ФБР. Правдивая история - Тим Вейнер

«Превратилась в сталь в ожидании падения»

Посол США в Кении Пруденс Бушнелл помнила все, что случилось, когда 7 августа 1998 года в Найроби взорвалась бомба.

«Я подумала, что здание обрушится и я упаду вниз со всех этих этажей, и каждая клеточка моего тела превратилась в сталь в ожидании падения»[633], — сказала она.

Она была вся в крови, но была ли это ее кровь или кровь других людей, она не могла сказать. «Я увидела обугленные останки того, что когда-то было человеческим существом, — вспоминала она. — Я увидела, что задняя часть здания полностью уничтожена, и поняла, что никто обо мне не позаботится».

Двое мужчин в небольшом грузовом автомобиле, нагруженном тонной взрывчатки, подъехали ко входу в посольскую подземную парковку, как учил бен Ладен Али Мохаммеда четыре года назад. Взрыв разрушил здание посольства от фасада до задней стены и снес коммерческое офисное здание по соседству. Погибли 12 американцев и 212 кенийцев. Почти 5 тысяч человек получили ранения, многие ослепли и были покалечены разлетевшимся стеклом.

Посол знала, что в Найроби существует ячейка «Аль-Каиды», и она сильно подозревала, что бен Ладен хочет напасть на ее посольство. «В Вашингтоне мне сказали, что мы хотим прекратить его деятельность, что мне показалось вполне разумным»[634], — сказала она. Затем в посольство вошел египтянин и сообщил офицеру ЦРУ, что здание будет взорвано. «Меня уверили, что этот человек делал так уже несколько раз в других посольствах стран Африки, — сказала посол. — Его считали придурком». Но это было не так. Этот человек был одним из тех, кто устроил взрыв в посольстве США в Дар-эс-Саламе — столице Танзании, произошедший через несколько минут после взрыва в Найроби; в этом случае погибли одиннадцать человек и были ранены восемьдесят пять.

Первая волна агентов ФБР — боле 250 человек — начала прибывать в Найроби ночью. В конечном счете Бюро ввело в действие около 900 человек, которые работали по взрывам в посольствах США в Восточной Африке. Это было самое крупное зарубежное расследование в его истории.

Посол Бушнелл не хотела, чтобы они появились как оккупационная армия. Она провела «жесткие переговоры относительно того, прибудут они с оружием или без», и убедила особого агента, ответственного за прибывающих людей, Шейлу У. Хоран — одну из первых женщин, получивших власть в ФБР, — заставить агентов носить повседневную одежду, не носить личное оружие напоказ и работать вместе с кенийской полицией. «Именно кенийцы стучали в двери, но никого это не одурачило, — сказала посол. — Меньше всего я хотела разбираться с ложью о том, как с людьми обращаются полиция и ФБР».

Первым, кто признался, был Мохаммед Одех — палестинец, рожденный в Саудовской Аравии, выросший в Иордании и получивший образование на Филиппинах. Он был арестован иммиграционной полицией в международном аэропорту Карачи, Пакистан; при нем был грубо подделанный паспорт, а на теле — следы взрывчатых веществ. Потребовалась неделя, чтобы он был возвращен в Кению и допрошен сотрудниками ФБР. К тому времени полиция уже обыскала его жилье в Найроби, где были найдены наброски местности вокруг посольства США, а также бухгалтерские книги на оружие и военное обучение.

15 августа Одех сидел в полицейском управлении в Найроби вместе с агентом ФБР Джоном Антисевом — тем же самым агентом, который занимался тайным расследованием первого взрыва во Всемирном торговом центре. Подозреваемый рассказал историю своей жизни. Он дал клятву верности бен Ладену и «Аль-Каиде» пять лет назад в Пешаваре, Пакистан. Несколько месяцев он занимался организацией взрыва в Найроби.

«Он утверждал, что причина, по которой он разговаривает с нами сейчас, состоит в том, что люди, с которыми он был заодно, все время оказывали на него давление, и теперь их нет, а он здесь, и перед ним стоят серьезные проблемы», — рассказывал Антисев. Одех думал, что этот взрыв был «большой ошибкой. Ему не понравилось, что было убито так много гражданских лиц и кенийцев. Он сказал, что взрыв башен Кобар был в сто раз лучше и что человек, который сидел за рулем грузовика со взрывчаткой, должен был бы врезаться на нем в здание или погибнуть при такой попытке»[635].

Вскоре стало ясно, что Одех осуждает своего сообщника — второго человека, который признался.

Мохаммед аль-Аухали ехал в грузовике, который уничтожил посольство. Он запаниковал в последний момент. Когда кенийский охранник отказался поднять деревянный шлагбаум у въезда на автостоянку, аль-Аухали выпрыгнул из грузовика, бросил свето-шумовую гранату и убежал. Получив серьезное ранение при взрыве, он остановился в отеле, а затем отправился в больницу. Служащий отеля сообщил об этом кенийской полиции. Полицейские нашли его в больнице, обыскали, нашли в его брюках подробную копию плана взрыва и арестовали его.

«Он хотел все рассказать о себе с начала до конца»[636], — сказал агент ФБР Стив Годен, который начал слушать признание подозреваемого в заполненном людьми полицейском участке Найроби, и это продолжалось в течение следующей недели. Годен был в отпуске на побережье Нью-Джерси, когда его вызвали в Найроби. До этого он никогда еще не работал по делу о международном терроризме. На протяжении следующих пяти лет он не будет работать ни по каким другим делам.

Аль-Аухали был богатым саудовцем в возрасте 21 года; он родился в Ливерпуле, Англия, изучил не только Коран и религиозные законы шариата, но и историю, и политическую науку. Два года назад он ушел из семьи и присоединился к джихаду в Афганистане. «Он несколько раз встречался с господином бен Ладеном и проявлял свой интерес к заданиям, которые он хотел бы выполнить, — сказал агент ФБР. — Бен Ладен сказал ему: «Не спеши. Со временем будет тебе задание».

Допрашивающий углубился в планы и цели «Аль-Каиды». «Аль-Аухали объяснил мне, что Усама бен Ладен стоит на самой верхушке «Аль-Каиды», но непосредственно в его подчинении есть несколько старших военных чинов, что бен Ладен ставит политические цели перед этими военными, — сказал Годен. — А эти люди дают указания своим подчиненным». Тем летом аль-Аухали узнал, что его задача — стать подрывником-смертником.

«Было несколько причин, почему было выбрано посольство в Найроби, — рассказал аль-Аухали Годену. — Во-первых, в посольстве США в Найроби было много американцев; посол была женщиной, и если бы в результате взрыва она погибла, это способствовало бы распространению информации о взрыве. В посольстве также находились несколько христианских миссионеров. И наконец, это была легкая мишень».