Черная война - Александр Конторович

– Разрешите?

– Да, пожалуйста. Вам кого?

– Аскерова.

– Это я, присаживайтесь. Если не ошибаюсь, вы Котов?

– Он самый. Какие ко мне вопросы есть?

Парень молодой, лет двадцати пяти. Раньше я его не видел. Да на этот этаж вовсе и не заходил, ни к чему было. Вытащив из стола бланк, он стал его заполнять.

– Паспорт у вас с собой?

– Да.

– Покажите, пожалуйста. Мне бы ваши данные для протокола записать.

– Да ради бога! Пишите.

– Спасибо. Ага, так. Скажите, пожалуйста, вам знаком гражданин Гвоздев?

– Это кто еще такой?

– А гражданин Макаренко? Хлобыстов? Никитенко? Ананьев? Гавриленко?

– Да не знаю я таких. Может, и видел когда, так я ж не у всех встречных документы смотрю. Да и не мое это дело.

– Угу. Так и запишем. Указанные граждане мне незнакомы.

– А что стряслось-то?

– К нам поступило заявление от указанных граждан. Они пишут, что вы, Александр Сергеевич, угрожали им огнестрельным оружием. И даже стреляли в них.

– Что за ерунда? В кого это я стрелял? И когда?

– Ознакомьтесь. – И он протянул мне несколько листов бумаги.

– Так… ехали домой… не уступили дорогу… был пьян… угрожал, надо же! Зеркало разбил и стекло прострелил? Это когда же это было-то? Они, чай, не с шашлыков с водочкой ехали? Автоматом грозил? Ну, это вообще полный бред!

«А ведь это тутошние отморозки с бейсбольными битами! Зеркало я им точно снес, а вот про стекло врут. Не было такого. Что же вдруг случилось, мы же вполне мирно расстались? Да и не похоже это на местную шпану. Они что, с моим депутатом бодаться решили? Ну, не совсем же они бараны-то? Значит, надавили на них? Очень даже вероятно, очень… Сквозит… Что-то тут левое…»

Аскеров терпеливо ждал. Сложив листы, я протянул их.

– Может, и встречался я с ними когда, только вот не помню таких трагических последствий. Да и не пью я за рулем.

– Так и запишем. Оружие у вас имеется?

– Да. Наградной пистолет.

– С собой?

– На работе. В сейфе лежит.

– Посмотреть можно?

– Могу привезти.

– Не нужно. Мы все вместе к вам проедем и посмотрим. Не возражаете?

– Да никаких проблем. Можем сразу же и поехать. У меня машина во дворе стоит.

– У нас и своя имеется. На ней и поедем.

Через некоторое время приехали к нам в поселок. В машине нас было пятеро, кроме меня и Аскерова туда залезли еще два опера и эксперт-криминалист. Едва мы вылезли, как один из оперов вскинул на плечо видеокамеру «Панасоник».

– Покажите, пожалуйста, ваш кабинет.

– Вон там, в том домике, на третьем этаже.

– Пройдемте.

Мы протопали по тропинке и поднялись наверх. По дороге Аскеров прихватил с собой двоих понятых из обслуги. Под раздачу попались повар и официантка.

– Где пистолет?

– В сейфе, там же и документы.

– Откройте, пожалуйста. Нет, доставать не нужно, мы сами.

На свет божий явился мой «ПМ» и коробка с патронами.

– Это все оружие, которое у вас имеется?

– Есть еще и ружье, но оно дома, в Москве.

– Посмотрим. А здесь есть еще что-нибудь?

– Нет.

– Вы уверены?

– А вы?

– А если найдем?

– А на каком основании?

– Вот постановление на производство обыска в вашем кабинете. Ознакомьтесь.

– Вроде бы все правильно.

– Приступайте, – обратился Аскеров к операм.

Через десяток минут из-за стенной обшивки (стены были обиты вагонкой) один из оперов извлек брезентовый сверток.

– Понятые, внимание! Гражданин Котов, что у вас там лежит?

– Игрушка.

– Какая именно?

– ММГ автомата.

– Да? Открывайте!

Опер развернул сверток. В нем действительно лежал макет «АК». Он был куплен мною еще год назад в Ижевске. Тогда это было редкостью!

– Там и паспорт на него есть.

– А почему он так спрятан? – Аскеров был удивлен.

– В сейф не влезает. А замок на двери хилый, плечом выбить можно. Сопрут еще, ума хватит.

– Так. Еще что-то есть?

– Вам надо – вы и ищите. У меня больше ничего нет.

Как и следовало ожидать, дальнейший поиск в кабинете ничего не дал. Понятые расписались в протоколе и отбыли по своим делам.

– Все? – спросил я у Аскерова.

– У меня есть постановление и на производство обыска и у вас дома.

– За каким это рожном?

Не ответив, он полез в машину. Пожав плечами, я уселся на заднее сиденье.

Во дворе он мобилизовал двоих дворников, и мы все вместе потопали ко мне домой. Опер с видеокамерой шагал следом, тщательно фиксируя все на пленку.

– Покажите, пожалуйста, какое оружие у вас имеется дома? – обратился ко мне Аскеров.

– Вон сейф стоит, в нем ружье и документы.

– Где ключи?

– Держите.

Осмотрев сейф и не найдя в нем ничего криминального, Аскеров потопал на кухню. Пошуровав для вида в шкафах, опер встал на табуретку и отвинтил решетку вентиляции.

– Что у вас там? – спросил Аскеров, держа сверток за нитку.

– Так, мелочи всякие.

– А конкретнее?

– Карты.

– Что?!

– Карты. Игральные.

– Играть, значит, любите? Эксперт, приступайте.

Криминалист осторожно развернул сверток. В нем оказались четыре колоды игральных карт с фривольными обложками (купленные мною в ближайшем ларьке вчера вечером).

– Это что?

– Я ж вам сказал – карты.

– А почему тут?

– От жены прячу.

Опера полезли рыть дальше. И вскоре добрались до мешочка с патронами. Аскеров аж крякнул от удовольствия.

– Что это, гражданин Котов?

– Патроны. Автоматные. Сорок одна штука.

– Понятые, внимание! – Аскеров высыпал патроны на стол. – Один, два, три…

– Заявление сделать могу?

– Поздновато уже, гражданин Котов.

– В самый раз. Пусть ваш специалист патроны осмотрит повнимательнее.