ФБР. Правдивая история - Тим Вейнер

Сотрудников СРС называли еще хуже — предателями и изменниками. Отчаянно пытаясь «завоевать доверие пронацистски настроенных людей и получить информацию из их рядов, они занимались деятельностью и вступали в связи, чрезвычайно сомнительные и подозрительные с точки зрения местных чиновников Госдепа, представителей армии и военно-морского флота, — сообщает тайная летопись ФБР. — Многие агенты оказались на подозрении у англичан — некоторые обоснованно, а некоторые, очевидно, благодаря исключительно тому факту, что англичане подозревали их в том, что они представители Бюро, и хотели разоблачить их, поставив в неловкое положение».

На протяжении всей жизни у Гувера было правило: не ставить Бюро в неловкое положение. Ему приходилось исправлять дурную репутацию и низкий статус ФБР за границей. Его доверенное лицо в Госдепартаменте помощник госсекретаря Адольф А. Берли предложил оригинальное решение.

В американских посольствах стран Западного полушария стала появляться новая должность — «атташе по юридическим вопросам». Как у военного и военно-морского атташе, у человека, занимавшего эту должность, имелся дипломатический статус с соответствующим рангом, привилегии и защита, предоставляемая посольством. От атташе по юридическим вопросам требовалось, чтобы он информировал посла Соединенных Штатов о том, что ФБР делает в стране, где находится посольство. Ему было приказано, по возможности, работать согласованно со своими армейским и военно-морским коллегами. Теоретически он был «ответственным официальным лицом США по вопросам тайной разведки, особенно в области подрывной деятельности», как гласит история ФБР.

Введение должности атташе по юридическим вопросам спасло разведывательную службу ФБР за рубежом.

По приказу Гувера такие атташе должны были завязывать дружеские отношения с руководителями полиции и министрами внутренних дел стран Латинской Америки. Угощать вином, обедом и иногда давать взятку начальнику полиции — предпочтительно тайной — было гораздо более эффективным способом сбора информации разведывательного характера, чем выдавать себя за вне штатных корреспондентов какого-нибудь журнала и продавцов мыла.

Программы взаимодействия, созданные атташе по юридическим вопросам, стали передним краем политики добрососедских отношений Франклина Делано Рузвельта во время войны. Они росли с огромной скоростью, движимые притоком денег из Америки, властью и авторитетом американских посольств в странах Латинской Америки. Атташе по юридическим вопросам и послы убеждали политически нестабильных президентов латиноамериканских стран, что будет разумно иметь для защиты человека из ФБР в качестве платного советника по безопасности. Советник, разумеется, служил на два фронта как шпион.

С лета 1943 года посредники ФБР сделали «возможным получать почти любую помощь в расследовании и информацию от полиции практически в любой стране Латинской Америки», — гласит тайная история ФБР. Начальники полиции и министры внутренних дел — некоторые из них были теперь на жалованье в ФБР — обеспечивали людям Гувера доступ к разведывательной информации из почтовых отделений, телефонных и телеграфных сетей, воздушных и мореходных компаний, таможни и разнообразных правительственных учреждений, «включая во многих случаях президентский дворец».

У каждого начальника полиции и президента латиноамериканской страны было с Гувером нечто общее — пусть даже одна общая черта — антикоммунизм. Союзы, заключенные атташе по юридическим вопросам во время Второй мировой войны, существовали до тех пор, пока в Латинской Америке оставались «левые», с которыми нужно было бороться.

К лету 1943 года шпионская деятельность Германии в Западном полушарии уже затухала. Опасность вторжения со стороны стран оси исчезала. По мере того как в войне с Гитлером стал намечаться перелом, руководители Америки начали рисовать себе картину мира после войны.

Гувер и горсточка мысливших как он людей в Вашингтоне заглянули за горизонт и увидели Сталина и Красную армию, марширующую на Запад. Они поняли, что их борьба не закончится, когда фашизм будет повержен, что война с коммунизмом будет продолжаться.

Но в этот момент авторитету Гувера был брошен самый серьезный вызов: сможет ли он вести эту войну.