Рождение Контролера - Юрий Никитин

– Да вот так, нашего пилота не собьешь… Прет прямо за ним по курсу, щас догонит…

Я с тревогой смотрел в появившийся далеко на горизонте берег. Корабль идет шустро, хотя и не на пределе, но только потому что переполнен.

Сердце на миг сжало неприятное чувство, судя по всему, там не меньше пятисот человек. На палубе сбились в такую плотную кучу, что дышать наверняка трудно.

Челубей сказал довольно:

– Что они делают, что делают!.. Не повезло тем, кого притиснули к бортам, там наверняка ребра трещат… Так им и надо.

Левченко ответил жизнерадостно:

– Это еще что!.. А тем, кто в трюме и во внутренних помещениях, вообще ад и геенна огненная… Там точно сидят друг у друга на головах.

– Даже в раскаленном машинном помещении, – сказал Челубей почти с сочувствием. – Оттуда точно вынесут трупы. Не всех, конечно, но кто-то откинет копыта.

Левченко крикнул в тревоге:

– До берега всего ничего!.. Считай, они уже приплыли!

Я пробрался к кабине пилота, прокричал, перекрывая грохот двигателя:

– Джонс, заходи на цель!

Он сказал несколько нервно:

– Не успеваем… Нужно сделать маневр…

– Просто заходи, – прокричал я. – Челубей… готовь, все три, я сам сброшу.

Джонс сказал быстро:

– Погодите, я снижусь…

– Некогда, – крикнул я. – Берег уже рядом!.. Давай прямо…

– Не попадешь с такой высоты.

– Другого шанса у нас нет, – сказал я с отчаянием. – Давай!

Челубей, бледный и взмокший, придвинул мне бомбу, я держал ее у края люка, быстро-быстро просчитывая скорость самолета, судна, поток воздуха, угол падения снаряда…

Челубей вздрогнул, когда я толкнул бомбу в люк, но тут же придвинул следующую.

– Второй заход! – крикнул я.

Джонс заложил крутой вираж, мы ухватились за ремни, самолет заскрипел от натуги, но развернулся. Я продолжал всматриваться и в тот момент, который мне показался единственно верным, вытолкнул вторую бомбу, почти молясь богу, чтобы я не просчитался.

Первая все еще продолжала падение, набирая скорость, я увидел с остановившимся сердцем, как ударила в судно ближе к корме. Мы не услышали взрыв, однако там внизу на месте судна вспыхнуло огненное облако, закрыло его полностью.

Вторая бомба ударила ближе к середине, но это я предположил по траектории, на этот раз из огненного шара вылетели куски обшивки корабля.

Челубей сказал дрогнувшим голосом:

– Третью давать?

– Обязательно, – отрезал я. – Что, перепродать решил?

Джонс молча сделал третий заход, за это время огненный шар опал, разбился на отдельные очаги огня, да и те быстро уходят под воду, а судна уже нет, только на волнах качаются десятки тел, некоторые подают признаки жизни.

Я вытолкнул третью бомбу. Джонс проследил за ней взглядом, прокричал:

– Где так точно научились бомбометанию? С такой высоты…

– Нужда научит, – ответил я.

Челубей вздрогнул, когда я коснулся кнопки дистанционного взрывателя.

С самолета видно было только, что бомба исчезла еще в падении, не коснувшись воды, но даже Джонс понимал, что взорвал я ее ювелирно точно на высоте в два-три метра над поверхностью, и тысячи осколков со страшной силой врезались в качающиеся на волнах тела, будь там живые или мертвые.

Самолет сделал завершающий круг над погружающимися в море обломками судна и последними телами. Мы со всех глаз всматривались в то, что осталось от такого огромного судна. Несколько тел некоторое время еще качало на волнах, затем их одежда пропиталась водой, и они медленно пошли на дно.

Джонс ухмыльнулся.

– Какое прекрасное зрелище!.. Вообще-то я такое мог бы и бесплатно, но хорошо, что заплатили вперед!

Я ответил с облегчением:

– Фу-у, от души отлегло… Деньги? А что деньги, ерунда… Да и не наши они, а казенные…

Он покосился в мою сторону.

– Что, серьезно?

Я ответил уже без улыбки:

– Там на судне был Фазлур Хосейн, ответственный за двойной теракт в Тель-Авиве. Среди всей той толпы были и сто боевиков ИГИЛа!.. Их натаскали и подготовили для терактов в Европе. Фазлур Хосейн всегда был за спинами других шахидов, но сейчас у него рак четвертой степени, потому решил уйти из жизни красиво, чтобы запомнили. Сам придумал эту операцию и сам повел своих фанатиков.

Он проговорил настороженно:

– Так вы… из Моссада?

Я ответил уклончиво:

– Мы выполняем разные поручения разных нанимателей… если те хорошо платят и если заказы не противоречат нашим принципам первенства белой расы.

Он вздохнул с облегчением.

– А-а, а то я иудеев тоже не люблю. Не так сильно, как муслимов, но тоже… Но за такую операцию я бы тоже взялся. Хорошо, когда одни твари уничтожают других.

– Теперь это не секретная информация, – сказал я. – Пусть мир знает, Моссад умеет мстить радикальному исламу! А мы ни при чем.

Он крикнул:

– Поворачиваю обратно?

– Да, – ответил я. – Челубей?

Челубей доложил, не отрывая бинокля от глаз:

– Последние тела тонут. Никого не спасут, это однозначно.

– Задание выполнено, – сказал я. – Мир спасен.

Джонс крикнул с нервным смешком:

– Крутые вы ребята. Если бы не сказали, что из Моссада, я бы подумал, что русские.

Челубей спросил с негодованием:

– Почему это?

– Не обижайтесь, – крикнул Джонс. – Говорят, только русские действуют так круто и жестоко. По всему миру ходят легенды про ГРУ… Правда, моссадовцы тоже почти все из России, так что я вас понимаю…

Впереди появилась береговая линия, мы молча ждали, Джонс ведет самолет ювелирно, чувствуя его, как продолжение своего тела, наконец море осталось за спиной, впереди и под нами побежала земля.

Я указал, где нас можно высадить, место удобное, чистое, ровное, хотя и здорово заросшее травой. Джонс красиво повел на посадку, земля медленно начала подниматься, наконец колеса коснулись земли.

Челубей вздохнул с облегчением.

– Успеха, – сказал Джонс. – Было приятно с вами работать!.. Ха-ха, спасители Европы.

– Ты тоже спаситель, – ответил я серьезно. – Помни.

Самолет остановился, мы выпрыгнули и отбежали в сторону, а Джонс тут же развернул и послал своего любимца в обратную сторону.

Взлетел легко, на высоте развернулся и ушел в сторону запада. Челубей помахал ему рукой, видно было, как Джонс в ответ приложил кончики пальцев к виску.