Антарктида. Четвертый рейх - Богдан Сушинский

«А ведь только такого склада характера хозяйка виллы здесь и нужна! — согласился с выбором руководства СС фон Готт. — Эта церемониться с романтиками плит и всевозможными "Стражами Земли" не станет. Как и засматриваться на "летающие диски". Истинная рейх-арийка, черти б ее побрали, особый сорт женщины, предвестница новой расы».

Когда Готт и Криффер въезжали в Анданачи, центральная улица которого вливалась в столичное шоссе, их ждала полицейская машина с тремя местными блюстителями закона.

Увидев рядом с водителем Норманнию, капитан Баррас, стоявший у передка своей машины, демонстративно перевел взгляд на вершину ближайшего хребта, а двое других полицейских тотчас же последовали его примеру.

— Не иначе как у капитана был приказ задержать нас. Согласны с таким предположением, барон? — молвила фон Криффер, все еще держа руку в открытой сумочке, в которой лежал пистолет.

Это были первые слова, которые она произнесла с тех пор, как они оставили виллу «Андское Гнездовье». До сих пор она оставалась не то чтобы мрачной или удрученной, а какой-то отстраненной от всего происходящего на склонах этих гор.

Эльза буквально задавила Норманнию своей неукротимой воинственностью и наглостью, так что только теперь графиня фон Криффер постепенно приходила в себя; только теперь к ней возвращалась былая уверенность.

— Столкнувшись с Эльзой, капитан Баррас будет вспоминать о вас, Норманния, как об ангеле во плоти, — рассмеялся фон Готт.

— Признайтесь, что она привела вас в восторг, барон.

— Ну, я бы не назвал это восторгом, — непростительно замялся фон Готт.

— Именно поэтому об Эльзе у нас будет отдельный разговор, правда? — не смогла скрыть своей ревности и простить своего поражения фон Криффер.

* * *

Это был тот же гидросамолет, который доставлял их в свое время из антарктического плато под горой Борг в Уругвай, на секретную германскую базу в Пунта-дель-Эсте. И посадили их в тот же маленький салон, в котором не было ни одного иллюминатора.

Да, здесь стояли, расположенные полукругом, три кресла, а перед ними находилось некое подобие окаймленного белым мрамором камина. Однако отсутствие иллюминаторов создавало эффект слишком ограниченного, замкнутого пространства, в котором Норманния чувствовала себя неуютно, поскольку оно вызывало неосознанную тревогу.

«С какой же быстротой летит этот самолет, если не прошло и часа, как мы перенеслись из далекой Антарктиды в Уругвай?» — недоумевала во время прошлого полета Норманния, когда их самолет приземлился на каком-то озере посреди сельвы.

Она не знала о существовании Страны атлантов и их дисколетов, поэтому не могла, как это сделал фон Готт, предположить, что после того, как самолет поднялся в воздух, его втянул в свое чрево один из дисков и быстро перенес к побережью Южной Америки. А затем, освобожденный атлантами, самолет «Бог знает, откуда» появился в воздушном пространстве Уругвая.

Готта и его спутницу потому и размещали в салоне без иллюминаторов, чтобы они не поняли, что же на самом деле происходит с их самолетом. И теперь, во время их возвращения в Антарктику, все должно было повториться. Единственной особенностью второго полета стало то, что, едва самолет поднялся в воздух, как Теодор и Норманния погрузились в глубокий сон, из видений которого они вырвались только тогда, когда пилот посадил свою машину на плато у горы Борг.

Это был странный сон, во время которого барон спускался в глубокие подземелья, ангелом проносился по каким-то бесконечным туннелям, чтобы затем предстать перед настоящим подземным раем — с залитыми ярким сиянием невидимого солнца долинами, с озером у подножия лазурного водопада и с огромной золотой пирамидой, возвышающейся между четырьмя пирамидальными холмами, над каждым из которых парил летающий диск. А вокруг — украшенные массивными колоннами и лепниной здания некоего города, возведенные в эллинском стиле.

— Как вам спалось, графиня? — спросил он сразу же, как только полусон-полуявь был развеян голосом пилота, объявившего, что самолет идет на посадку.

— Странные какие-то видения. Я оказалась в обществе каких-то двух дам в серебристых комбинезонах, пытавшихся устроить мне экскурсию то ли по какой-то иной планете, то ли по настоящему раю.

«Значит, атланты устроили нам нечто похожее на просмотр своей кинохроники, — понял фон Готт. — Причем у каждого из нас был свой фильм».

— А что снилось вам, Полярный Барон?

— То же, что и всегда: женщины, только без комбинезонов, вообще без одежды, по облику и поведению своему напоминающие Эльзу Менц, изысканные ласки. И ощущение, не скрою, тоже было райским, — отшутился он.

— Вы неисправимы, барон, — вздохнула фор Криффер. — А вот сон действительно необычный: во-первых, слишком уж явственный, а во-вторых, у меня такое впечатление, словно мне показали наше будущее.

Как только Теодор и Норманния вышли из самолета, тот сразу же сделал короткий разгон, почти вертикально взмыл метров на сто в высоту и на месте, как бы вокруг своей оси, развернувшись, умчался куда-то в глубины Антарктиды. Стоило ли удивляться, что, вместо того чтобы радостно приветствовать прибывших, командир гидропилотов гауптштурмфюрер СС Эрих Крозетт и пилот Ансен с удивлением смотрели вслед самолету, летные характеристики которого казались им слишком уж необычными.

— Нам бы такую технику, а, господа?! — восхищенно проговорил опытный полярный летчик Ансен, продолжавший всматриваться в ледяное пространство поднебесья даже после того, как самолет исчез из виду. — Представляю, как взвыли бы англичане, увидев такие машины в бою.

— А действительно, почему бы этим антарктидникам не поделиться с нами своей техникой? — поддержал его Крозетт.

— Не поделятся, — покачал головой фон Готт. — Заставят самих прийти к такому уровню боевых машин. И напоминаю, — властно проговорил он, — что ни о каких антарктидниках вы ничего здесь, в небе Антарктиды, не слышали и никакой, показавшейся вам странной, техники не видели. А теперь — в пилотскую кабину, и продемонстрируйте все, на что способны вы, бессмертные асы рейха.

Когда Ансен и Норманния уже находились в гидроплане, барон попридержал Крозетта за рукав и отвел чуть в сторону от трапа.

— Сколько всего полетов было совершено над Антарктидой? — спросил у Эриха.

— Четырнадцать. Завтра последний вылет — и «Швабенланд» берет курс на Германию.

— Это приказ из рейха?

— Скорее разрешение. У нас исчерпываются запасы. А вы? Как у вас сложилось? Кстати, Норманния успела сообщить, что теперь вы уже капитан цур зее.

— Сейчас речь не обо мне, — нервно прервал его фон Готт. — Что-то интересное, необычное во время этих ваших облетов территории не обнаруживалось?

— Два климатических оазиса, которые могут свидетельствовать, что под ними расположены какие-то источники тепла: вулканы, термальные родники или озера.