Национализация рубля. Путь к свободе России - Николай Стариков

В жизни Литвинова в 1916 году наступает радостная перемена. В Лондоне он женится на Айви Лоу — молодой английской писательнице. Забегая вперед, скажем, что супруга Литвинова никогда от английского подданства не отказывалась. Что это значит? Это значит, что…

С 1930 по 1939 год министром иностранных дел Иосифа Виссарионовича Сталина был Максим Литвинов, женатый на англичанке. Одно из двух — либо Литвинов был на каком-то очень особом положении у Сталина, либо никаких репрессий в сталинском СССР не происходило. Не было ни 1937 года, ни двух последующих, когда маршалов и членов ЦК расстреливали как иностранных шпионов и заговорщиков. Но мы знаем, что репрессии были. Это факт. Почему, как и зачем — это отдельный разговор, находящийся за рамками данной книги. А вот тот факт, что Литвинов, имея жену англичанку и нелюбовь к себе Сталина, от репрессий никак не пострадал — очень примечателен.

Но к взаимоотношениям Сталина и Литвинова мы обратимся чуть позже. Сейчас же вернемся в Лондон. Так и жил себе Максим Максимович в британской столице, когда 3 января 1918 года узнал из передачи Петроградского радио, что он назначен полномочным представителем Советской России в Англии. Это был прекрасный и умный ход Ленина. Помните, как писал вождь пролетарской революции: «Транспорт будет, пока есть Папаша»? Владимир Ильич назначил послом в Лондон того, кто прожил здесь десять лет. Кто имел связи во властных структурах и спецслужбах. Кому есть о чем поговорить с «английскими друзьями». Литвинов назначен послом. Но кто его назначил? Узурпатор власти Ленин, который расстрелял демократически избранное Учредительное собрание в том же январе 1918 года. Если Англия дорожит принципами свободы и демократии, она не должна признавать ленинское правительство, а посла-самозванца просто обязана выслать из Великобритании. Ведь в Лондоне есть законный посол России — тот самый «жалобщик», кадет Набоков. Что же делают британцы? Принимают ноту о назначении Литвинова, но министр иностранных дел его самого не принимает. Для связи с ним назначают специального дипломата. В Лондоне получается как бы два русских посольства. Нет, даже три. Есть еще царский генеральный консул и царская военно-закупочная комиссия. Так вот, Литвинов пишет в Банк Англии и требует ареста денег, лежащих там и принадлежащих царскому посольству и миссии. Знающие, кто такой Литвинов и что такое Банк Англии, удивляться не будут: на деньги накладывается арест, А самого Литвинова приглашают на официальные приемы. Вместо изоляции или высылки происходит следующее: газеты наперебой печатают с ним интервью. Но 30 августа 1918 года медовый месяц Ленина и англичан заканчивается. Эсеры стреляют в Ильича и убивают в Петрограде главу ЧК Соломона Урицкого.[416]В ответ большевики врываются в британское консульство в Петрограде с обыском. Раскрыт заговор.[417]В истории его назовут «Заговор послов». А посол Британии Брюс Локкарт 1 сентября 1918 года арестован. В ответ англичане сажают в тюрьму советского посла, На камере, где сидит Литвинов, висит весьма примечательная табличка: «Гость Его Величества».[418]

Но сидит наш герой недолго — через десять дней его выпускают. Лондон и Москва соглашаются обменять арестованных дипломатов. Максим Максимович оказывается в России. Но отдыхать ему некогда — его ждут важнейшие дела. Это опять деньги. И еще бриллианты. Большевики начинают отдавать банкирскому закулисью деньги, полученные на революцию в России. Путь отдачи лежит через Скандинавию.[419]Вот Литвинов и едет в Копенгаген. Его задача — обеспечить быстрый вывоз из России массы золота и драгоценностей. Предлогом для вывода средств является покупка Москвой тысячи паровозов в Швеции. Денег вывезли в несколько раз больше, чем стоила купленная техника. По сути, большевики отправили в Швецию четверть золотого запаса страны![420]

«Паровозы нужны были как воздух. И за них надо было заплатить золотом. Переправку этого золота в Швецию и должен был организовать Литвинов. Вся операция проходила в строжайшей тайне. О ней не знал никто, кроме узкого круга людей, которым верил Литвинов, как самому себе. И когда все было подсчитано, пересчитано и еще раз проверено, в назначенный день золото в ящиках было погружено на пароход и отправлено в Швецию. А потом Литвинов отправлял золото во Францию, Швейцарию и другие страны».[421]

Справедливости ради скажем, что не один Литвинов вывозил русское золото за рубеж. Не один только посланец английских спецслужб и банкирского закулисья появился в новой Советской России. Их было много. Работа и впрямь предстояла гигантская — быстро и эффективно вывезти из России ценности и прибрать к рукам все ее природные ресурсы. К большевистскому руководству «вдрут» зачастили странные визитеры. Расскажем лишь об одном. Его имя — Себальд Рутгерс. Социал-демократ, инженер, работал в голландской Ост-Индии (Индонезии) директором управления строительства дорог и мостов. В 1915–1918 годах работал в Нью-Йорке представителем Голландско-Индийской железнодорожной компании. 23 сентября 1918 года этот голландец неожиданно пришел «в гости» к Якову Свердлову. Не сиделось Себальду Рутгерсу в Нью-Йорке. Решил он ехать строить новое общество. Во время Гражданской и Первой мировой войны. Через всю Сибирь и всю Россию, охваченную смутой, приехал голландец в Москву. Вы в это верите? «Рутгерса и его спутников задерживают как подозрительных людей то мятежные чехословаки, то самарские учредиловцы, то красногвардейские отряды… И вот Рутгерс в кабинете председателя ВЦИКа… просит только об одном — пусть Советская республика использует его опыт гидростроителя».[422]

Представьте себе — Гражданская война, Красный террор объявили три недели назад, Ленин еще в бинтах после покушения «Фанни Каплан».[423]А к вам через всю Сибирь приехал товарищ Себальд Рутгерс. В кармане у него письма от американских и японских социал-демократов. Просит использовать его опыт. Что вы на месте Свердлова сделаете? А вот Яков Михайлович Свердлов с ходу назначил «пришельца» первым советским Генеральным инспектором водных путей. Мелочь? Водные пути — это мосты и плотины. Стратегическая инфраструктура. «Направляю к вам т. Рутгерса, нашего хорошего товарища, — пишет в сопроводительной записке Свердлов. — Предоставьте ему полную возможность подробно ознакомиться с деятельностью Комитета государственных сооружений».[424]Не будем считать Свердлова, имевшего связи с мировым закулисьем, недоумком. Он прекрасно понимал, кто к нему пришел. В нацистской Германии любой разведчик будет ярым нацистом, в Советской России наденет личину коммуниста — это всего лишь мимикрия и дань обстоятельствам. Способ выполнить свое задание. Об этом говорит вся дальнейшая судьба Себальда Рутгерса. Этот «инженер» совсем недолго занимался сбором стратегической информации и «инспекцией» водных путей России.