Все очень просто - Триш Мори

Самоконтроль. То, чем Лука гордился. Он был терпелив. У него были стальные нервы. У него был полный контроль над своей жизнью и своим миром. И ему это нравилось. Это было правильно.

Но сейчас, при взгляде на медовые волосы и янтарные глаза этой кокетки из Австралии, исполнявшей стриптиз в его кабинете, он терял этот самоконтроль.

«Поскорей бы она сняла свои дурацкие джинсы!»

Тина рассмеялась, когда Лука взял ее на руки. Этот смех опьянил его. Он направился к столу, смел с него бумаги, ручки, телефон на пол и посадил Тину. Затем сорвал с нее джинсы, сорвал бюстгальтер. И остановился на секунду. Тина сидела на столе полностью голая, а он стоял между ее раздвинутых ног. Картина была слишком впечатляющая, чтобы не было желания рассмотреть все более внимательно.

Она перестала смеяться, лишь тяжело дышала. Лука расстегнул ремень и снял брюки.

— Я ненавижу тебя, — сказала Тина.

Это было хорошо. Ненависть придаст ее услугам особый вкус. А потом он бросит ее, и она сможет ненавидеть его еще больше.

— Отлично, — сказал Лука, открыв ящик стола. Найдя нужное, он разорвал упаковку зубами и надел презерватив.

— Я так рад, что мы понимаем друг друга, — сказал он и вошел в нее.

Тина вскрикнула, спина ее выгнулась, и она закрыла глаза, словно не желая его видеть.

«Я определенно недооценил силу ее ненависти», — подумал Лука, двигаясь вперед и назад внутри ее и чувствуя протест ее мышц.

Теперь ее глаза были широко раскрыты, она была смущена, растеряна и, кажется, желала большего.

Тине не нужна была его помощь, чтобы поймать нужный ритм. Она, возможно, и выглядела ошеломленной несколькими минутами раньше, но теперь увеличивала скорость, меняла ее, целовала его в шею, кусала, и каждый ее укус был невероятно приятен. Тина вела себя как дикая кошка, похотливая, разнузданная. И это было все, о чем он мог думать, пока она использовала свое тело в этой игре против него. Вскоре все признаки его контроля над ситуацией исчезли, и Лука взорвался внутри ее. Но он не остановился, он дал испытать то же самое и Тине.

Задыхающуюся и потную, он взял ее на руки, отнес в свою спальню, неловко откинул одеяло и уложил на кровать. Она закрыла глаза и тихо задышала в подушку.

«Без слез, — думал он, — без взаимных обвинений? Хорошо, что все именно так. Но она же ненавидит меня!»

Лука улыбнулся и направился в ванную, уже планируя следующий раунд. Он придумывал более приятные способы, как провести следующую ночь. Эта первая связь была такой быстрой и яростной! Он уже предвкушал удовольствие, которое они получат в следующий раз.

Его потрясли увиденные в зеркале собственные шея и плечи — все в ярко-красных следах от ее зубов. Он улыбался, поглаживая кожу, где она оставила свою метку. Лука помнил, как Тина кусала его… Он испытал такой экстаз… Она была настоящей тигрицей, дикой и необузданной, неожиданной, как и ее сегодняшний внезапный визит.

Хотя не совсем внезапный…

Тина была готова бросить мать на произвол судьбы. Лука сильно переоценил отношения между матерью и дочерью. Тина действительно была готова выбросить Лили на улицу из ее уютного искусственного мирка. Зато предложение Лили попросить о помощи ее первого мужа оказалось гениальным. Наконец Лука добрался до единственного человека, о судьбе которого Валентина переживала. Ради отца она сделает все.

У каждого есть своя цена. Лука только что выяснил ее цену.

Лука выглянул из ванной, чтобы рассмотреть Тину, свернувшуюся котенком посреди кровати. Она крепко спала. Он даже прислушался к ее дыханию, ровному и глубокому.

Так много мыслей о втором раунде… Ошеломленный, он прилег рядом. Тина пошевелилась и что-то пробормотала во сне.

Лука не засыпал вместе со своими любовницами в своей постели. Он не привык, чтобы кто-нибудь вообще спал у него на кровати. Особенно женщина, с которой он уже все закончил…

Теперь он размышлял о том, что может произойти, когда она проснется.

Тина согласилась остаться на месяц. Казалось, этого более чем достаточно. Он лишь планировал продержать ее рядом настолько долго, чтобы она решила: с ним ей нечего бояться, Лука поможет ей. Настолько долго, чтобы она почувствовала себя комфортно в своем положении первой леди Венеции. И чтобы Тина не могла предугадать свое публичное унижение.

А потом Лука вспомнил, что было в его кабинете и как она превратилась в сексуальную львицу…

И тридцать будущих ночей ненависти Валентины к нему уже не показались слишком долгим промежутком времени.

* * *

Тина просыпалась медленно, не спеша, с каким-то странным чувством. На несколько минут этого полусна она поверила, будто летит в самолете обратно. Поверила, пока не включилась логика и она не вспомнила — в экономклассе нет удобных матрасов и больших подушек.

Венеция…

Тина села на кровати, понимая — это было пыхтение речного трамвайчика за окном, а не гул реактивных двигателей. Она вспомнила ссору с матерью и невероятный сеанс на столе Луки. А потом пустота…

Тина опустила голову. Что она наделала?!