Выдохшиеся. Когда кофе, шопинг и отпуск уже не работают - Арианна Хаффингтон

Персонаж греческой мифологии Икар, подлетевший так близко к Солнцу, что воск его крыльев растаял, – своего рода квинтэссенция трагедии современного человека. Игнорируя все предупреждения до самого последнего момента, до тех пор, когда обратного пути уже нет, он падает вниз и встречает свою смерть в океане. Автор книги «Семь основных сюжетов: почему мы рассказываем истории» Кристофер Букер так прокомментировал это: «Переполняемый своей волшебной способностью летать, он впадает в состояние гордыни, космической гордости, истинной сущности эгоцентризма. Его высокомерие становится над высшим законом равновесия и пропорции, которому подчиняется все и вся во вселенной, равно как и взаимозависимость всех ее составляющих». Икар игнорирует физические законы, и в результате воск его крыльев тает – точно так же, как, презрев свою истинную природу, выгораем мы сами.

Когда мы пересматриваем свое отношение к тому, чего на самом деле желаем, то приходим к пониманию, что все происходящее в нашей жизни – любое несчастье, любая мелочь, потеря, равно как и любая радость, неожиданность, каждый счастливый случай, – все способно нас чему-то научить, а сама жизнь есть гигантская школа. Это и есть основа мудрости, нашедшей отражение в высказываниях духовных учителей, поэтов и философов на протяжении истории – от библейского выражения «ни один воробей не забыт у Бога и не упадет на землю без его ведома» до строчки Рильке «быть может, все драконы нашей жизни – это принцессы, которые только и ждут возможности увидеть нас прекрасными и мужественными». Мое же любимое определение мудрости записано, и я храню его заламинированным в своем портмоне, а принадлежит оно Марку Аврелию:

«Высшая мудрость состоит в том, чтобы воспринимать жизненные события так: «все происходит ради меня, хотя ходят слухи, что это не так». Все идет на благо тому, кто в каждой ситуации видит только хорошее: это как раз то, что я искал. На самом деле, что бы ни случилось в жизни, все может способствовать твоему росту и росту окружающих тебя. Одним словом, это – искусство, и это искусство, которое называется «жизнью». Занятие, подходящее и людям, и богам. Во всем есть какой-то особый смысл и скрытое благословение; и может ли что-либо в таком случае быть странным или трудным, если сама жизнь приветствует тебя, словно старый и верный друг?»

Много лет назад мне приснился сон, в котором эта идея выражалась несколько иначе, и этот вариант стал для меня устойчивой метафорой. Я нахожусь в поезде, на пути к Богу. (Не торопитесь, потерпите немного!) Путешествие это долгое, и все события моей жизни – как будто живописный пейзаж вдоль дороги. Иногда все вокруг так красиво, что хочется задержаться там на некоторое время и, возможно, остаться или даже попытаться взять с собой. А иногда приходится продираться сквозь пустынную мрачную сельскую местность. В любом случае поезд идет дальше. Я испытываю боль всякий раз, когда цепляюсь за уходящий пейзаж, будь он прекрасен или уродлив, вместо того чтобы признать, что в любом есть что-то полезное и необходимое. Или, как учит Марк Аврелий, во всем есть какая-то скрытая цель и скрытое благословение.

Мои родные, конечно, путешествуют вместе со мной. Кроме семьи и родных, можно выбрать и других попутчиков. Те, кого приглашаем сесть с нами в один поезд, – это те, с кем мы будем самими собой, с кем нет нужды притворяться и надевать маски. Они поддерживают нас, когда мы спотыкаемся, напоминают о цели нашего путешествия, когда нас отвлекает проплывающий мимо пейзаж. И мы делаем то же самое для них. Никогда не допускайте в поезд своей жизни коварных интриганов вроде Яго, льстецов и обманщиков. Сердце и интуиция всегда предупреждают об их появлении – но очень часто мы слишком заняты и не замечаем этих предостережений. Когда вы понимаете, что им удалось пробраться в поезд, постарайтесь от них избавиться и как можно скорее забыть об их существовании, а затем и простить. Нет ничего разрушительнее, чем таить обиду или держать против кого-либо зло.

Развод, особенно если у вас есть дети, – это один из самых тяжелых жизненных уроков и может оказаться источником одного из самых больших стрессов в личной жизни. Мы с моим бывшим мужем Майклом были женаты одиннадцать лет, а в разводе уже шестнадцать. И хотя у нас уже нет связывавшего вместе брака, есть кое-что гораздо более существенное и весомое – наши дочери. Именно из-за нашей глубокой любви к ним мы приложили огромные усилия, чтобы преодолеть все трудности и остаться друзьями. Это означало, что рождественские праздники и дни рожденья обеих девочек мы проводили вместе, как одна семья. И мало-помалу, упорно работая над этим, мы добились того, что стали ближе друг другу. Я помню, как после развода первый раз поехали все вместе на летние каникулы и какое облегчение испытали, когда смогли забыть все обиды и сосредоточиться на том, что у нас есть две дочери и нас связывают тесные узы. И это оказалось намного важнее всех обид, накопленных нами за многие годы. Мы много времени провели вместе – во время этих каникул и многих других, вспоминая проведенные вместе дни в прошлом и заглядывая в будущее (однажды мы целый вечер спорили, обсуждая, в какое время дня лучше устраивать свадьбы дочек и как назвать внуков, которые еще не родились и даже еще и не планировались).

Наш брак, возможно, исчерпал себя, но отношения – еще нет. И это так до сих пор. И как над любыми отношениями, над ними нужно работать и относиться к ним со вниманием и заботой. Самый верный признак, что мы с моим бывшим мужем вышли на новый уровень, – наша обоюдная готовность поступиться своими принципами ради общего блага. Даже в самых счастливых семьях в характере каждого из супругов всегда есть какие-то мелкие черты, которые выводят другого из себя. Они раздражают в десять раз сильнее, когда вы больше не пара и не должны быть вместе. Именно поэтому попытки избегать ситуации, в которых эти качества проявляются, – залог «хорошего» развода.

Например, Майкл первым стал настаивать на отключении всех цифровых устройств во время отпусков и каникул, когда вся семья вместе. И я соблюдала этот запрет на все 100 процентов и никогда не пользовалась своим смартфоном, когда мы бывали вместе.

Я же всегда возмущалась, что он злился, если я хотя бы на одну секунду куда-то опаздывала – даже во время отдыха (я всегда считала, что возможность не придерживаться строгого расписания и есть одна из прелестей каникул)! Но постепенно он изменился и больше не свирепствовал, даже когда я появлялась к ужину на несколько минут позже.

И хотя мы не состоялись как супружеская пара, нам удалось остаться хорошими родителями для наших дочерей – а ведь дети больше всех страдают из-за неудачного развода.

«Надо же, – во время недавнего отпуска как-то сказала Изабелла, – трудно поверить, что вы, ребята, в разводе». Не знаю почему, но я почувствовала себя очень-очень счастливой. Мне показалось, что мое долгое и мучительное путешествие подошло к концу. Нам всем стало от этого лучше. И ради своего собственного внутреннего мира и спокойствия, а также ради огромного числа детей, чьи родители разводятся во всем мире каждый год, этот путь стоит пройти.