Нечаянный роман - Надежда Семенова

Уже вторую ночь перед сном Ромка беспокойно шарил по стене руками. Давным-давно, еще до рождения Наты, мама, папа и Женя жили в одной комнате, на стенах которой росли лиловые цветы неизвестной породы на уходящих в потолок дорожках. Женя вспомнила, как она шагала пальцами по нарисованным линиям, старательно огибая цветы. Обои в зале, по которым сновали Ромкины руки, выглядели совсем по-другому. Песочные ромбы, вписанные в очерченные золотом квадраты, напоминали механические глаза, будто со стен пялились бесчисленные фантастические роботы. Было бы хорошо, если бы они подчинялись трем законам роботехники и не могли причинять вреда человеку.

– Где палочки? – пробормотал в полусне Рома, протянул руку, словно пытаясь что-то нащупать. Вздохнул и сам ответил на свой вопрос: – Нет палочек.

Вон оно что, догадалась Женя. В общежитии сын засыпал, ухватившись за решетку детской кроватки.

Рома засопел и высунул из-под одеяла босую ногу.

Женя отложила книгу и укрыла ногу одеялом.

Через мгновение нога высунулась опять. Женя положила на нее ладонь. Совсем недавно Ромкина ножка полностью помещалась в ладони. Нога под рукой была горячей и сухой. Женя пощупала Роме голову. Голова горячей не казалась.

Рома перекатился на спину и открыл глаза:

– Пить.

Женя взяла сына на руки и понесла его на кухню.

На залитой светом кухне за столом перед остывшей чашкой чая сидела Наталья.

Рома заморгал и прикрыл глаза рукой.

– Не спится? – не поворачиваясь, спросила Наталья.

– Пить просит, – ответила Женя.

Она посадила Рому на табуретку и взяла с подоконника стеклянную банку с кипяченой водой.

– Почему там денежка? – спросил Рома, завороженно разглядывая сквозь толщу воды серебряный диск на дне.

– Серебро чистит воду, – объяснила Женя, протягивая ему чашку с водой.

– Разговорчивый, – сказала Наталья.

Рома зарылся лицом в чашку.

Женя кивнула. Натальин голос звучал вполне дружелюбно, возможно, она уже примирилась с их присутствием.

– Во сколько поезд? – спросила Наталья.

– В восемь утра.

Наталья повернулась к Роме:

– Мамка уедет, а ты останешься со мной.

Ромка вздрогнул и выпустил из рук чашку. Она со звоном стукнулась о стол и раскололась.

Рома заплакал. Не громко, но так горько, что у Жени больно сжалось сердце.

– Зачем ты так? – сказала она Наталье.

– Что я такого сказала? – Наталья встала из-за стола и стряхнула с халата воду. – Разве это неправда?

Женя схватила с раковины тряпку, бросила на стол и подхватила Ромку на руки.

– Ты притворяешься или на самом деле не понимаешь?

– Что именно я не понимаю? – спросила Наталья.

Ромка прильнул к Жене, схватился за шею обеими руками.

– Мама ненадолго, мама скоро придет? – прошептал он.

Это была их формула, когда она уходила на вечернюю подработку.

Женя кивнула, прижала Ромку к себе. Какой он еще маленький.

– Скажи ему, – сказала Наталья, – скажи ему правду…

Что-то злое, непримиримое плескалось в ее лице. Происходило что-то недоброе, чему Женя не могла подобрать слов.

– Он маленький, он не понимает, – сказала Женя, – чего ты добиваешься? Ты хочешь, чтобы он заплакал?

– Это ты собираешься его оставить, – сказала Наталья, – думаешь, он не расстроится, когда обнаружит твое отсутствие?

– Ты изменилась, – сказала Женя, – стала… недоброй.

– Зато ты у нас добрая. – Натальино лицо конвульсивно дернулось. – Единственное, что ты умеешь, – создавать проблемы. Кто тебя просил приезжать? Кому ты оставляешь своего ребенка? Отцу, который видеть его не может? Маме? Ты в курсе, что она недавно потеряла на улице сознание? И кто будет возиться с ребенком, когда родители будут на работе? Об этом ты подумала?

Ромкино сердце стучалось так громко и близко, что казалось, оно стучится в Жениной груди.