После падения - Анна Тодд

– Подожди, – останавливаю я, нежно обхватываю руками ее бедра и укладываю обратно на постель рядом с собой.

В ее прекрасных глазах мелькает замешательство.

– Что не так?

– Ничего… Я просто хочу целовать тебя немного дольше, чем в первый раз, – объясняю я, кладу пальцы ей на затылок и пригибаю ее голову к себе.

Я целую ее, склоняясь сверху и заставляя себя не торопиться. Прижав ее к себе, я на мгновение осознаю, что после всего, что я совершил, она все еще со мной, черт побери, она всегда рядом. Проклятье, пора бы мне уже стать достойным этого! Опираясь всем телом на одну руку, ложусь на нее и раздвигаю ей ноги коленом.

– Я люблю тебя… так сильно. Ты уже знаешь об этом, да? – спрашиваю я, касаясь языком ее губ.

Она кивает, но на ужасный миг в памяти всплывает лицо Зеда. Его признание в любви к Тессе и ее благодарное согласие. «Я тоже люблю тебя», – стонала она во сне. По телу медленно раскатывается дрожь, и я замираю.

Заметив мою нерешительность, она зарывается пальцами в мои непослушные волосы и завладевает моими губами.

– Вернись ко мне, – молит она.

Вот и все, что мне нужно.

Все исчезает, кроме нежности ее тела подо мной и влажности у нее между ног. Вхожу в нее. Такие яркие ощущения. Неважно, сколько раз я уже это делал, мне никогда не будет достаточно.

– Я люблю тебя, – повторяет она.

Одной рукой обхватываю ее сзади, чтобы наши тела прижались друг к другу так тесно, как это возможно. Облизываю сухие губы и снова приникаю головой к ее шее, шепча ей на ухо всякие пошлости и целуя ее всякий раз, когда она стонет мое имя.

Я чувствую нарастающее возбуждение, поднимающееся откуда-то снизу. Оно выжигает каждый позвонок. Тесса впивается ногтями мне в лопатки, как будто пытается найти слова, написанные на моей коже. Эти слова – для нее, только для нее.

«С этого дня я желаю быть с тобой всегда», – написано там. И я собираюсь сделать все, что я должен, чтобы сдержать обещание.

Приподнимаюсь, чтобы взглянуть на нее. Одной рукой продолжаю поддерживать ее за спину, другая перемещается по телу, по обеим грудям и замирает чуть ниже шеи.

– Скажи, что ты чувствуешь, – хрипло прошу я.

Я едва сдерживаю удовольствие, которое рвется из меня. Я хочу сохранить его для нас обоих, продлить его. Я хочу сделать такие промежутки, которые мы сможем заполнить вдвоем.

Мои движения ускоряются, она опускает одну руку и сминает простыню в кулаке. Каждое движение моих бедер, каждый страстный толчок в ее ждущее тело усиливает власть, которую она имеет надо мной, окончательно утверждает ее.

– Так хорошо, Хардин… так хорошо! – Ее голос томный и хриплый.

Проглатываю ее стоны, словно жадный ублюдок. Чувствую, что ее тело напрягается, и больше не могу ждать. Тихо вскрикнув ее имя, я толчком опустошаюсь в презерватив и, едва дыша, падаю рядом с ней.

Я тянусь к ней и прижимаю к себе. Открыв глаза, я вижу, что ее кожа мокра, глаза широко открыты и смотрят на вентилятор под потолком.

– Ты в порядке? – спрашиваю я.

Конечно, в самом конце я был немного груб, но я же знаю, как она это любит.

– Да, конечно.

Она склоняется ко мне, чтобы оставить поцелуй на голой груди, и поднимается с кровати. Я разочарованно подвываю, а она натягивает через голову свою белую футболку и скрывает свое тело.

– Держи свою бандану, – улыбается она, довольная шуткой, и бросает на кровать пропитанную потом футболку, которую я обернул вокруг головы, когда был в тренажерном зале.

Я скручиваю ее и снова оборачиваю вокруг головы только ради того, чтобы посмотреть на реакцию Тессы.

– Тебе не нравится? – спрашиваю я, и она хихикает и отвечает: – Вообще-то нравится.

Тесса устраивает настоящее шоу, когда наклоняется, чтобы поднять с пола черные трусики, и, поигрывая бедрами, надевает их. То, что она без лифчика, сразу заметно по тому, как колышутся груди под футболкой.

– Отлично. Так легче. – Я показываю на затейливую конструкцию на голове.

Мне на самом деле нужно подстричься. Кстати, подружка Стеф, цыпочка с лиловыми волосами по имени Мэдс, может меня подстричь. При мыслях о Стеф закипает кровь. Дура тупая…

– Очнись, Хардин! – Голос Тессы вырывает меня из ненавистных дум.

Я вскидываю голову:

– Извини.

Снова в пижаме, Тесса устраивается рядом со мной и, как ни странно, хватает пульт от телевизора и начинает переключать каналы. Я слегка обескуражен; мне нравится ее сдержанность, но через несколько минут слышу, что она вздыхает. Я замечаю, как она хмурится, словно поиск канала – это самое неприятное занятие, которым можно заниматься.

– Что-то не так? – спрашиваю я.

– Нет, – врет она.

– Говори сейчас же, – настаиваю я, и она резко выдыхает.

– Ничего… Я просто немного… – Ее щеки заливает румянец. – Напряжена.

– Напряжена? Ты можешь быть какой угодно, но не напряженной после такого.

Я слегка отклоняюсь назад и смотрю на нее.

– Я не… понимаешь, я… – заикается она.

Ее застенчивость никогда не перестает меня удивлять. Минуту назад она стонала мне в ухо, чтобы я трахал ее сильнее, быстрее, глубже, а сейчас двух слов связать не может.

– Говори уже, – требую я.

– Я не кончила.

– Что? – задыхаюсь я.

Неужели я был настолько увлечен собственным наслаждением, что не заметил, что она не кончила?

– Ты остановился прямо перед тем… – спокойно объясняет она.

– Почему ты ничего не сказала? Тогда иди сюда. – Я тяну футболку и поднимаю ее над головой.

– Что ты собираешься делать? – спрашивает она с волнением в голосе.

– Тсс…

Не знаю, что я собираюсь делать. Хочу снова заняться с ней любовью, но мне нужно немного времени на перезарядку.

Постой-ка, я знаю.

– Мы сделаем кое-что, что пробовали только один раз. – Я самодовольно улыбаюсь. Она широко открывает глаза. – Потому что, понимаешь, регулярная практика ведет к совершенству.

– О чем ты?

И ее напряженность сменяется возбуждением.

Я ложусь, опираясь на локти, и маню ее к себе.

– Не понимаю, – говорит она.

– Подходи сюда, так, чтобы твои бедра оказались здесь.

Я похлопываю по простыне с обеих сторон от моей головы.

– Как?

– Тесса, подойди сюда, а затем встань так, чтобы твои бедра оказались напротив моего лица, тогда я легко смогу сделать так, чтобы ты кончила, – медленно и четко объясняю я.