Дранг нах остен по-русски. Обратной дороги нет  - Виктор Зайцев

Предложение давало возможность подрастающему поколению поиграть в производство, а «старикам», без личных усилий, внедрять в общество привычные вещи и услуги. Вся весна 1579 года прошла в стихийно создаваемых компаниях и обществах, где магаданцы искали возможность вложить свои идеи, которые будут воплощать другие. Женщины требовали обещанной три года назад швейной машинки, настоящих фаянсовых раковин и унитазов с ваннами. Потом вспомнили о пружинных матрасах, о детских колясках, о лекарствах. Дети и подростки захотели самокаты, велосипеды, маски для подводного плавания с ластами. Желаний оказалось настолько много, что мужчинам было неудобно, как раз они почти ничего себе не желали, зато вынуждены были крупно вложиться в перспективные проекты. А Королевец получил всплеск молодёжной активности, весьма благосклонно поддержанной губернатором и наместником. Для подростков были за несколько недель выстроены два Дома творчества – детский и молодёжный. Детский финансировался из казны, а молодёжный – из родительских и спонсорских карманов.

С поступлением настоящей нефти из Ухты наладить производство керосина и керосиновых ламп не будет проблемой. Тогда парадные залы строящегося дворца наместника и губернаторской резиденции смогут освещаться в вечернее время, почти как электричеством. Да, к строительству двух новых дворцов в Королевце командиры подошли со всей серьёзностью. Из Италии были выписаны два архитектора, получившие заказ и эскизы, озадачившие молодых профессионалов. Архитекторов специально пригласили молодых, обоим не было и тридцати лет, чтобы не спорить с признанными мастерами и знаменитостями. Молодёжь, при прочих равных условиях, уговорить на введение новшеств гораздо проще. А новшеств в своих официальных резиденциях Петро и Елена запланировали массу, с учётом будущих изменений.

Кроме привычных для магаданцев канализации и внутреннего водопровода, в дворцах предусматривалось радиаторное отопление, с подведённым горячим паром по трубам, из котельной, выстроенной на заднем дворе каждого офиса. Окна огромного размера с двойными рамами, технологию производства которых магаданские плотники отработали ещё в Форт-Россе, удивляли архитекторов отсутствием свинцового переплёта и огромной площадью чистого стекла. Обилие зеркал, светильников и непроходная планировка помещений, просто вышибли архитекторов из себя. Когда они посчитали стоимость строительства и отделки дворцов, сумма оказалась в десять раз выше годового бюджета всего Западного Магадана. Итальянцы отдавали свои расчёты трясущимися руками, опасаясь гнева заказчиков и потери такого удивительного заказа.

Каково же было их удивление, когда Елена Александровна вместе с Головлёвым за несколько минут росчерками пера сократили требуемую сумму в десять раз. Нет, ничего из заказанных новшеств и предметов роскоши не убрали, сократили их стоимость, порой на порядок, например зеркала. Удивлённым архитекторам, в далёкой Италии не знавшим местных достижений, было объявлено, что все новшества и большая часть предметов роскоши производятся в Королевце и обойдутся для строительства гораздо дешевле. В дополнение итальянцы получили предложение заказчиков строить стены гораздо более тонкими, армируя их стальным профилем. Опыт использования стального уголка и швеллера у магаданцев был, подобный каркас не только улучшал стойкость постройки, но и ускорял строительство. Да и все деревянные перекрытия итальянцам было предложено заменить стальными двутаврами, расчёт размеров и прочности которых проведут студенты университета.

Петро посоветовал отказаться от всех деревянных элементов конструкции, заменить их стальным профилем. Архитекторы робко намекнули, что толстые стены пригодятся в оборонительных целях, на что наместник едва не расхохотался.

– От наших пушек никакие стены не спасут. Кто из европейцев рискнёт напасть на Королевец в ближайшие сто лет, не могу даже себе представить. – Петро специально дразнил итальянцев, зная, что его слова через полгода разнесутся по всей Европе и многие европейцы захотят попробовать крепость магаданской столицы, что называется, на свой зуб. Чисто дети, как убедились магаданцы за годы своей жизни в шестнадцатом веке. Если кто не нравится или «много о себе воображает», сразу лезут в драку. – Да, мы, магаданцы, самые сильные в Европе, и войны на нашей территории никогда не будет. Так что обороняться в замке не придётся, стройте дворцы красивые, лёгкие и как можно быстрее. Средств и помощников будет с избытком.

Наверняка архитекторы не поверили ни единому слову наместника, но, как говорится, кто платит, то и заказывает музыку. Строить начали, быстро подняли фундаменты и повели уже первый этаж, разместив заказы на оборудование и детали оформления в магаданских мастерских и на заводах. Список тех предметов роскоши и отделки, что подлежали покупке в Италии, Греции, Испании, Венеции и других южных странах, с подробными указаниями размеров и прочих характеристик, наместник передал адмиралу Хесселю. В конце апреля 1579 года вся магаданская флотилия отправилась в дальний поход, как было объявлено, в Мурманск, где якобы предполагалось выстроить ещё одну крепость по соседству с прежним острогом.

Потому никто не удивился огромным запасам боеприпасов, что грузили на корабли. С трудом удалось погрузить для перевозки на подготовленные зимой корабли всего пять катеров из шести запланированных. Под пристальными взглядами заезжих купцов и радостные крики горожан на корабли взошли шесть столичных полков. Было официально объявлено, что солдаты займутся строительством и защитой новой крепости на северном побережье Скандинавии. В городе заметно снизилось число патрулей, сотрудники контрразведки, проинструктированные Николаем, начали жаловаться знакомым и приятелям на малочисленность гарнизона. О том же несколько раз высказалась Елена Александровна, игравшая роль напуганной девочки, лишившейся защиты. Магаданцы старательно поддерживали провокацию, предложенную Петром.

Никто в городе так и не узнал, что пять из шести магаданских полков, уплывших из города с флотилией Хесселя, вскоре высадились на безлюдном побережье Балтики и скрытно добрались до поместья небогатого барона Мальгаузена, проверенного «на вшивость» Николаем. Барон разместил пять полков в своём поместье, где ещё зимой были выстроены на магаданские деньги два десятка казарм. И командующий армией Валентин Седов принялся ждать. Барон заранее отменил все визиты, заменил часть ненадёжных слуг, объявил всем знакомым, что два конюха умерли от заразной болезни. Фридрих Мальгаузен был как никто другой заинтересован в успехе операции «Ловушка». Ведь в случае удачи он не только получал часть трофеев в виде компенсации, но и рассчитывал на высокую должность при дворе наместника, что Петро обещал с лёгким сердцем, – местные жители постепенно втягивались в структуру магаданской государственности.

Конные разведчики рассыпались мелкими группами по западной и южной границам магаданского государства, частенько забираясь за их пределы. Благо шведы закрывали глаза на магаданцев, не забывая, чьим оружием добыты земли Речи Посполитой. Магаданцы затаились в ожидании реакции императора Максимилиана на оставленный без защиты богатейший город Балтийского побережья.