Прайм-тайм - Хенк Филиппи Райан

Не важно. В «Супе и салате» мы точно не найдем ответов. Надо возвращаться на работу. Как говорится, просто сделай это. И в тот же миг до меня доходит, что нужно сделать. На дисплее мобильного мигает значок входящего сообщения, и я набираю код, чтобы его прослушать. Раздается гудок, а вслед за ним и голос. Мэлани.

— Здравствуйте, Мэлани, — говорю я, не в силах справиться с напряжением в голосе. Для верности я решила позвонить ей уже из офиса. Батарейка моего мобильного, судя по всему, меня не переваривает, и мне не захотелось доставлять ей такое удовольствие — прервать разговор на полуслове. — Это Чарли Макнэлли, получила ваше сообщение. Все в порядке? — Спасибо, Чарли. — Мэлани коротко и шумно выдыхает, наверное после сигаретной затяжки. — У вас есть минутка?

— Разумеется, — отвечаю я. Она хочет что-то мне поведать. Возможно, что-то полезное — например, то, что Брэд держал от всех в секрете. А может, у нее плохие новости — скажем, к ней заявились адвокаты «Азтратеха» с ордером, выданным федералами, и требуют коробку с украденными документами.

— В общем, знаете, я тут разбиралась в вещах Брэдли…

— Так, — облегченно откликаюсь я. Обошлось без ордеров. — И что?

— Мне наконец-то удалось зайти в его электронный ящик, — объясняет Мэлани. — У него там стоял особый пароль, о котором я не знала. Но я попробовала… — запинается она, — попробовала набрать «Лунный танец». Так называлась наша свадебная песня. И он сработал. Наверное, я просто хотела посмотреть… Не знаю. Но я нашла копию того письма, которое он вам отправил, — продолжает она. — И оказалось, что такие же письма он послал еще двоим людям.

Мое сердце начинает биться быстрее. Лучше бы он больше никому ничего не слал.

— Еще двоим людям? — переспрашиваю я, стараясь не повышать голос. Что, если он отправил его другим репортерам? — Вы можете… назвать мне их имена?

Секундное молчание.

— Ну, Чарли, я не знаю, — произносит Мэлани. — Если Брэд хотел сохранить это в секрете, может быть, все должно остаться как есть.

В расстройстве шлепаю ладонью по лбу, одновременно пытаясь передать ей по проводам телепатическое сообщение. Назови. Мне. ИМЕНА.

— Как скажете, Мэлани, — произношу я уже вслух, используя типичную репортерскую уловку — метод от противного. — Я на вас не давлю. — Выпускаю шасси и захожу на посадку. — Просто мне показалось, вы хотите знать, что приключилось с вашим мужем, а те двое могут что-то об этом знать. На самом деле они бы действительно могли быть вам полезны. — А еще мне в поиске сенсации к ноябрю, добавляю про себя.

Мэлани не отвечает, и я надеюсь, что она раздумывает над моими неопровержимыми доводами. Наконец в трубке слышится негромкий вздох.

— У вас есть чем записать? — спрашивает она.

Выпрямившись в кресле, одной рукой прижимаю к уху телефонную трубку, а другой принимаюсь под диктовку записывать имена, которые, надеюсь, послужат ключом к нашему успеху.

— Все, записала, — говорю я. — Давайте я повторю, а вы проверите. Первый был Джошуа Гелстон? Потом Мэк Бриггс? Бриггс с двумя «г»? Мэк как в сериале «Мэк»?

— Ну да, — подтверждает Мэлани.

— А вы знаете, кто эти люди? — Вполне возможно, им уже известно то, что хотел сообщить мне Брэд. Так что я просто свяжусь с ними, и все разрешится само собой. — Пс-с. — Накрыв ладонью микрофон, пытаюсь привлечь внимание Франклина так, чтобы Мэлани не услышала. — Мэ-ла-ни, — беззвучно артикулирую я.

Франклин морщит лоб — не понимает. Чиркаю ее имя на клочке бумаги и поднимаю записку над столом. Теперь Франклин заинтригован. Прервав свой телефонный разговор, он подкатывает на кресле к моему столу.

— Чего она хочет? — шепчет Франклин.

Сердито смотрю на него. И почему люди убеждены в том, что вести два разговора одновременно гораздо легче, если один из собеседников говорит шепотом?

Тем временем выясняется, что я пропустила часть из того, что мне пытается разъяснить Мэлани.

— Прошу прощения, в дверь постучали, — лукавлю я. — Еще раз, что вы сказали?

— Насчет Бриггса — нет, ни разу о нем не слышала, — повторяет она.

Вот тебе и разрешится само собой.

— А вот Джош Гелстон, — продолжает она. — По-моему, это тот, с которым Брэд познакомился на званом обеде. Учитель вроде бы.

— Не могли бы вы продиктовать мне их электронные адреса? — прошу я.

С того конца провода доносится кликанье мышки.

— Извините, Чарли, — наконец произносит Мэлани. — Но я не вижу адресов. Вы и правда думаете, что если этим людям что-то известно, то вам удастся выяснить это? Я была бы вам бесконечно благодарна, если бы вы рассказали мне, что передал им Брэд.

В ее голосе слышится столько мольбы, беспомощности. Конечно, она еще не оправилась от потери. Ищет объяснений. И мне ужасно хочется помочь ей. Чувствую себя Нэнси Дрю, разве что во много раз старше и без синего велосипеда. Мне не терпится начать поиски.

— Дайте мне немного времени, — отвечаю я. — Посмотрим, что я смогу сделать.

Чарли Макнэлли, женщина-детектив, в поиске разгадки тайны. Я гоню по скоростной автостраде, поднимаясь в гору — на самую вершину журналистики, и только откидного верха не хватает в моем «джипе». В базе данных Интернета Мэка Бриггса не оказалось, зато нам сразу повезло с Джошуа Айвзом Гелстоном: дата рождения не указана, заведующий кафедрой английского языка элитной Бэкстерской академии. Знаю это местечко — легендарная альма-матер бесчисленных магнатов, богатеев, аристократов и даже нескольких президентов. На сайте академии сказано, что Гелстон преподает на факультете уже долгое время и является руководителем Общества почета[20]и кружка по изучению латыни, а также директором академического драмтеатра. Видно, очень интересный старикашка, но совсем из другого мира, чем Брэд Форман с его вычислениями и фармакологией. Интересно, что у них может быть общего?

Аккуратно вынимаю дымящийся латте из подстаканника и делаю несколько глотков, ведя «джип» и обдумывая план наступления.

Препятствие первое: этот мистер Гелстон понятия не имеет о том, что ему предстоит со мной встретиться. Если на пороге Бэкстерской академии меня встретят охранники или запертые ворота, это создаст определенные трудности. Я представляю себе, как беззаботно въезжаю на территорию академии, где-нибудь паркуюсь, прогулочной походкой направляюсь к легкоузнаваемому зданию и без проблем отыскиваю кабинет Гелстона. В моем плане нет места охранникам.

Препятствие второе: этот мистер Гелстон понятия не имеет о том, что ему предстоит со мной встретиться. Так что, несмотря на то что сегодня будний день, его вполне может вообще не оказаться на месте. Трясу головой, избавляясь от плохих предчувствий. В моем плане нет места разочарованию.