Вольный князь - Владимир Матвеев

Партат осторожно приставил к стене лестницу, по которой все очень скоро забрались наверх, включая Сая. Ночной Резен был наполнен всевозможными звуками: от пьяного крика веселящихся лиходеев и их жертв до ора котов, которые уже стали выбираться на крыши, чувствуя близкий приход очень длинного периода тепла. Поэтому звук упавшей в основание стены лестницы был лишь кратким фрагментом в общей какофонии.

– Убивать пока никого не будем, – чуть слышно проговорил Призрак, бесшумно скользя по каменной лестнице, что вела на стену изнутри. – Мне нужно узнать количество оставшихся в замке гвардейцев. Может, и договоримся.

Внутренний двор герцогского замка по своей площади был меньше, чем территория Логова, еще до того, как ее объединили с владениями «даргасского паука» – графа Генберга. Да и сам замок своими размерами не впечатлял. Видимо, Сай все же был прав – в свое время это здание было всего лишь местом присутствия наместника. И лишь потом, после раздела королевства, стал дворцом правителей, которые не стали утруждать себя тем, чтобы хоть как-то изменить его. Вообще вся история герцогства и его столицы в частности теперь виделась совсем не так, как в свое время ему рассказывал Хальд. Хотя это и не имело значения в настоящий момент. Возможно, в скором времени историю этих земель начнут писать заново.

Массивные двери центрального входа были заперты изнутри, поэтому незваные ночные гости пошли по периметру дворца, периодически заглядывая в щели закрытых ставен. Внутри было на удивление тихо и темно. Лишь иногда слышались отголоски далекого разговора и дрожащие отблески света: видимо, воины с факелами обходили помещения здания. Призрак уже стал подумывать о том, чтобы начать искать другие пути проникновения в замок, когда они вышли к тыльной его стороне и увидели фигуру гвардейца, что в падающем из раскрытой двери свете справлял свою малую нужду, не сходя с небольшого крыльца.

Чуть пошатывающийся воин, орошая ближайшую стену и что-то бормоча себе под нос, с удивлением заметил, что у его рук, поддерживающих хозяйство, вдруг появился неожиданный помощник. Однако осознав, ЧТО представляет собой этот помощник, гвардеец опустил руки вдоль тела и замер деревянным истуканом, опасаясь даже вздохнуть лишний раз.

– На сапоги льешь, – усмехнулась Тахере, державшая обнаженный кинжал у мошонки воина.

– Да я все уже вроде, – наконец выдавил тот из себя. – А вы кто?

– Прохожие, – в полоске света появился Атей. – Сколько внутри воинов?

– Почти три десятка, – вглядываясь в черные глаза, блестевшие в прорезях личины, выдавил из себя гвардеец.

– Герцог в замке?

– Какой герцог? – опешил воин.

– Завязывай порты и веди к старшему, – сказал Атей, поняв, что обстановка во дворце еще непонятнее, чем он мог предполагать. – У вас ведь есть какой-нибудь командир?

Гвардеец кивнул, подождал, пока его тело перестанет ощущать холодную сталь кинжала, и быстро завязал тесемки штанов. Потом осторожно повернулся и пошел внутрь здания, прихватив по дороге торчащий в держателе на стене факел.

– Только не надо кричать, – предупредила его девушка, легко кольнув в шею острием вытащенного взамен кинжала «клыка».

Но воин даже и не помышлял об этом. Пройдя через дворцовую кухню и еще пару помещений, они скоро вышли в длинный коридор, который закончился перед распахнутыми дверями, ведущими в большой зал с высоким сводчатым потолком. Воткнутые в держатели факелы и горящие в огромном камине дрова давали достаточно света для того, чтобы рассмотреть не только его убранство, но и разместившихся здесь постояльцев.

Как оказалось, убранства как такового уже не было, везде царила разруха. Некогда красочные, расшитые золотыми и серебряными нитями, гобелены и портьеры были или просто сорваны, и использовались теперь как подстилки спящими тут и там воинами. Или продолжали лоскутами висеть на своих старых местах, превратившись в расходный материал, от которого каждый желающий мог оторвать себе кусок для своих нужд. Дрова в камине при ближайшем рассмотрении оказались разбитой мебелью. А обмоткой для чадящих факелов были все те же портьеры и гобелены, пропитанные маслом.

В центре зала стоял длинный широкий стол, за которым, уронив головы на столешницу, спали несколько гвардейцев (видно, не все дошли до своих лежанок), а во главе, уставившись мутным взглядом в одну точку, сидел крепкий мужчина, лицо которого покрывала недельная щетина.

– Ну, наконец-то, – усмехнувшись, вдруг сказал он, фокусируя свой взгляд на входящих и пытаясь встать и одновременно вытащить меч из ножен, что лежал на столе. Но и то и другое у него получалось очень плохо, если не сказать больше. – Осталось только подохнуть, как воину. И жизнь прожита не зря.

Встать у него не получилось, как и вытащить меч. Гвардеец откинулся на спинку своего стула и совсем не весело улыбнулся.

– Видать не суждено. Эй вы, – крикнул он в сторону Призрака. – Будьте людьми, убейте быстро и сталью.

– Они что, пьяны все? – изумилась Тахере.

– А ты еще не поняла? – удивленно посмотрел на нее Атей. – Да в зале так вином и перегаром несет, что скоро у самого голова кружиться будет. Это и есть ваш старший? – повернулся он к провожатому.

– Он, – кивнул тот. – Курт Молодец, наш капрал.

– Ты посиди пока тихонько, – кивнул в сторону стола Призрак. – И не шали. Все равно бесполезно. Вас сейчас и кучка голопузой ребятни могла бы вырезать.

Перешагивая через спящие тела, князь подошел к капралу.

– Ты так торопишься умереть, воин? – присаживаясь рядом, спросил он. Курт окинул взглядом фигуру Атея и утвердительно сказал:

– Ты не бандит.

– Значит, ты все же не настолько пьян, чтобы наш разговор переносить на более поздний срок, – улыбнулся Призрак, обрадованный этим фактом, и стал снимать личину.

– И я даже знаю, кто ты, – увидев подходящего к Атею Сая, сказал капрал. – Князь Сайшат собственной персоной. Видно, слухи все же не врут.

Гвардеец облегченно вздохнул и отпустил рукоять меча, которую еще продолжал сжимать в своей ладони.

– Какими судьбами, ваша светлость? – с ухмылкой произнес Курт. – Решили быть первым претендентом на трон умирающего герцогства?

– А герцогство разве еще живет? – не скрывая сарказма, спросил Призрак.

– Ты прав, князь, – захохотал гвардеец. – От него даже пованивать стало.

Собрав силы, он дотянулся до кубка на столе и влил в себя его содержимое.

– Спрашивай, Атей Призрак, – сказал он, став серьезным. – Если ты сразу нас всех не перерезал, хотя и мог, значит, не такой уж ты и Безжалостный, как некоторые о тебе говорят. И не смотри, что я пьян. Это руки с ногами меня не слушаются, а мозги еще работают.

– Где герцог? – задал вопрос князь.

– Надеюсь, хургам прислуживает в их владениях, – зло сплюнул тягучую слюну воин.