же отдых, турбаза! Данечка, не дуйся. Значит, так: выезжаем в пятницу вечером.

– В пятницу не могу.

Вера растерялась:

– Не можешь? У тебя другие планы?

– Извини. Работа. Ресторан «Хуторок» заказал рекламный буклет.

– Ну ладно, хорошо. Значит, приедешь вместе с гостями, в субботу утром. Дань, ну ты что такой недовольный? Случилось что-то?

– Ничего.

Вот и поговорили. Ночью Веронике не спалось, она крутилась с боку на бок. Наконец Данька заворчал недовольно, Вера встала и ушла в кухню. Нужно бы выпить теплого молока с медом, но очень жарко. Остановимся на валерьяновых каплях. Отчего же Куприянов так оскорбился? Вот и опять запах тревоги...

Валерьянка не помогла. Вера не заснула до утра. Она и сама не понимала, отчего ее так расстроило поведение Дани. Бывает – не любят некоторые люди выездов «на пленэр». Оскорбляют их тонкий душевный мир «желудочные удовольствия». Но это же ее день рождения, ее праздник! Мог бы поделикатней как-то подойти!

Но утро вечера мудреней. За завтраком, когда Куприянов томно пил кофе – а кофе он пил со взбитыми датскими сливками из красивого баллончика, – а Вера с нескрываемым удовольствием ела бутерброд с брынзой, он, Даниил, все же спросил:

– А вот эта твоя гулянка... Турбаза и то-се... Мы туда что-то ведь повезем?

От радости, что прозвучало это «мы», Вероника поперхнулась брынзой и, продышавшись, начала восторженно описывать прелести грядущего пиршества:

– Я куплю мясо, замариную, поджарим шашлык. Возьмем огурчиков, помидоров, зелени. Брынзы вот. Конечно вино. Не знаю, что ребята привезут, но я хочу в немецкой кондитерской еще пирог ежевичный купить. Как ты думаешь, довезу я его в целости и сохранности? Мне очень хочется, чтобы был пирог. Знаешь, на мой день рождения всегда заказывали торт в булочной Стружкина, и свечи я задувала...

– Подожди, милая. Я задал конкретный вопрос, а ты уж до раннего детства дошла. Покупаем мясо, вино, овощи на салат. Пирог этот твой... Тебе деньги нужны?

Эту фразу Вероника слышала от него в первый раз. Даже замешкалась немного.

– Ну-у-у...

Продлить свое «у-у-у» она не успела. Куприянов встал, направился в прихожую и быстро вернулся с конвертом в руках.

– Это тебе на это самое, на проведение праздника твоего. С днем рождения, в общем.

Во как! Это, оказывается, подарок на день рождения! Разочарование было таким болезненным и острым, что Вероника, тоже, кажется, в первый раз, не сумела его скрыть.

– Не понял. Ты что, не рада?

К чему, к чему, а к настроению окружающих Даниил всегда был особенно чувствителен.

– Конечно рада! Спасибо, Дань.

Ника инстинктивно поняла, что стоит пустить в ход древнее как мир оружие – женское кокетство.

– А разве мне не подарят какой-нибудь мааленький сюрприз?

– Посмотрим, – подмигнул Куприянов, наклонился и крепко поцеловал Веронику в губы.

Но в сладости этого поцелуя на самом дне таилась горечь сомнения. Странно это все же... Впрочем, не стоит забивать себе голову.

* * *

Путь на турбазу дался Веронике нелегко. Даниил, как и предупреждал, ушел с утра и даже не позвонил. А ей пришлось тащить на пристань огромный рюкзак – овощи-фрукты-вино, кое-какие вещички – одежду, косметику. Все же она должна выглядеть хорошо, это ее праздник! В правой руке – тяжеленный бидон с маринованным мясом, в левой – ежевичный пирог из немецкой кондитерской. Вечерняя прохлада забыла опуститься на город, раскалившийся за день асфальт дышал зноем, пот заливал глаза, а вытереть не было возможности. Кошмар, одним словом. Но уже на подходе к пристани почувствовалось иное дыхание – вода, не признающая городской усталости, не следующая торопливому городскому ритму, дышала свежестью, а катер пришел такой веселый, такой замечательный, что на душе сразу стало легче.