Главный шлюз - Александр Орлов

С утра Брейну позвонил Спот и сказал, что с операцией все уже решено и нужно приехать на окончательный инструктаж.

– К часу за тобой прибудет машина.

– Хорошо, буду ждать, – ответил Брейн, и его абонент закончил разговор.

Что ж, понял Томас, вот они и приняли решение, значит, развязка произойдет сегодня, безо всяких переносов на новые сроки. Несмотря на то что Брейн не сомневался в намерениях Резака, он испытывал некоторое облегчение, ведь неопределенность, которая мучила его почти две недели, наконец закончится. К тому же он не собирался ехать пустым, решив захватить найденные у себя в квартире чипы памяти.

Куда-то запропастился Чаки, однако звонить ему Брейн не хотел. Чаки могли прослушивать, и сдавать противнику козыри накануне схватки было бы неразумно.

В четверть второго прибыла машина с водителем и охранником, которого Брейн видел в замке. Охранник поднялся на этаж, вежливо постучал в дверь, и вместе они спустились к машине, которая подъехала к самому подъезду, что разрешалось только автомобилям с особой серией знаков на номере, означавшей принадлежность к «империи» Резака.

Охранник придержал для Брейна дверь, и тот сел на роскошный диван пассажирского салона, а охранник разместился впереди, рядом с водителем.

Автомобиль тронулся и поехал вокруг микрорайона по дороге, которой воспользовался вчерашний ложный мебельный грузовик.

Выглядывая из окна, Брейн отметил, что обломки фасадного покрытия были уже убраны, но на стенах в верхней части соседнего корпуса, напротив его кухонного окна, имелись серьезные пробоины, оставленные вовремя подключившимся к сражению тяжелым пулеметом.

«Интересно, кто из него так умело молотил?» – подумал Брейн. Он хотел посмотреть и на стену своего дома, но ее закрывали деревья.

Машина ехала быстро, водитель вел ее аккуратно. Должно быть, он возил и самого Резака.

Охранник не нервничал, не вертел головой, и Брейн сделал вывод, что тот не знает, для чего он должен доставить гостя в замок.

А вот гость знал.

Показались высокие крыши строений замка, потом после поворота – стены и ворота.

Брейн сделал несколько незаметных дыхательных упражнений и внутренне собрался, сохраняя спокойное выражение лица.

Ворота открылись, машина заехала на площадку безопасности и остановилась.

– Здесь нужно выйти, сэр, – сказал охранник и, выскочив первым, открыл перед гостем дверь.

Брейн имел представление о процедурах обыска, поэтому спокойно ждал, когда подойдет сотрудник. Однако, когда тот почти приступил к обыску гостя, Брейн дернулся, как от щекотки, и, будто рефлекторно, оттолкнул его, тем самым замаскировав момент, когда упакованный в пластик компактный «чиканто» скользнул в большой карман куртки сотрудника охраны. Через несколько секунд обыска упакованный пистолет так же незаметно снова перекочевал в карман Томаса.

– Что это такое, сэр? – спросил сотрудник, наткнувшись на чипы памяти в кармане пиджака Брейна.

– А мы сейчас посмотрим! – громко объявил Спот, выходя из кабинки, в которой до сих пор скрывался. На его лице играла торжествующая улыбка – Брейн еще никогда не видел Спота таким довольным.

Охранник передал ему оба чипа, и Спот достал из кармана диспикер, намереваясь пробежаться по содержанию чипов.

Впрочем, взяв сначала чип с синей этикеткой, он улыбаться перестал, поскольку заподозрил, что это тот самый, который он сунул под подушку кресла в квартире Брейна.

Приложив чип к приемнику на диспикере, он на маленьком экране с пары кадров опознал запись и, подавив вздох, убрал носитель в карман.

Пришла очередь чипа с красной этикеткой, который на высокую полку забросили Кобет и сопровождавший ее Альберт. Чип содержал кадры со слежкой за прибытием и отбытием Джона Резака на лимузинах в сопровождении охраны, что отчасти вскрывало схему его личной системы безопасности.

Такие снимки оказались для Спота полной неожиданностью, что отразилось в немного растерянном взгляде, которым он посмотрел на Брейна, однако через мгновение Спот догадался, откуда взялись эти кадры, и на его лицо упала тень беспокойства.

Видимо, Спот начал опасаться, что, предъявляя свидетельства слежки, Брейн хотел навредить Кобет. А этого помощник Резака допустить никак не мог.

– Ладно, ребята, дальше мы пойдем пешком. Я сам провожу господина Брейна, – сказал Спот, все еще находясь под впечатлением открывшихся для него обстоятельств. Ведь если Кобет хотела подставить Брейна, подбросив такие улики, значит, у нее в отношении Резака имелись вполне определенные планы.

А он об этом не знал. Он был поглощен своими чувствами к ней и ничего не замечал.

Брейн ожидал, что его еще проведут через камеру газового анализа, повсеместно вытесняющие металлодетекторы. Те оказались ненужными из-за применения неметаллических материалов при изготовлении оружия, а также после изобретения приборов, искажавших показания детекторов.

Газоанализаторы же могли засечь оружейную смазку, запах ствола, а также веществ, которые напыляли на боеприпасы для улучшения работы механизмов оружия.

В газоаналитическую камеру Брейна не повели, поскольку Спот сейчас был занят другими мыслями, и эти формальности казались ему излишними, но Брейн был подготовлен и к этому этапу проверки. Помимо того что он хорошо почистил «чиканто» после пробной стрельбы, он плотно запаковал его в пластик, ночь вымачивал в геле для душа и таким же помылся утром, чтобы маскировать запах упаковки.