Корсары. Легенда о Черном Капитане - Владимир Лещенко

Но тут все мысли насчет местной коммерции улетучились как будто бы их не было.

Ибо среди уже явившихся на берег вольных добытчиков он увидел Беатрис. Причем не в ее обычном мужском костюме – а в одном из тех платьев что пошили ей в Кюрасао.

Платье, с искусной вышивкой на ткани, ниспадало до изящных туфелек на босу ногу. На голову была надета широкополая женская шляпка – одна из тех, что сейчас лишь вошли в моду в Англии, вытесняя надоевшие чепцы.

При ней не было никакого оружия, кроме дамского зонтика (по крайней мере она не носила его открыто). Но в этом и не было нужны – ибо по правую и левую руку от леди Шарп возвышались два амбала уже знакомых Питеру – Тыква и Боб–а на их поясах было все что полагается приличному пирату.

– Плывет, плывет! – закричал полуголый мальчишка, вертевшийся тут же. И в самом деле, из-за нависших над неширокой речушкой деревьев возникла небольшая индейская лодка.

Скольжение пироги по воде было подобно движению лебедя или иной водоплавающей птицы – спокойно и соразмерно. фигура составляла с ним одно целое. Вела Пирогу, скупо взмахивая веслом, девушка-индианка. Две черных косы, переплетенных синими лентами, свободно свисали вдоль ее тонкого тела. Одета она была в хлопковую кофту без рукавов и юбку с пестрым орнаментом по краю. За ухом девушки был заткнут ярко-малиновый цветок. Лишь потом Питер увидел, точнее обратил внимание на двух пассажиров – худого высокого старика в сомбреро, и немолодой дамы – именно дамой она выглядела по осанке и выражению лица, хотя и была явной краснокожей. В ней чувствовалось что-то общее с юной лодочницей – хотя пожалуй они смотрелись не как мать и дочь – а как тетка и племянница.

Челнок лихо пристал к доскам причала…

– Хорошо швартуется девчонка, – одобрительно произнес кто-то за спиной Питера.

И старик об руку со старшей индианкой шагнул на пристань.

Беатрис присвистнула, кто-то из пиратов – кажется Рыжий Пью пробормотал под нос не то ругательство не то проклятие – вроде того что «Ну и зачем нам эта слепая дохлятина?!

Ибо было ясно, что Тизер Дарби – а это несомненно был он – слеп как крот.

«Н-да – печально подумал Блейк, – еще никогда не прокладывал курс по указаниям слепца!»

– Люди? – встревожено замер вдруг старик? Откуда тут люди? Чужие? Чувствую попахивает корабельным трюмом и горелым порохом? Никак гости у нас в Городе Потерянных Кораблей?

– Да, мистер Дарби, – звонко произнесла Беатрис. Просим прощения что нарушили ваш покой – но на то есть причины…

– И даже женщина? – изумился Дарби, опираясь на руку жены, хранившей полное спокойствие и невозмутимость, сделавшие бы честь любой придворной даме. В таком случае видимо я говорю с дочерью старого Шарпа?

– Вы не ошиблись, мистер Дарби, – не выказав удивление осведомленностью слепца согласилась девушка. – Беатрис Шарп к вашим услугам!

– Не удивляйтесь, леди, моей проницательности – во всем Флибустьерском море есть лишь одна женщина – капитан, – сообщил старик. Как ни далеко от дел грешного мира наш Город Потерянных кораблей, но уж про вас не слышать не могли! Видал я мельком вашего папашу, когда он еще ходил старпомом на «Разящем» у того беглого офицерика… Как бишь его? Каррингтон? Или Ремингтон? Хотя неважно…

Важно то, что я сейчас утомился и хочу передохнуть и поесть с дороги. А сегодня вечером я думаю вы сможете спросить у меня все, что хотите знать. Как насчет того, чтобы встретится за два часа до захода солнца в кабаке старины Рона?

И получив утвердительный ответ слепец и дама удалились. А девушка, все это время стоявшая в челноке и с легкой улыбкой созерцавшая все происходящее, легко оттолкнувшись веслом поплыла против течения… Отгребя фатомов^[26] десять от причала она подняла небольшую мачту, и принялась ставить парус…

– Лихо, – прищурившись бросила по ее адресу Беатрис, направляясь к кабаку где уже собрались пираты, видимо намереваясь отметить успешное возвращение драгоценного старика.

Ну значит увидимся вечером, – сообщила она ни к кому персонально не обращаясь. И предупредите Серебряного и всех кого надо, – сказала она Питеру.

Сочтя разговор законченным, Беатрис удалилась. За ней как две собачонки за великосветской леди семенили Тыква и боцман.

– Нет ребята, – заявил Пью, как хотите, но шарпова дочка – ведьма! Как есть – ведьма! Как она мужиками-то вертит.

Кристофер (и когда успел появиться?) глубоко вздохнул и с деланной улыбкой сказал:

– Парень, ты уже повеселил нашу команду. Хотя и не могу сказать что рассчитывал услышать от тебя что-то умное… Она всего лишь дочка своего отца – и пошла в него больше если уж говорить по чести, чем ее братец. – А лучшего капитана, чем был Шарп не найти.

– Да разве я чего-то говорю?! – изумился Рыжий Пью под смешки своих приятелей.

Наоборот – даже хорошо. Уж если она ведьма, то пока она с нами, мы в полной безопасности, – с важным видом заявил он.

– Хватит болтать! – рявкнул Кристофер, ударив кулаком по столу.

Воцарилась тишина. Наконец кто-то из матросов тихонько рассмеялся, и вскоре уже вся команда дружно хохотала.

– Ведьма она или не ведьма – мне нет до этого дела! – заявил Рыжий, поднимая кружку с вином. – Я выпью за любую прекрасную леди!

Питер улыбнулся вместе с всеми, подошел к бочонку и тоже зачерпнул вина.

Уже уходя он вдруг заметил небольшой листок бумаги – откуда бы здесь взяться бумаге?

Подняв его он различил выписанные мелким бисерным женским почерком строки стихотворения-рондо. Последние две строчки – а может просто оборванные на полуслове…