Иов, или Комедия справедливости - Роберт Хайнлайн

За счет заведения? Что это значит? Ведь никто не знал, что я сюда явлюсь. Это стало известно буквально за мгновение до того, как меня вышвырнули из Иудиных врат. Может, у святого Петра есть прямая линия связи с адом? А может, вообще существует тайное сотрудничество с Врагом рода человеческого? Дружище, один намек на это доведет до родимчика весь синод епископов – там, на Земле.

И еще вопрос… Почему? Осмыслить все это я не успел: миниатюрная бесовка (чертовка?) за стойкой ударила в гонг и крикнула:

– Очередной!

Коридорный, явившийся на вызов, оказался весьма привлекательным юношей. Мне стало интересно, почему он умер так рано и почему не удостоился попасть на Небеса. Однако я не стал его расспрашивать, поскольку это меня не касалось. Он будто сошел с рекламного плаката фирмы «Филип Моррис», но, шагая следом за ним, я тут же вспомнил рекламу еще одних сигарет: «Округлые, крепкие и хорошо упакованные».

О ягодицах этого паренька сластолюбивые индусы сложили бы целые поэмы. Может, это и был тот грех, который привел его сюда?

Обо всем этом я позабыл, едва вошел в номер.

Гостиная была, конечно, маловата для игры в футбол, но для тенниса вполне годилась. Даже привычный к роскоши восточный владыка счел бы обстановку удовлетворительной. В нише, именуемой буфетной, стол ломился под горой закусок, которых с лихвой хватило бы на сорок человек; конец стола был отведен горячим блюдам: жареный поросенок с яблоком во рту, запеченный павлин, украшенный перьями, и еще что-то в том же духе. На это изобилие взирал бар с обширным выбором горячительных напитков – судовой казначей «Конунга Кнута» остался бы вполне доволен.

Мой коридорный («Зовите меня Пэт») бесшумно сновал по номеру, поправлял шторы, распахивал окна, отлаживал термостаты, проверял наличие полотенец, то есть делал все то, что обычно делает гостиничная прислуга в надежде на крупные чаевые. Я лихорадочно соображал, как мне с ним расплатиться. Может быть, есть способ внести чаевые в общий счет за номер и обслуживание? Ладно, придется спросить самого Пэта. Я проследовал в спальню (мечта новобрачных!) и нашел Пэта в ванной комнате.

Он как раз раздевался. Брюки уже были спущены до половины, оставалось их только сбросить. Я уставился на голые ягодицы и возопил:

– Эй, парень! Даже не думай. Спасибо, конечно, за заботу… но мальчики не входят в число моих слабостей.

– Зато они входят в число моих, – ответил Пэт, – и я вовсе не парень. – И он повернулся ко мне лицом.

И правда, к мальчикам мой коридорный не имел никакого отношения.

Я стоял с отвисшей челюстью, пока Пэт сбрасывала одежду и засовывала ее в корзину для белья.

– Ну вот, – с улыбкой сказала она. – Ох, как приятно сбросить с себя этот дурацкий наряд! Я не снимаю его с тех самых пор, как вас засек радар. Что случилось, святой Алек? Остановились где-нибудь хлебнуть пивка?

– Ну… да… две-три кружечки…

– Я так и подумала. Дежурил Берт Кинси, верно? Если наше озеро когда-нибудь переполнится и затопит лавой часть города, Берт все равно остановится в пивной, пропустит кружечку пива и только потом побежит спасаться. Послушайте, а почему у вас такой испуганный вид? Я что-то не так сказала?

– Э-э… мисс… вы очаровательны… но я ведь и девушку не заказывал!

Она подошла ко мне вплотную, снизу вверх глянула мне в глаза и потрепала меня по щеке. Благоуханное, свежее дыхание щекотало мне подбородок.

– Святой Алек, – ласково сказала она, – я не собираюсь вас соблазнять. Нет, я, конечно, всегда в вашем полном распоряжении; девушка для компании, а иногда две или даже три просто входят в комплект услуг номеров люкс. Однако я способна на гораздо большее, чем просто заниматься с вами любовью. – Она протянула руку, взяла пушистое полотенце и обернула его вокруг бедер. – Я еще и искусная банщица. Не угодно ли помассировать спину? – Она улыбнулась и отбросила полотенце. – Кроме того, я еще первоклассный бармен. Хотите, смешаю вам «датский зомби»?

– Откуда вы знаете, что я люблю «датский зомби»?

Она отвернулась и распахнула дверцу шкафа.

– Все мои знакомые святые обожают этот коктейль. А как вам это нравится? – Она показала невесомый пеньюар, сотканный из нежно-голубого тумана.

– Чудесный! И сколько же святых среди ваших знакомцев?

– Один. Вы. Нет, два, но тот – второй – не пьет «зомби». Я просто пошутила, чтобы поддержать разговор. Извините.

– Пожалуйста. Но может быть, эта информация исходит от девушки-датчанки? Она блондинка, примерно с вас ростом и весом. Маргрета, или Марга. Иногда ее называют Марджи.

– Нет. Сведения о вас были в распечатке, которую мне дали, когда определили к вам. Эта Марджи ваша подруга?

– Гораздо больше чем подруга. Она – причина того, что я оказался в аду. Кстати, как правильно: «в аду» или все-таки «на Аде»?

– Говорят по-всякому. Но я совершенно уверена, что не видела вашей Марджи.

– А что у вас делают, если надо кого-нибудь разыскать? Здесь есть справочники? Списки избирателей? Что?

– Ничего подобного я тут не видела. Ад не очень заорганизован. Здесь царит анархия с примесью абсолютной монархии в отдельных вопросах.

– Как вы думаете, не следует ли мне обратиться к Сатане?