Вольный князь - Владимир Матвеев

«Они что перезнакомились уже?» – спросил Кота Атей.

«Да они почти со всем Оплотом перезнакомились, – ответил Сай. – Тот, что сейчас пытается добраться до твоего тела, Аделиан Говорящий. Темный альв, чем-то похож на Изумруда. Такой же статный, основательный, иногда не пробиваемый, а чаще всего вот такой – очень любопытный. Он и меня, будь его воля, давно бы на столе распял и вскрыл ради магической науки. А потом бы остатки выкинул своим зверушкам на прокорм».

«Каким зверушкам?», – не понял внимательно слушавший Кота Атей.

«Да с ним целый зверинец прибыл: сова или филин, не знаю точно, лиса, хорек какой-то, волкодав. Хе, – тут же мысленно хмыкнул при этом Сай. – Это он так его называет, вернее называл. Волкодав… – снова мысленно усмехнулся Кот. – А когда Партат как бы невзначай обернулся недалеко от него, этот волкодав не знал, в какую щель забиться. Хотя надо отдать ему должное – зверюга большая и, несмотря на страх, не побежал, а оскалил клыки и пытался защитить своего хозяина».

«Жив хоть?»

«Не тронул его никто, – мысленно отмахнулся тот. – Но альв этот его волкодавом больше не называет. Дальше слушай. Второй, что с грохочущим голосом, гном Годаб Твердыня. Знатный экземпляр своего народа. Даже Окалина рядом с ним, что Паол рядом с Саттаром или Балором…»

«Подожди, – прервал его Атей. – А сколько я валяюсь уже?»

«Сутки».

– ЧТО? – осознав последнюю мысль, рывком поднялся князь, который, как оказалось, был в своих покоях, что граничили, как и в Логове, с кабинетом. И тут же поднял руку, останавливая кинувшуюся к нему Катаюн. – Мне уже лучше, Ката.

– Ой, не верю, родитель, – недоверчиво покачала она головой, посмотрев на светло-серый цвет лица Призрака.

– Веришь, не веришь, а лежать у меня времени больше нет. Что с «мышками»?

– У тебя большое прибавление в семье, папка, а у нас братиков и сестренок, – улыбнулась, подскочившая к нему Тахере. – Триста пять новорожденных.

Не успела Птаха договорить, как перед Атеем встал темный альв, действительно очень похожий на Галиона Изумруда. Не внешностью, нет. Чем-то неуловимым, что с первого взгляда определить было просто невозможно. Высокий, с черной гривой волос, которые были прибраны в простую, но аккуратную прическу. Прямая осанка, движения не воина, хотя за какой конец держать клинок – знает. Поворот головы, движения тела, речь – принадлежность к высокородным ощущается просто физически. И, наконец, волевой умный взгляд темно-карих, почти черных глаз, который сейчас разве не искрил от негодования.

– Ваша светлость, о чем вы думали, когда в таком количестве сцеживали с себя кровь? – сразу начал он отповедь. – Я вообще удивлен, что в вас хоть что-то осталось. Вашим «мышкам» для обретения новой жизни достаточно капли. Да, перестройка их организмов тогда будет длиться дольше. Но уж если я сумел поддерживать в них жизнь в течение не одной десятицы, как вы думаете, смог бы еще продержаться несколько дней?

– Мы знакомы? – чуть улыбнулся князь, чувствуя неподдельное участие альва.

– Простите, ваша светлость, – тут же одернул он себя и исполнил самый изящный поклон, каких сам Атей не видел даже при дворе короля Даргаса. – Магистр Жизни Аделиан Говорящий, ученик Мудрейшего.

– Знаменитого мага Тивалены? – неподдельно удивился Призрак, не раз слышавший это имя от жены, Лайгора и еще кучи разумных, в ком тлела хоть частичка магического Дара.

– Архимага, ваша светлость, – поправил его Аделиан. – Самого сильного архимага прошлого.

– Гариэр, – князь неуверенно встал на ноги, но его тут же поддержали Нияра и Нэрин, – я предлагаю продолжить наш разговор у меня в кабинете. Вы не возражаете? – он нашел взглядом Тахере. – Птаха, пусть туда принесут побольше еды и вина. Красного. Да, и Ейган с Саттаром и Саппехом зови.

Первыми в кабинете появились женщины, что работали в замке прислугой. Ставя на широкий рабочий стол князя ломящиеся от еды подносы, они, не скрывая своих слез, счастливо улыбались и тайком старались дотронуться до князя, чтобы до конца удостовериться, что их кормилец и защитник не игра их воображения. А когда они, оставив подносы, выходили в коридор, из-за дверей доносились тихое: «Слава богам, услышали наши молитвы».

Потом появилась Ейган, которую он тут же заставил кратко пересказать историю своего путешествия. А сам принялся набивать пустой желудок, щедро запивая все красным и густым, словно сама кровь, вином, в котором он к своему изумлению не признал обычную для него «Зандийскую Зарю».

Еда была великолепной, рассказ интересным, а вино вкусным, поэтому с названием густой рубиновой жидкости князь решил не заморачиваться.

После расставания с князем в лесу Приграничья Ейган со своим отрядом вышла на южные границы Пепелища и пошла по самому большому тракту, навстречу караванам своих бывших сородичей, по которым они возили своих детей на продажу. Встреченные им обозы они без лишних разговоров освобождали от живого груза и продолжали двигаться дальше. Сначала на восток по южным границам Пепелища, а потом на север в земли ваиктаиронов.

Чаще всего удавалось разойтись миром, не все их бывшие сородичи были в восторге от решения верхушки их сообщества продавать соплеменников как простой товар. Находились даже такие, кто добровольно присоединялся к Ейган, решив покинуть эти земли и уйти к Изначальному, в надежде на новую жизнь. Они, кстати, как потом рассказали Призраку, тоже попробовали его кровь. И пусть в свое время эти ваиктаироны успешно инициировались, перестройка их организмов тоже состоялась. Им теперь не нужна была кровь животных и разумных для усиления своих боевых параметров.

Отряд медленно двигался на север, а навстречу ему уже спешили родители, дети которых не сумели перешагнуть своего совершеннолетия (а инициация в какой-то степени именно это и означала) и в ком еще остались материнские и отцовские чувства. Они передавали в руки Ей своих отпрысков, очередь на продажу которых еще не подошла, а сами снова возвращались на земли сородичей, где их удерживали дети помладше. Ну а некоторым, как они говорили сами, не позволял уйти долг. Какой? Ейган так и не поняла.

Когда количество будущих «мышек» приблизилось к двум с половиной сотням и они уже решили возвращаться, решив для первого полноценного рейда задачу выполненной, встретили остатки рода Степного Тура, уходящего от погони каких-то Кровавых Копий. Поняв, что у них одна дорога и одна конечная цель, дальше они двинулись вместе.

Как эта толпа урукхаев прошла все восточные Вольные Баронства, а потом еще и три государства с востока от Пепелища сначала было тайной. Правда, до тех самых пор, пока Саппех не рассказал, что ему пришлось отдать все, что стоило хоть каких-то денег конным патрулям этих королевств, за то, чтобы они их не замечали, пока те шли безлюдными тропами. Дошло до того, что пришлось срезать все серебряные бляхи с упряжей быков, а женщины отдали все свои украшения. Вот только и вождь Кровавых Копий, видимо, не с пустой мошной шел, поэтому, как ни стремились первые оторваться от вторых – это у них не получилось.