Цифровой минимализм. Фокус и осознанность в шумном мире - Кэл Ньюпорт

На верхней полке моего домашнего книжного шкафа хранится стопка из двенадцати черных карманных блокнотов. Тринадцатый на данный момент лежит в моей рабочей сумке. Первый черный блокнот я купил летом 2004 года. Эти слова я записываю ранней осенью 2017 года. На год хватает одного блокнота.

С годами я трансформировал методы работы с ними. Самая первая запись в первом блокноте была сделана седьмого августа 2004 года. Я купил его в книжном магазине MIT вскоре после переезда в Кембридж, собираясь начать докторскую программу. Соответственно моя первая запись была озаглавлена просто — MIT, и в ней я перечислил несколько тем для будущих проектов. Ранние записи в первом блокноте большей частью сосредоточены на профессиональной деятельности. Кроме того, в нем есть несколько записей, которые я сделал в преддверии работы над моей первой книгой How to Win at College («Как выиграть в университете»), напечатанной в начале 2005 года. Сегодня эти заметки во многом любопытны из-за смешных устаревших культурных отсылок (в одной из них я с грустью написал: «Возьмем урок у [Говарда] Дина — давайте поддерживать друг друга», а в другой — клянусь, что не выдумываю! — я писал о ботинках фирмы UGG и реалити-шоу о семье Оззи Осборна из ранних 2000-х).

Но в начале 2007 года меня стали интересовать темы, отличные от моих профессиональных интересов, и я начал включать в черные блокноты общие размышления и идеи, связанные с моей жизнью. Одна из ранних записей этого периода была озаглавлена: «Пять вещей, на которых нужно сосредоточиться в этом семестре», в другой я высказал свои мысли о «продуктивности чистого листа» — системе организации, с которой я экспериментировал в то время. Осенью 2008 года мой мыслительный процесс претерпел сильные изменения, начавшиеся с записи под названием «Лучше», в которой я расписал видение моей будущей профессиональной и личной жизни. Она заканчивается честной просьбой «принимать лишь собственное мастерство».

В декабре того же года под заголовком «План» я составил список моих жизненных ценностей, разбитых на категории «Отношения», «Добродетели» и «Достоинства». До сих пор помню, как сделал эту запись, сидя на кровати в моей квартире на четвертом этаже дома за площадью Гарвард. Я только что вернулся домой после организации шивы (поминок) для друга, потерявшего родителя, и внезапно почувствовал, что должен определить свои приоритеты. С этой записью я также обрел новую привычку: теперь каждый новый блокнот я открываю списком жизненных ценностей под заголовком «План».

Записи от 2010 года особенно интересны — они заключают в себе зачатки идей, изложенных в моих последних трех книгах: «Хватит мечтать, займись делом! Почему важнее хорошо работать, чем искать хорошую работу»^[23], «В работу с головой»^[24] и книгой, которую вы держите сейчас в руках. Недавно я перечитывал свои записные книжки и поразился развитым идеям на тему опасности страстного планирования карьеры, силы специализированного ремесла в век обобщенного программирования, а также притягательности техноминимализма, который в то время я называл «Простота 2.0».

Мой первый ребенок появился на свет в 2012 году. Не удивительно, что блокнот за 2013-й полон рассуждений и намерений, связанных с отцовством. Моя последняя записная книжка посвящена попыткам распланировать будущее: ведь я уже преподавал и был автором нескольких книг. Возможно, через пару блокнотов я сформулирую новую цель и, судя по опыту, точно достигну ее.

* * *

Мои записные книжки не совсем дневники, поскольку я не пишу в них регулярно. Пролистав их, можно увидеть, насколько непостоянны мои записи: иногда я заполняю двенадцать страниц за одну неделю, а иногда не прикасаюсь несколько месяцев. Особенно однообразным выдался 2006 год — в это время я пытался сосредоточиться на учебе и вообще перестал писать в блокнот.

Эти записные книжки служат мне по-разному: иногда они дают мне возможность обратиться к самому себе во время принятия сложного решения, при смятении чувств или в моменты вдохновения. Во время записей я структурирую свои мысли и часто прихожу к весьма нетривиальным выводам. Я взял за привычку регулярно проверять мои старые записи и, честно говоря, иногда восхищаюсь ходом своих мыслей. Но главные плоды приносит, конечно, сам процесс.

Ранее в данной главе я познакомил вас с определением одиночества, принадлежащим Рэймонду Кифледжу и Майклу Эрвину. Они считают одиночество временем, проведенным наедине с собственными мыслями и вне влияния других сознаний. Письмо самому себе — прекрасный способ достичь именно такого одиночества. Оно не только освобождает вас от внешних влияний, но и выстраивает концептуальное основание, на котором вы можете отсортировать и организовать ваши мысли.

Конечно, я не считаю себя первооткрывателем в этой области. Как утверждают в своей книге Кифледж и Эрвин, Дуайт Эйзенхауэр^[25] писал себе «письма для размышлений» на протяжении всей карьеры, чтобы обдумать таким образом трудные решения и усмирить бурные эмоции. Он был не единственным политиком с такой привычкой. Помните, Авраам Линкольн делал записи на клочках бумаги и прятал их в цилиндре во время своих прогулок. (Первый черновик манифеста об освобождении рабов отчасти состоял из идей, записанных на этих бумажках. Вдохновившись ими, НКО, занимающееся сохранением коттеджа президента Линкольна, запустило программу, которая призывает молодых людей придумывать оригинальные идеи. Она называется «Шляпа Линкольна».)

Надеюсь, я убедил вас писать письма себе в сложных ситуациях. Вы можете записывать мысли в специальном блокноте или на клочках бумаги, как делал Линкольн. Главное — сам процесс. Эта привычка заставит вас погрузиться в состояние продуктивного уединения, защищая от всего отвлекающего внимание и предоставляя возможность обдумать то, что происходит в вашей жизни в данный момент.