Психология города. Как быть счастливым в мегаполисе - Пол Кидуэлл

Марсельская жилая единица, Ле Корбюзье

Эта многоэтажка считается одним из самых успешных проектов, но, на мой взгляд, это скорее музей, заселенный в основном представителями верхушки среднего класса, которые предпочитают общаться в другом месте — скорее всего, на улице.

В лондонском комплексе Сады Робин Гуда галереи не производили впечатления улиц. Они слишком тесные. Даже самые широкие галереи, где может проехать автомобиль, как в огромном (внесенном в список памятников архитектуры) комплексе Парк-Хилл в Шеффилде (см. фото ниже), функциональны только наполовину, потому что по ним нельзя пройти к домам напротив. А с «улиц» в Садах Робин Гуда вид открывался на магистраль и унылый центральный парк.

Комплекс Парк-Хилл в Шеффилде

Какое это имеет значение? Ну, во-первых, улицы над землей с обрывом с одной стороны (пусть и с барьером) кажутся небезопасными, и не только из-за высоты. На обычной улице чувствуешь себя спокойнее, потому что с одной стороны видно, что происходит на другой. К тому же двусторонняя улица больше располагает к социальным контактам.

Отсутствие сада

Итак, мы убедились, что проживание на верхних этажах иногда вызывает стрессы, вплоть до проблем со здоровьем, и отчасти это обусловлено отсутствием свободного доступа к улице. Но также важен удобный доступ в частный сад, особенно для определенных категорий населения. В 1972 году по инициативе Департамента экологии Великобритании было проведено исследование о том, как мамы с маленькими детьми чувствуют себя на этажах выше первого. Выбрали шесть муниципальных жилых комплексов в Лондоне и Шеффилде. Четыре из пяти опрошенных не видели никакой разницы с первым этажом, а домохозяйки с детьми были очень недовольны независимо от высоты. Они хотели дом с садом.

Психолог Кристофер Бэгли заинтересовался, не приводит ли подавление потребностей к стрессу и психологическим проблемам^[78]. Он сравнивал женщин с одинаковым количеством детей, проживающих в многоквартирных домах и муниципальных на две семьи. Последние продемонстрировали меньше невротических симптомов и реже посещали врача с жалобами на «нервные болезни».

Бэгли предположил, что причина нервозности — в отсутствии своего сада, где дети могли бы играть. Возможно, стресс усугублялся шумом уличного движения. Если женщины днем ходили на работу, это снижало напряжение от постоянного пребывания в квартире высоко над землей.

Во время более масштабного исследования историй болезни выяснилось, что стресс повышается даже на нижних этажах. Психолог Фаннинг изучал семьи 558 находящихся в Германии британских военнослужащих^[79]. Их случайным образом распределили по частным домам и квартирам в трех- и четырехэтажных домах. Проживающие в квартирах заболевали на 57 % чаще, а показатели по неврозам у них были в восемь раз выше. Результаты исследования очень важны: хотя выше всего уровень нервозности оказался у матерей, он был заметно повышен у всех женщин. Отсутствие собственной внешней территории — проживание в квартире независимо от этажа — почему-то негативно сказывается на психологическом самочувствии. Это не значит, что оно не оказалось бы хуже у жильцов верхних этажей, если бы в исследование включили высотные здания. Влиятельный архитектор Кристофер Александер упоминал эти данные в своей книге «Язык шаблонов»^[80] и предупреждал, что, независимо от возраста и пола, чем выше от земли живет человек, тем более он подвержен психическим заболеваниям.

Но стоит сделать несколько существенных оговорок. Большинство данных собраны в опросах малоимущих жителей многоквартирных домов. Они не выбирали, где жить. Как я упоминал в предисловии, не стесненные в финансах люди могут быть счастливы в высотных зданиях, если сами их выбрали^[81]. Бэгли исследовал пациентов психиатрического отделения. Он обнаружил, что недавний переезд сыграл ключевую роль в рецидивах; но эту категорию населения тоже чаще всего распределяют в многоквартирные муниципальные дома. Как мы уже говорили выше, основной причиной стресса у горожан становится отсутствие возможности выбирать, где жить, в каком доме, с кем и как обставлять его.

Важно учитывать финансовые, возрастные и половые различия. Не исключено, что богатые белые мужчины, скажем, прекрасно себя чувствуют в благоустроенных высотках в центре Лондона или Манхэттена. Сравнивая уровень стресса жителей много- и малоэтажек, следует делать поправку на любые отклонения в выборке. Справедливо будет заметить, что большинству горожан безразлично, на какой высоте они живут.

И всё же во многих высотных зданиях несомненно есть определенные и вполне конкретные недочеты дизайна, провоцирующие стресс, которого вполне можно было бы избежать. В мае 2012 года, на сорок третьей конференции Исследовательской ассоциации дизайна среды был зачитан доклад о новейших исследованиях факторов, влияющих на психологическое здоровье жителей высотных домов. Марва Абдельман и Кристи Гейнс из Техасского технологического университета провели презентацию «Проживание в многоквартирном доме: влияние на психологическое здоровье» и привлекли внимание к двум основным типам стрессов: вызванных структурными и неструктурными факторами.

В структурные стрессоры входят: недостаток солнечного света; световое загрязнение от уличных фонарей и рекламных щитов; плотное дорожное движение и уличный шум (многоэтажные дома чаще всего расположены рядом с магистралями); вибрации уличного движения; плохая вентиляция. В городах с плотной высотной застройкой, как в Гонконге, жителям нижних этажей не хватает естественного света, что закономерно приводит к пониженному настроению и утомляемости и повышает риск клинической депрессии. Они страдают чем-то вроде сезонного аффективного расстройства, называемого «зимней депрессией». Этот распространенный в северных широтах недуг лечится наличием яркого света. Раздвинуть здания, конечно, невозможно, но вполне реально обойтись неординарными доработками: для перенаправления света от верхних этажей к нижним, например, успешно используют рефлекторы. Их можно установить в каждой квартире под углом 45° к окну.