История целибата - Элизабет Эбботт

Сэр Исаак Ньютон был либо девственником, либо почти всю жизнь соблюдал целибат. Его единственная сильная любовь осталась нереализованной, и началась она достаточно поздно в его жизни, когда ему было уже прилично за сорок. Его компаньоном стал Фатио де Дюилье, привлекательный двадцатитрехлетний швейцарский математик. Фатио жил в Лондоне, разделял страсть Ньютона к их общей научной дисциплине и отвечал взаимностью на его привязанность. На протяжении шести лет они были неразлучны. Потом Фатио серьезно заболел. Одновременно он был потрясен тревожными новостями о семье и финансовом кризисе в Швейцарии. Какое-то время казалось, что ему придется вернуться домой. От этой мысли Ньютон становился сам не свой и умолял его переехать в Кембридж, откуда получил предложения на работу преподавателем и где мог бы поддержать своего компаньона. По причинам, оставшимся неизвестными, Фатио отклонил его предложение, и в 1693 г. они с Ньютоном разорвали отношения.

Прямым результатом этого было погружение Ньютона в исступленную, бредовую депрессию. Он стал параноидально подозрительным и набрасывался на друзей, обвиняя их в том, что они бросили его и предали. «Сэр, – писал он Джону Локку, – придерживаясь мнения о том, что вы постарались впутать меня в истории с женщинами, а также действовали другими средствами, которые нанесли мне большой ущерб… лучше б вы сдохли». Сэмюэлю Пипсу он направил официальное уведомление об окончании их дружбы. После того как его друзья реагировали на такие выходки по-доброму и с пониманием, он извинялся, возлагая вину за неспровоцированные нападки на бессонницу.

Ньютон пребывал в состоянии глубокой депрессии восемнадцать месяцев. Эмоционально ему удалось оправиться, но творческие научные способности в полном объеме так к нему и не вернулись. Вместо творческой работы он был назначен на Королевский монетный двор – сначала в качестве смотрителя, а потом мастера с высокой зарплатой. Хотя эта должность обычно рассматривалась как синекура, он решил отнестись к своим обязанностям серьезно. Ученый рассматривал себя как сторожевого пса национальной валюты, разыскивал и преследовал фальшивомонетчиков с таким же накалом страсти, с каким раньше относился к Фатио. В результате его стараний часть этих преступников закончили жизнь на виселице. Возможно, они становились жертвами такой же тлевшей в нем ярости, какую раньше он испытывал к некоторым своим друзьям.

До конца жизни Ньютон, видимо, оставался невосприимчивым к любви. Они с Фатио время от времени обменивались письмами, но их отношения больше никогда не достигали былого напряжения. Наш герой был рассеянным человеком, воздержанным в своих привычках. Его аскетизм определялся скорее невнимательностью, чем принципами, он часто бывал голодным и не высыпался просто потому, что забывал есть или спать.

Может быть, его целибат представлял собой сочетание того же типа аскетизма и в прямом смысле слова выгоревшей способности любить. Он встретил Фатио и полюбил его сравнительно поздно и на протяжении шести лет испытывал к молодому математику почти лихорадочную страсть. Когда обстоятельства Фатио изменились и их платонические отношения завершились, Ньютон почувствовал себя настолько несчастным, что жизнь его застопорилась больше чем на год. Восстановление его было лишь частичным; никогда больше он не был в состоянии систематически применять свой могучий разум научного склада к исследовательской работе, что раньше принесло ему такую широкую известность. Вместо этого он стал себя странно вести, задирать коллег, тиранить Королевское научное общество, ссориться с другими учеными. Дожив до глубокой старости – до восьмидесяти четырех лет, он никогда больше не отваживался посягать на дела сердечные. Его всепоглощающая любовь к Фатио разбила ему жизнь и, возможно, ожесточила его сердце до такой степени, что оно навсегда утратило способность любить.