Имя, ставшее эпохой. Нурсултан Назарбаев: новое прочтение биографии - Николай Зенькович

Древнее изречение «Платон мне друг, но истина дороже» в сегодняшней повседневной жизни все чаще заменяется лаконичным: «Ничего личного». Но смысл от этой замены не сильно меняется.

О взаимоотношениях Председателя Совета Министров Нурсултана Назарбаева и первого секретаря ЦК Компартии Казахстана Динмухамеда Ахмедовича Кунаева сказано-пересказано, писано-переписано. Иной раз трудно отделить зерна от плевел, понять, где правда, а где вымысел.

Было время, когда первого в Казахстане члена Политбюро ЦК КПСС подвергали жесткому остракизму, обвиняли во многих неблаговидных делах. Чего ему только не инкриминировали! В годы горбачевской перестройки его «назначили» одним из столпов брежневского «застоя», виновником клановости и коррупции в Казахстане.

Но, как справедливо сказал поэт, «большое видится на расстоянии», и образ Кунаева сегодня предстает в совершенно ином свете. Конечно, аскетом он не был, но в целом к его памяти в Казахстане относятся с уважением, ценят то, что он сделал для республики, пользуясь расположением Брежнева.

Безусловно, к выдвижению и дальнейшему продвижению Назарбаева он имел отношение. А как иначе? По-иному и быть не могло. Двадцать два года первым секретарем ЦК, двадцать один год – кандидатом в члены и членом Политбюро ЦК КПСС, семь лет – председателем правительства республики что-то да значат. И самое главное – личная дружба с Брежневым, благодаря чему выходил прямо на него для решения вопросов Казахстана и, как правило, отказа не получал. Имел также добрые и старые связи с К. У. Черненко, Д. Ф. Устиновым, М. А. Сусловым, А. А. Громыко, А. П. Кириленко. Они тоже ни в чем не отказывали руководителю крупнейшей союзной республики.

Надо ли после этого доказывать, что Динмухамед Ахмедович был самым влиятельным человеком в Казахстане. Без его одобрения не производилось ни одно кадровое назначение. Он внимательно присматривался к перспективным работникам. Конечно же, запомнил и молодого горнового Назарбаева, принимавшего участие в выплавке первого казахстанского чугуна.

На всех ответственных должностях, которые занимал Нурсултан Абишевич, особенно когда он переехал в Алма-Ату и общение с ним стало каждодневным, Кунаев убеждался, что это энергичный, требовательный не только к подчиненным, но и в первую очередь к самому себе человек. Поэтому, когда встал вопрос о кандидатуре на пост главы правительства республики, остановил свой выбор именно на нем.

Поначалу все шло гладко. Хотя новый председатель Совмина и сам обладал немалым управленческим опытом и неплохо знал положение дел в республике, все же не чурался поучиться кое-чему у старшего товарища. А потом… потом случилось нечто, похожее на высказывание бравого солдата Швейка: «Наступление развивалось успешно, но затем вмешался Генштаб».

В роли Генштаба в случае с Назарбаевым и Кунаевым выступил… Горбачев.

Долгожители ЦК рассказывали мне: когда Горбачева избрали секретарем ЦК по сельскому хозяйству, Кунаев долго не признавал его. Говорил о нем в третьем лице: «этот молодой человек», не заходил к нему, бывая в Москве, и не звонил. Для решения вопросов Казахстана выходил прямо на Брежнева. Безусловно, Горбачева, недавно появившегося в Москве, задевало невнимание со стороны влиятельнейшего члена Политбюро.

С первым секретарем ЦК Компартии Казахстана Д. А. Кунаевым

Отчего между ними возникла неприязнь? Раньше их пути не пересекались, они даже не были знакомы. Все началось с внезапной смерти в июле 1978 года секретаря ЦК КПСС Федора Давыдовича Кулакова, курировавшего вопросы сельского хозяйства. Открылась вакансия, и на нее, по предложению Брежнева, был избран первый секретарь Ставропольского крайкома партии Михаил Горбачев.