Психология влияния. Как научиться убеждать и добиваться успеха - Роберт Б. Чалдини

В дополнение к этим наблюдениям Милграм привел еще более убедительные доказательства того, что поведение испытуемых объясняется их склонностью повиноваться авторитетам.

Во время еще одного эксперимента он изменил сценарий так, чтобы теперь уже исследователь велел Учителю остановиться, а жертва при этом храбро настаивала на том, чтобы Учитель продолжал. Результат говорит сам за себя: 100% испытуемых отказались выдать хотя бы один дополнительный электрический разряд, когда этого требовал такой же испытуемый, как и они. В другом случае исследователь и второй испытуемый менялись ролями так, что привязанным к креслу оказывался экспериментатор, а второй испытуемый приказывал Учителю продолжать – при этом исследователь бурно протестовал. И вновь ни один испытуемый не прикоснулся к кнопке.

Склонность испытуемых к безоговорочному повиновению авторитетам была подтверждена результатами еще одного варианта основного исследования. На этот раз Учитель оказался перед двумя исследователями, отдававшими противоречивые приказания; один приказывал Учителю остановиться, когда жертва молила об освобождении, а другой настаивал на продолжении эксперимента.

Эти противоречивые распоряжения привели к трагикомичной ситуации. Сбитые с толку испытуемые, переводя взгляд с одного исследователя на другого, просили их договориться о единой команде, которую можно было выполнить: «Погодите, погодите. Один приказывает остановиться, другой – продолжать. Что же мне делать?» Когда исследователи продолжали пререкаться друг с другом, испытуемые лихорадочно пытались определить, кто из них главнее. Когда им не удавалось подчиниться именно авторитету, испытуемые-Учителя в конечном счете начинали действовать, исходя из лучших побуждений, и прекращали наказание электрошоком.

Как и в других экспериментальных вариантах, такой результат вряд ли бы возник, если бы испытуемые были садистами или агрессивными невротиками[87].

По мнению Милграма, полученные данные свидетельствуют о некоем пугающем феномене:

«ЭТО ИССЛЕДОВАНИЕ ПОКАЗАЛО СИЛЬНО ВЫРАЖЕННУЮ ГОТОВНОСТЬ ВЗРОСЛЫХ ЛЮДЕЙ ИДТИ ПОЧТИ НА ВСЕ, СЛЕДУЯ УКАЗАНИЯМ АВТОРИТЕТА».

Теперь становится понятной способность правительства, представляющего собой одну из форм авторитарной власти, добиваться необычайного послушания от обычных граждан[88]. Помимо этого результаты этих экспериментов показывают и то мощное влияние, которое авторитеты оказывают на наше поведение. Понаблюдав за корчащимися, потеющими и страдающими испытуемыми-Учителями в эксперименте Милграма, может ли кто-либо усомниться в силе той власти, которая удерживала их там?

Тем, у кого еще остаются сомнения, возможно, поучительной покажется история о С. Брайане Вильсоне. Первого сентября 1987 года в знак протеста против поставок Соединенными Штатами военного снаряжения в Никарагуа мистер Вильсон и два других человека легли на железнодорожные пути, идущие из военно-морской базы Конкорд, Калифорния. Протестующие были уверены, что таким образом смогут остановить идущий по расписанию поезд с оружием, поскольку уведомили о своем намерении чиновников железнодорожного и военно-морского ведомств за три дня до акции. Однако гражданские машинисты, которым было приказано не останавливаться, даже не уменьшили скорость поезда, хотя в шестистах футах впереди видели лежащих на рельсах протестующих. Хотя двое протестующих в последний момент успели отпрыгнуть в сторону, мистер Вильсон оказался не таким проворным, и ему отрезало обе ноги ниже колена.

Поскольку санитары военно-морского ведомства, находившиеся на месте происшествия, отказались оказывать мистеру Вильсону медицинскую помощь и не позволили доставить его в больницу на своем автомобиле, свидетели этого инцидента – среди них были жена и сын мистера Вильсона – пытались своими силами остановить кровотечение и 45 минут ждали прибытия частной машины «Скорой помощи».

Поразительно, но мистер Вильсон, четыре года прослуживший во Вьетнаме, не обвиняет в своем несчастье ни поездную бригаду, ни санитаров; вместо этого он обличает систему, вынудившую их поступить так благодаря стремлению повиноваться: «Они просто делали то же, что и я во Вьетнаме. Они выполняли приказы, которые были частью безумной политики. Эти ребята стали козлами отпущения». Хотя машинисты поезда согласились с такой оценкой мистера Вильсона и действительно стали считать себя жертвами, они оказались далеко не такими великодушными, как он.

Самое поразительное в этой истории то, что члены поездной бригады подали в суд иск против мистера Вильсона, требуя от него денежного возмещения за «унижение, нравственное страдание и физический стресс», которые они испытали из-за того, что мистер Вильсон не дал им выполнить приказ без таких тяжелых последствий.

Всякий раз, когда мы сталкиваемся с действием чрезвычайно мощного мотивирующего фактора, естественно предположить наличие у мотивации веских причин. В случае подчинения авторитетам даже краткое знакомство с социальными организациями человечества дает множество подтверждений этому.

Широко разветвленная, признанная повсеместно система власти авторитетов предоставляет обществу огромные преимущества. Она позволяет развивать сложные структуры, регулирующие материальное производство, торговлю, оборону, рост экономики, а также социальный контроль, чего при других условиях не было бы. Другая альтернатива, анархия, едва ли благоприятно воздействует на культурные группы. Анархия, как считает философ Томас Гоббс, обычно делает жизнь «унылой, бедной, отвратительной, звероподобной и недолгой».