Смелость не нравиться. Как полюбить себя, найти свое призвание и выбрать счастье - Фумитаке Кога

ЮНОША: Я не представлял себе, что во время визита к философу мы будем говорить о приязни и неприязни.

ФИЛОСОФ: Я хорошо понимаю, что такое знание нелегко проглотить. Возможно, понадобится некоторое время, чтобы прожевать и переварить его. Если мы собираемся двигаться вперед, лучше пойти дальше. Я хочу поговорить с тобой о более личном деле, связанном с разделением задач, и закончить на сегодня.

ЮНОША: Хорошо.

ФИЛОСОФ: Эта тема тоже касается отношений с родителями. Мои отношения с отцом всегда были неровными, даже в детстве. Моя мать умерла, когда мне было больше двадцати лет, так ни разу и не поговорив со мной откровенно, и после этого мои отношения с отцом стали еще более напряженными. Так было до тех пор, пока я не познакомился с психологией Адлера и не оценил его идеи.

ЮНОША: Почему у тебя были плохие отношения с отцом?

ФИЛОСОФ: Однажды он ударил меня, хотя я не помню, что такого я натворил, чтобы заслужить это. Я спрятался под столом в попытке скрыться от него, а он вытащил меня за шиворот и хорошенько ударил – и так несколько раз.

ЮНОША: Страх, который превратился в психологическую травму…

ФИЛОСОФ: Пожалуй, пока я не познакомился с психологией Адлера, то воспринимал это примерно так же. Мой отец был угрюмым и замкнутым человеком с частыми перепадами настроения. Но утверждение «Однажды он избил меня, поэтому наши отношения испортились» принадлежит этиологическому типу мышления, провозглашенному Фрейдом. Телеологическая позиция Адлера переворачивает причинно-следственную интерпретацию в обратную сторону. Иными словами, я сохранил память о том избиении, поскольку не хотел, чтобы наши отношения улучшились.

ЮНОША: Выходит, ты изначально задался целью не улучшать отношения с отцом, а потому не хотел этого делать.

ФИЛОСОФ: Правильно. Для меня было удобнее, чтобы наши отношения оставались прежними. Я мог использовать образ такого отца как оправдание для своих неудач. Для меня это было преимуществом. Кроме того, в моей позиции присутствовал аспект возмездия жестокому отцу.

ЮНОША: Это именно то, о чем я хотел спросить! Даже если причина и следствие поменялись местами, как в твоем случае, ты смог проанализировать свои чувства и сказать: «У меня плохие отношения с отцом не потому, что он бил меня, а потому что я воспользовался своими воспоминаниями об этом, поскольку не хотел улучшать отношения с отцом». Но что это меняет в реальности? Это же не отменяет того факта, что тебя били в детстве, верно?

ФИЛОСОФ: Можно представить эту точку зрения как карту межличностных отношений. Когда я придерживаюсь этиологической позиции и думаю: «У меня плохие отношения с отцом, потому что в детстве он бил меня», то с этим невозможно ничего поделать. Но если я думаю: «Я воспользовался воспоминаниями об отцовской жестокости, потому что не хотел улучшать отношения с отцом», то у меня есть карт-бланш на исправление отношений. Если я могу изменить цель, это решает все.

ЮНОША: Это действительно все решает?

ФИЛОСОФ: Разумеется.

ЮНОША: Мне интересно, действительно ли ты так считал в глубине души. Теоретически я могу это понять, но с эмоциональной точки зрения это кажется неправильным.

ФИЛОСОФ: В том-то и суть разделения задач. Действительно, у меня были сложные отношения с отцом. Он был упрямым человеком, и я даже представить не мог, что его чувства будет легко изменить. Более того, он с большой вероятностью забыл о том, что когда-то поднимал руку на меня. Однако к тому времени, когда я принял решение исправить наши отношения, для меня больше не имело значения, что отец думает обо мне или какую позицию он может занять в ответ на мое новое поведение. Даже если бы он со своей стороны не проявил намерения восстановить наши отношения, я бы не стал возражать против этого. Вопрос состоял в том, решусь ли я это сделать, поэтому козырные карты наших отношений находились у меня в руках.

ЮНОША: Козырные карты?

ФИЛОСОФ: Да. Многие люди считают, что козыри в межличностных отношениях находятся у других людей. Поэтому они гадают: «Как этот человек относится ко мне?», и в конце концов живут так, чтобы удовлетворять чужие желания. Но если они поймут суть разделения задач, то увидят, что все карты у них на руках. Это новый способ мышления.