Барабаны осени. Книга 1. На пороге неизведанного - Диана Гэблдон

– Что это? – с трепетом выдохнул Иэн.

– Опал, – ответил Джейми, – причем огромный.

Он ткнул в камень длинным указательным пальцем, словно желая удостовериться, что опал настоящий.

Джейми задумчиво потер затылок и посмотрел на меня.

– Говорят, опалы приносят несчастье, саксоночка.

Я думала, он шутит, но он и в самом деле выглядел озабоченным. Хотя Джейми много путешествовал и был хорошо образован, тем не менее он родился в горах и впитал все шотландские суеверия, хотя и нечасто это показывал.

Забавно, подумала я. Провела ночь в компании с духом – и осуждаю суеверия!

– Ерунда, – заявила я с показной уверенностью. – Самый обыкновенный опал.

– Почему же они несчастливые, дядя Джейми? – возразил Иэн. – У моей мамы есть кольцо с опалом, которое досталось ей от ее матери. И никаких несчастий оно не приносит.

Парнишка с трепетом дотронулся до камня.

– Мама говорила, что опал принимает часть души владельца, так что если раньше он принадлежал хорошему человеку, то все в порядке, никакой беды не случится, а если нет… – Он пожал плечами.

– Ах, вот как, – сухо процедил Джейми и кивнул на череп. – Если опал принадлежал тому парню, то не похоже, что он принес ему удачу.

– По крайней мере, мы знаем, что убили его не из-за камня, – заметила я.

– Может, они решили, что камень несчастливый, и не захотели его брать, – предположил Иэн. Нахмурившись, он смотрел на камень. – Не отнести ли его обратно, а, тетя?

Я потерла нос и посмотрела на Джейми.

– Наверное, он дорогой…

– Ох.

Оба задумались – здравый смысл боролся с суеверием.

– Ладно, – в конце концов произнес Джейми. – Подержим его пока у себя, надеюсь, это не сильно нам повредит. – Он ухмыльнулся. – Давай-ка камень мне, саксоночка. Если по пути меня поразит молния, отнесешь его назад.

Меня пошатывало, но я все же сумела встать. Джейми положил камень себе в сумку.

– Покажу его Найавенне, – решила я. – Скорее всего, она знает, что это за спираль.

– Прекрасная мысль, саксоночка. А ежели этот прекрасный принц приходился ей родичем, вернем опал ей.

Джейми кивком указал на кленовую рощу в ста ярдах от нас. Деревья стояли еще зелеными, хотя макушки уже тронула желтизна.

– Лошади привязаны там. Саксоночка, ты как, дойдешь?

Я задумчиво посмотрела на ноги.

– Не уверена. Кажется, я и вправду напилась.

– Да ну, тетя, – ободрил меня Иэн, – мой отец всегда говорит: покуда держишься на ногах, ты трезв.

Джейми усмехнулся и забросил на плечо край пледа.

– А мой отец говорил, что ты трезв, покуда в состоянии нащупать свою задницу обеими руками.

Он осмотрел меня сзади, слегка приподняв бровь, однако воздержался произнести то, что, должно быть, просилось на язык.

Иэн хмыкнул и закашлялся, пытаясь скрыть смех.

– Ладно, тут недалеко. Тетя, ты уверена, что можешь идти?

– Знаешь, что? Тащить ее опять я не собираюсь. – Джейми аккуратно взял череп у Иэна двумя пальцами и опустил его мне в подол. – Подожди здесь со своим приятелем, саксоночка, – сказал он, – мы с Иэном приведем лошадей.

Когда мы наконец добрались до Фрейзер-Риджа, день был в самом разгаре. Я с трудом соображала – замерзла, промокла и совсем ничего не ела за последние два дня и к тому же вконец обессилела от бренди и попыток внятно объяснить Джейми с Иэном, что произошло. При свете дня события минувшей ночи казались нереальными.

Впрочем, от усталости и опьянения мне теперь почти все казалось нереальным. Когда мы выехали на поляну, я сперва подумала, что дымок, вьющийся из трубы нашей хижины, – плод моего воображения, но потом я уловила запах орешника.

– Ты же сказал, вы потушили очаг, – обратилась я к Джейми. – Хорошо, хоть дом не сгорел.

Подобные случаи были нередки; я слышала, что недавно одна деревянная хижина выгорела дотла из-за небрежно затушенного огня.

– Я потушил, – коротко ответил он, спешиваясь. – Там кто-то есть. Иэн, ты лошадь не узнаешь?

Иэн приподнялся в стременах, подавшись вперед.

– Да это же бешеный тетушкин мерин, – удивленно воскликнул он, – а с ним еще один, в яблочко.

И в самом деле, новоявленный Иуда стоял в сарае расседланным в компании упитанного серого мерина, вокруг них стайкой вились мухи.

– Вы не знаете, чей это? – Спешиться я не могла, все еще чувствуя слабость и головокружение, которые волнами накатывали на меня каждые несколько минут. Земля под лошадью словно тихо плескалась, подобно океану.

– Нет, но это друг. Он покормил животных и подоил козу.

Джейми кивнул на заполненные кормом ясли у дверей и на ведро с молоком на скамейке, аккуратно прикрытое куском ткани.

– Давай, саксоночка, – сказал Джейми, подхватив меня за талию, – мы уложим тебя в постель и заварим чаю.

Наше прибытие услышали; дверь хижины распахнулась, из нее выглянул Дункан Иннес.

– А, это ты, Макдью. Где тебя носило? Я тут шел по следу с утра, но твоя коза так блеяла, что мертвый бы поднялся, и вымя у нее чуть не лопнуло.

Затем он заметил меня, и на его длинном угрюмом лице отразилось удивление.

– Миссис Клэр! – воскликнул он, приветствуя меня, заляпанную грязью и полуживую. – Что с вами случилось? Я заволновался, когда нашел вашего коня в горах одного, а к седлу ваш сундучок привязан. Поискал, покричал немного, никто не отозвался, и следов никаких не было, вот я его и привел.

– Небольшое злоключение, – ответила я, пытаясь стоять ровно без посторонней помощи. – Сейчас все в порядке.

Честно говоря, уверена я не была. Голова казалась раза в три больше чем обычно.

– В кровать, – велел Джейми, схватив меня за руки, пока я не свалилась. – Сейчас же.

– Сначала искупаюсь, – возразила я.

Он бросил взгляд в сторону ручья.

– Ты замерзнешь или утонешь, саксоночка, или все сразу. Ради бога, давай поешь и укладывайся. Завтра помоешься.

– Сейчас. Горячая вода. Чайник. – У меня не было сил убеждать его целыми фразами, но голос мой звучал непреклонно. Я не собиралась ложиться в постель измаранной, чтобы потом еще и стирать грязные простыни.

Джейми раздраженно взглянул на меня и закатил глаза.

– Горячая вода, чайник, сейчас… – передразнил он меня. – Иэн, принеси дров, а потом возьми Дункана и сходите взглянуть на свиней. Мне придется отмыть твою тетю.

– Я сама могу отмыться!

– Черта с два ты можешь.