Комэск-13. Книга 1. Кадет - Дмитрий Рус

По скупым обмолвкам Дока, в регкапсулах мы с Лерой провели неделю. Выписали нас одновременно с остальными «попаданцами» нашей несчастливой тринадцатой группы. Синхронизация объяснялась просто — персональные регенераторы достались только нам. Остальные восстанавливались «по старинке» — плавая в вязком киселе рекреативного геля.

Мы же боролись за жизнь. Мой организм отторгал щедрые дары медиков, и раз за разом впадал в кому или уходил за грань клинической смерти. Продвинутая аппаратура откачивала плоть, но с огромным трудом удерживала душу. Именно душу — по нынешним понятиям это практически такой же орган, как и любой другой. Со всеми ее болезнями, отмираниями и даже пересадками…

Меня спас якорь в виде Леры. Случайно разорвать астральную связь не так-то просто, а тащить за грань невинную душу я не хотел и не мог. К тому же девушка очень болезненно реагировала на каждую из моих смертей. Даже будучи погруженной в искусственный сон она вздрагивала, молила остаться и едва заметно плакала. Терять кусочек себя — бесконечно страшно…

Маятник сжимался, высшие планы бытия отторгали бракованную душу и меня вновь отбрасывало в физический мир, прямиком в ментальные объятия Леры. Мы смущались, словно оказывались случайно прижатыми в транспорте друг к другу, когда на ней — легчайшее летнее платье, а на тебе легкие шорты. И не отвернуться, и глаз не отвести. Остается лишь краснеть, смущаясь, желать — больше чем бесмертия, и влюбляться — беспощадно и прочно…

Из тысячи человек нас осталось семьдесят три. Куда делись остальные — думать не хотелось, да и не было особо сил.

Пошатываясь, мы брели по коридорам базы, словно колонна военнопленных шаркающая по улицам взятого на меч города. Конвоирши и серые безликие комбинезоны удачно дополняли картину.

Как в старые добрые времена на запястье вновь белел жгут медицинского монитора. Импланты еще не вышли на режим, и наше состояние приходилось отслеживать внешними девайсами.

Передо мной вышагивал невысокий плотный паренек, один из немногих кто сохранил живой блеск в глазах. Он жадно крутил головой, цепляясь взглядом за любые технические приблуды и в полголоса проговаривая их названия и спецификации. Иногда он смешно морщил лоб, натыкаясь на что-то незнакомое и непонятное.

Несмотря на внутреннюю помятость организма и неясные перспективы будущего, мы с Леркой были настроены оптимистично.

Во-первых — ноги и глаза! Тому, кто не сползал с инвалидной коляски и не переваливал обрубок своего тела в ванную — не понять! Ну а тихое счастье Леры я впитывал всеми фибрами обостренных чувств! Видеть! Просто видеть все вокруг!

Хотите осознать? Завяжите себе глаза черной повязкой на сутки, а лучше — на неделю. И попробуйте пожить без одного органа чувств. Узнаете о себе много нового и научитесь ценить и беречь собственное здоровье. Оно ведь не навсегда нам подарено, и может подвести буквально сегодня. Хлоп — и тьма! Навсегда…

В широком ангаре нас построили в одну шеренгу. Лязгающий звук шагов заранее предупредил о визите высокого, в буквальном смысле, начальства.

Корнелия Прайм! Подполковник, за какие-то грехи задвинутая на должность командира научной базы Флота, проводящей довольно успешные эксперименты в рамках проекта «Хронос». Информация может и секретная, но имеющий уши — услышит. Дисциплина в женском коллективе — крепко хромала на все четыре лапы. Трепались даже караульные на постах! И это при внушающей ужас личности Корнелии. Боюсь представить, что творится в рядовых гарнизонах…

Подполковник брезгливо осмотрела наше дрожащее воинство. Сплюнула на стерильный пол, и заговорила, давя басами и инфразвуком сквозь внешние динамики.

— «Тринадцатая»! Вы оправдываете свою никчемность! Коэффициент шлака — девяносто три процента! Пожалейте биореактор! Емкости с протоплазмой забиты под крышку! Впрочем, вы сами себе деревянные роботы… В виртучебке таким составом будет очень непросто. Боги — они на стороне больших батальонов. А у вас — полурота! Взвод «тяжей», взвод пилотов, и россыпь бесполезной мелочи в нагрузку. Крейсер в аварийном режиме вам на голову, «тринадцатые»! Визируйте завещание цифровой подписью! А впрочем, откуда у вас собственность? Вы сами с потрохами принадлежите государству, да еще и с солидным долгом на лицевом счете. В среднем — по сто тысяч кредитов на уродливое небритое рыло! А некоторые и вовсе — умудрились напихать в свое никчемное тело столько тонкой нанотроники, что светит им чугунный болт в космической окалине, а не дембель в ближайшие сто лет! Впрочем, в этом есть и свои плюсы…

Корнелия многообещающе посмотрела на меня. Сетка шрамов на ее лице сложилось в подобие улыбки, зрачок правого глаза расширился в цифровом «зуме» и асинхронно зашарил по моему телу, смакуя наиболее вкусные места.

Я вздрогнул, и попытался затеряться в складках собственного комбинезона. Лера мгновенно сэмпатила мои чувства, грозно расширила ноздри и даже чуть качнулась вперед, стремясь прикрыть от плотоядного взгляда. Девушку штормило из крайности в крайность — от чистой незамутненной ярости, до неосознанной, но сильнейшей тяги — обнять, прижаться и мурчать счастливым котиком.

Подполковник иронично ухмыльнулась. Её забавляла агрессия хомячков. Личное нежелание грызунов быть обтисканными — заботило её меньше всего.

Подойдя ко мне поближе, она шепнула на пол ангара:

— Счастливчик. Не думай, что отлежавшись в регкапсуле ты срулил на форсаже от ласковой тетушки Корнелии. Чтоб каждую увольнительную был у меня — четко, как антенна дальней связи! Ну а я подкреплю это дело приказом по инстанции, ха-ха!

Заржав, она махнула в сторону пузатого транспорта с мощными атмосферными дюзами и рудиментарными крылышками.

— На посадку, члены ходячие! «Колизеум», конечно, не самая престижная учебка ВКС, ну да и вы не аристо в третьем поколении. Учитесь как должно флотскому составу, и будьте так любезны — героически сдохните в первом же бою! Быть может тогда всю эту гребанную лавочку прикроют, а меня отправят в регуляры… Чао, деревянные!